"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

– Я видел достаточно дряни на этом свете, и по больней части она была живой, – с сомнением возразил каштан.

– Всё живое – священно! – Элька смахнула слезинки с покрасневших глаз, подняла с пола свой таинственный сверток и целеустремленно, не оглядываясь, полезла на второй этаж по остаткам лестницы.

«Она сошла с ума», – с тоской подумал Дифор и оглянулся на перемолотое потусторонней мощью подразделение космодесантников. Еще пять минут назад эти парни, не особенно рискуя собой, могли взять на абордаж имперский крейсер, а сейчас… «Я тоже сошел с ума, – решил капитан. – То, что я вижу, не может существовать в реальном мире. Лучше об этом не задумываться». Он быстро вскарабкался на остатки галереи по торчащим из стен обломкам брусьев и уперся носом в ствол луппера. От неожиданности Дифор чуть не свалился обратно на груду кирпичей. Палец охранника застыл на спусковом крючке, рядом с прицельной мушкой моргал индикатор готовности к выстрелу, но человек сохранял полную неподвижность.

– Ты где? – раздался Элькин голос из коридора за спиной охранника.

Дифор осторожно обошел окаменевшего человека и поспешил за своей королевой.

– Что с ним? – спросил он, догнав Элеонору уже на лестнице, ведущей на четвертый этаж.

– Понятия не имею, – она пожала плечами.

– Что, вообще, происходит? – Дифор схватил ее за рукав и повернул к себе. Их взгляды встретились. Черные, как ночное небо, зрачки Элеоноры смотрели спокойно и уверенно. Нечеловеческая мудрость и мощь давили на сознание. У Дифора перехватило дыхание, будто он заглянул в пропасть и узрел лик бездны. Капитан стиснул зубы, стараясь не отвести взгляд, но неведомая сила заставила его покорно склонить голову.

– Я сама многого не понимаю, – тихо призналась Элька, учтиво освобождаясь от ослабевшей руки капитана. – Я знаю только то, что меня невозможно убить. Можно пытать, издеваться, но убить нельзя. Почему так – загадка.

– Значит, ты не можешь контролировать свою силу? – разочарованно вздохнул Дифор.

Она кивнула.

– Жаль, тогда бы у нас не было проблем со спасением Жака. Да и Эстею смогли бы защитить, конечно, если гридер не соврал и ей действительно грозит гибель.

– Дай мне срок, и я всё вспомню. Временами я начинаю осознавать нечто… – Элеонора помолчала. – Тогда мне становится страшно, и я боюсь сделать следующий шаг.

– Тебе придется, – печально констатировал Дифор. – Тебе придется не только сделать шаг, но и пройти до конца всю дорогу.

Элеонора отвернулась и поспешила дальше. На пятом или шестом этаже они остановились у большой вывески: «Общенародная выставка». Красочный плакат на стене содержал необходимое пояснение для несознательных граждан новой республики: «Сокровища падшей короны и прочие побрякушки разложившейся элиты Эстеи наглядно демонстрируют никчемность ушедшего режима».

– Плебеи! – процедил Дифор, быстрым зигзагом лазерного луча срезая дверные петли и толкая плечом дверь, преграждающую вход в выставочный зал. Железные створки со страшным лязгом обрушились на бесценный паркет.

– Поаккуратнее нельзя? – прошипела Элеонора.

– После того, что ты устроила? – Дифор обворожительно улыбнулся. – Все горожане уверены, что началась ядерная война, и отправились на кладбище копать себе могилы.

– Ошибаешься, – она покачала головой. – Думаю, у нас возникнут большие трудности, когда мы будем уходить отсюда.

– Мы еще не пришли, а ты уже думаешь о том, как нам уходить.

Вспышка выстрела опалила их лица. Стрелок не успел второй раз нажать на курок. «Эстрихи» Элеоноры и Дифора сработали одновременно. Рассеченное на три неравные части тело охранника шмякнулось на пол. Это был простой пехотинец, и тяжелый скафандр ему не полагался.

– Ополченец, – презрительно буркнул капитан, входя в выставочный зал. – Нашел, с кем связываться, идиот.

