Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

пересекли летную полосу, поднялись по трапу и вошли в самолет через дверь, предупредительно открытую для них Митчеллом.

— Ну, в чем тут дело? Что произошло?! — спросил прибывший официальным тоном.

Он выслушал Митчелла, затем д-ра Брайанта, потом, нагнувшись, взглянул на умершую женщину. Отдав краткий приказ полисмену, обратился к пассажирам:

— Не будете ли вы так добры последовать за мной, леди и джентльмены? Он повел их через поле, но не в просторное помещение таможни, как обычно, а свернул в маленькую уединенную комнатку полиции.

— Я полагаю, леди и джентльмены, что мы не станем задерживать вас дольше, чем того потребуют формальности.

— Послушайте, инспектор, я очень спешу… — сказал Джеймс Райдер. — У меня в Лондоне весьма срочные дела!

— Весьма сожалею, сэр, но…

— Меня зовут леди Хорбари. Я нахожу возмутительным то, что вы осмеливаетесь меня задерживать!

— Искренне сожалею, леди Хорбари. Видите ли, случай крайне серьезный. Это очень смахивает на убийство. Прискорбно…

— Однако отравленная стрела южноамериканских индейцев… — со счастливой улыбкой пробормотал мистер Клэнси.

Инспектор с подозрением посмотрел на него. Археолог оживленно заговорил о чем-то по-французски, обращаясь к инспектору, тот, выслушав его, медленно и осторожно стал отвечать на том же языке, выискивая подходящие слова. Венетия Керр сказала:

— Все это невыносимо скучно, но я полагаю, что вы постараетесь побыстрее выполнить свой долг, господин инспектор, — на что почтенный инспектор с некоторой галантностью и благодарностью в голосе церемонно ответил:

— Спасибо, мадам. — А затем уже деловым тоном продолжал: — Прошу вас, леди и джентльмены, оставайтесь здесь, а мне необходимо немного поговорить с доктором… доктором…

— Моя фамилия Брайант.

— Благодарю вас, доктор Брайант. Следуйте, пожалуйста, за мной, доктор, вот сюда…

— Могу ли я присутствовать при вашем разговоре?

Инспектор порывисто обернулся, резкий ответ уже готов был сорваться с губ, но вдруг выражение его лица мгновенно изменилось:

— О! Простите, мистер Пуаро! Вы так закутаны, что я, право, не узнал вас. Проходите, пожалуйста.

Инспектор открыл дверь, и доктор Брайант и мсье Пуаро вышли, провожаемые удивленными взглядами остальных пассажиров. — А почему это ему можно выходить, а мы должны сидеть здесь взаперти? — воскликнула в негодовании леди Сисели Хорбари.

Венетия Керр покорно опустилась на скамейку.

— Очевидно, это какой-то тип из французской полиции, — сказала она. — А скорее всего просто шпион.

Норман Гэйль неуверенно обратился к Джейн:

— Мне кажется, я видел вас в Ле Пине… — И без особой уверенности в голосе продолжал: — Это прекрасное место. Мне очень нравятся сосны.

Джейн ответила:

— Да, от них такой пьянящий смолистый запах!..

Они помолчали немного, не зная, о чем же говорить дальше. Наконец Гэйль произнес:

— А я вас тотчас узнал в самолете.

Джейн изобразила удивление:

— Да неужели?

Гэйль спросил:

— Как вы думаете, та женщина действительно убита?

— Я думаю, что да, — ответила Джейн. — Это так ужасно! — Джейн вздрогнула, и Норман Гэйль пересел чуть поближе, как бы обещая ей свою защиту.

…Дюпоны что-то обсуждали по-французски. Мистер Райдер поспешно производил какие-то подсчеты в своей записной книжке и время от времени поглядывал на часы. Сисели Хорбари, нетерпеливо постукивая ногой по полу, дрожащими пальцами зажгла сигарету.

К дверному косяку уютно прислонился рослый, невозмутимо спокойный полисмен в безмятежно голубой форме.