Дифор буквально ощупал взглядом каждый угол, каждый закуток, каждую занавеску. Спрятаться в просторном помещении было совершенно негде, и мертвый охранник являлся единственным ночным обитателем общенародной выставки. С потолка струился мягкий, не оставляющий теней свет. Вдоль стен высились стенды с экспонатами, похищенными из королевской сокровищницы. Золотые статуэтки, слитки гравитрона, украшения из нерадиоактивного урана – очень тяжелые, дорогие и некрасивые безделушки. В центре помещения, на малахитовом пьедестале под искрящимся куполом локального силового поля покоилась королевская корона, главный символ монаршей власти.

– Зачем тебе корона? – спросил Дифор, с почтением разглядывая массивный серебристый обруч.

Элеонора прямо на полу развернула сверток, который всё время таскала с собой. Внутри грязной тряпки оказался нейрорепликатор.

– Я не расслышал, зачем, ты сказала, тебе нужна корона? – вновь настойчиво поинтересовался Дифор. Он считал, что теперь имеет право узнать подробности Элькиного плана.

– А я еще ничего не сказала, – королева развернула моток проводов с резиновыми пластинами на концах и внимательно их осмотрела. – Эта штука умеет копировать сознание, – сообщила она Дифору то, что он и так прекрасно знал. – Ага, вот это вход, – Элька взяла в руку две пластины и зубами перекусила провода. – Датчики! – Она потрясла обрезками перед носом капитана. – Их мы установим внутри короны и, когда Жаку будут отрубать голову, похитим его сознание.

Она хитро взглянула на Дифора и зачистила провода, опять использовав для этого зубы.

– Зачем такие сложности? – Капитан опешил от неожиданности. – Установка может не сработать. Датчики могут заметить. В конце концов, неизвестно, наденут ли на него корону. Не лучше ли будет перехватить Жака по пути из Цитадели к эшафоту? Или отбить его прямо на площади? В Глогаре много людей, сохранивших верность королю. Я могу связаться с ними.

– Нет, – Элеонора внимательно посмотрела на своего друга. – Муратон не выпустит Жака из Цитадели живым. Мы получим либо тело с удаленными жизненно важными органами. А может быть труп, накачанный по горло зомбирующими наркотиками, который сможет только дойти до плахи и безропотно положить голову под топор палача. Либо организм Жака, на случай побега, нашпигуют радиоуправляемыми капсулами со взрывчаткой. При помощи репликатора мы сможем вырвать короля даже из полумертвого туловища. Даже из отрубленной головы.

Элька достала горсть черных шариков с тоненькими усиками антенн. «Радиоконтакты, – вспомнил Дифор. – Она вставит их в разрывы проводов. Но смогут ли они полноценно транслировать сигнал?»

– Ты хочешь скопировать сознание Жака и поместить его в тело клона, которого Виктор нашел на ярмарке, – додумал капитан окончание Элькиного плана. – Но это будет другой человек!

– Если он будет один, то это неважно, – отмахнулась Элька.

– Слишком сложно. Не получится, – Дифор безнадежно махнул рукой. – И почему ты уверена, что его будут казнить именно в короне?

– Безусловно. Жак – король. Муратон хочет казнить именно короля. Это сакральное деяние. Магия передачи власти. Как ты можешь не понимать таких простых вещей? – Элеонора с жалостью посмотрела на своего верного, но весьма недалекого друга. – Иди лучше поищи, где отключается локальное поле над короной, – попросила она, едва сдерживая сарказм.

– Зачем искать? – Дифор достал лучемет и направил ствол в пол. Запахло жженым деревом. В дорогом паркете образовалась круглая дыра с обгорелыми краями. Сквозь нее виднелась комната на нижнем этаже. Капитан снизил мощность и снова выстрелил. На этот раз дыра получилась не сквозная, но довольно глубокая. Капитан, не выключая лучемет, медленно обошел стенд по кругу, рассчитывая на то, что если где-то протянут электрический кабель, то он его непременно перережет. До завершения кривоватой окружности оставалась всего пара шагов, когда силовое поле погасло. Вместе с ним исчезла и корона. Элеонора бросилась к золотому подносу, на котором она лежала, и быстро сдернула его со стойки, будто надеялась, что корона провалилась под него.

– Телепорт! – простонала она. Ее лицо исказилось до неузнаваемости, а обезумевшие глаза тупо вперились в пустой пьедестал.