В соседней комнате инспектор Джепп разговаривал с доктором Брайантом и Эркюлем Пуаро.

— Ну и наловчились же вы, однако, появляться в самых неожиданных местах, мистер Пуаро!

— Но мне кажется, что Кройдонский аэродром также не входит в сферу вашей деятельности, мой друг! дружески отозвался Пуаро.

— О, я только большой паук в закрытой склянке. Мое счастье заключается в том, чтоб не прозевать!.. И признаюсь: это самое, пожалуй, удивительное дело за много лет моей работы! Что ж, давайте к нему и приступим. Прежде всего, доктор, вы, возможно, сообщите мне ваше полное имя и ваш адрес?

— Роджер Джеймс Брайант. Специалист по болезням уха, горла, носа. Мой адрес-Херли-стрит, 329.

Туповатого вида полисмен, сидевший за столом, записал все эти данные. — Наш хирург осмотрит тело, — сказал Джепп. — Но вы нам понадобитесь во время следствия, доктор.

— Да, да, разумеется.

— Не могли бы вы хотя бы приблизительно установить время смерти?

— Женщина скончалась примерно за полчаса до моего осмотра; смерть произошла незадолго до прибытия в Кройдон. Точнее определить время затрудняюсь. Из слов стюарда я понял, что он разговаривал с нею примерно часом раньше.

— Это уже кое-что, доктор. Благодарю вас. И еще одно: быть может, это несколько нетактично с моей стороны, но мне придется спросить у вас, не заметили ли вы во время полета чего-нибудь подозрительного?

Доктор покачал головой.

— А я спал… — с огорчением заметил Пуаро. — В самолете мне бывает так же плохо, как и на море. Я всегда стараюсь хорошенько закутаться и уснуть. — У вас есть какие-нибудь предположения, догадки о причине смерти, доктор?

— Не могу пока сказать вам ничего определенного. Это выяснится после вскрытия трупа и проведения ряда анализов.

Джепп понимающе кивнул.

— Что ж, доктор, ладно, — сказал он. — Я думаю, мы вас не задержим. Но, к сожалению, вам придется пройти через ряд формальностей так же, как и всем другим пассажирам. Мы не можем сделать для вас никаких исключений.

Д-р Брайант улыбнулся.

— Я предпочел бы заверить вас, что не скрываю никаких… э-э… трубок или какого-то иного смертоносного оружия, — произнес он серьезно.

— Роджер посмотрит, — Джепп кивнул на своего помощника. — Между прочим, доктор, не знаете ли вы, что это может быть? Вот здесь…

Он указал на бесцветный шип, лежавший в маленькой коробочке перед ним на столе.

— Трудно сказать, не проделав анализов. Обычно туземцы используют яд кураре, очень быстродействующий.

— Но его, видимо, нелегко доставать?

— Нелегко простому смертному…

— Тогда мы обыщем вас особенно тщательно, доктор! — сказал Джепп, любивший подобного рода шутки. — Роджер!

Доктор и констебль вышли из комнаты. Джепп откинулся на спинку стула и посмотрел на Пуаро.

— Гм… Странный случай, — сказал он. — Слишком сенсационный, чтоб быть правдоподобным. Стреляющие трубки и отравленные дротики в самолете! Это буквально оскорбляет рассудок!

— Мудрое замечание! — согласился Пуаро.

— Мои люди сейчас осматривают самолет, — сообщил инспектор Джепп. — К счастью, неподалеку отсюда находились наши эксперты и мы сумели вовремя заполучить фотографа и дактилоскописта. Возможно, что-то удастся установить по следам… Так… А теперь, я думаю, необходимо поговорить со стюардами. Он шагнул к двери и распорядился вызвать стюардов. Вошли Митчелл и Дэвис. Младший уже оправился от потрясения, но все же заметно волновался.

Митчелл все еще был бледен и перепуган.

— Все в порядке, ребята, — сказал инспектор Джепп. — Садитесь. Паспорта при вас? Хорошо. — Он бегло просмотрел паспорта пассажиров. — Ага, вот: Мари Морисо,