Гидра (СИ) - Максим Бондарчук

— Открыть огонь по твари!

Видно почуяв опасность, существо обвилось вокруг боевой машины и не давало прицельно выстрелить остальным членам атакующих групп. Пилот кричал в эфир. Его голос разрывал связь прося о помощи, но сделать в такой ситуации уже было нечего. То появляясь в свете фонарей, то пропадая, скрываясь во тьме болот, рыча, оно утащило за собой свою жертву. Никто ничего не успел сделать. И лишь тогда, когда в наступившей и непривычной тишине забурлила вода, всем все стало ясно.

Группы остановились на своих местах. Ища глазами странное чудовище, пилоты взводили свои орудия и были готовы к неожиданной атаке с любой из сторон.

Корпус повело в сторону. Земля на которой стояла машина, начала буквально уходить из-под ног. Ее водянисто-болотная субстанция засасывала тяжелые «лапы» боевого робота и была готова поглотить весь корпус целиком.

— Не стоим на месте, атакуем пока есть возможность!

Машины не сразу, но сдвинулись с места. Оборона варрийцев ответила шквальным огнем и сотни ярких мотыльков-снарядов ударились о броню наступающих групп. Огонь велся со всех сторон. Турели ожесточенно выплевывали на наступающие машины сотни килограмм свинца в надежде остановить атаку, но все было безрезультатно.

Как горох, они отскакивали от корпуса, не причиняя никакого вреда.

Машины уничтожали все на своем пути. Каждое здание, каждый цех, который мог бы уцелеть и восстановить свою деятельность, все это сжигалось дотла и равнялось с землей.

Еще никогда в своей жизни мне не приходилось видеть подобное. Огромный комплекс спрятанный в самом сердце болот, горел огромным пожарищем, поднимавшимся к самым кронам вековых деревьев и уничтожавшим все живое на своем пути.

Кольцо медленно сжималось. Машины перестроились из «полумесяца» и принялись окружать оставшиеся силы варрийцев.

Последние ремонтные корпуса и главный центр управления находились у самой кромки болотной реки. Здесь противнику отступать было уже некуда. Темная вода окружала все это место и отрезала последние попытки уйти от прямого столкновения с нашими группами.

— Дави их! Осталось совсем чуть-чуть!

Группы сомкнулись. Две из трех, что были отправлены на это задание, смогли сомкнуться единой цепи, что шла теперь прямиком к последнему укрепленному рубежу варрийцев.

Стволы орудий краснели от интенсивного огня, эфир разрывался под давлением криков и непередаваемой брани, что заполнила его в одночасье.

Оставался последний бросок.

Но вскоре, что-то произошло. Я даже не успел понять саму сущность случившегося. Яркая вспышка, как одновременный взрыв сотен световых гранат, ворвалась в кабину и пробила ее, заставив меня отпустить рычаги управления и закрыть глаза руками.

Белая вспышка, сопровождаемая оглушительным грохотом, накрыла болота. Земля подпрыгнула под ногами и каждая секунда была похожа на вечность. Так сильно и так упорно все это врезалось в мою память.

Взрыв, за ним еще один, потом еще… и еще. Земля будто ожила под многотонными машинами и решила стряхнуть с себя назойливых людей.

Экран перед глазами внезапно и резко покраснел. Система трубила тревогу. Показатели перегрузок взметнулись до невыразимых показателей и буквально кричали о скорой и неминуемой гибели.

Я пытался удержать ее. Всеми силами я тянул рычаги на себя, стараясь закрепить положение машины в строгой вертикале, но каждый взрыв, появлявшийся возле меня, сводил на нет все мои усилия. И в конце-концов, когда крен оказался слишком большим и никакие усилия по стабилизации уже не могли помочь, машина потерла равновесие и упала на землю.

Боль. Возникшая в самом центре позвоночника заставила меня закричать. Так сильно и пронзительно, что ничто не могло удержать этот крик в моих легких. Ремни сжали грудь, голова повисла и от прилившей крови начала быстро наполняться неприятной болью.

Мой бой завершился. Теперь я понял это слишком ясно и отчетливо, поэтому отпустил рычаги и начал ослаблять крепежные ремни.

Грохот постепенно прекратился. Свет утратил свою силу и болота вновь погрузились в свою привычную обстановку.

Я пытался оглядеться, но сквозь потрескавшееся лобовое стекло кабины пилота было невозможно что-то разглядеть. Кое-где еще виднелись редкие вспышки орудийных огней, но их звук был далеким и явно доносился из других мест.

— Ливанов. Майнагос. Кто-нибудь.

Я попытался вызвать пилотов своей группы.

— Вторая группа, ответьте.

Но канал связи вновь остался пустым.

«Неужели все. Неужели столько сил и времени было потрачено, чтобы остановиться всего в двух шагах от победы. Разве так должно было случиться?»

Вопрос так и остался без ответа, ведь в тот момент я еще толком не понимал каким печальным он окажется.

Система боевой машины была отключена.

«Видимо взрывом повредило проводку» — мысли стали появляться в болевшей голове.

Выскользнув из цепких лап крепежных ремней, я подобрался к приборной панели и вскрыл электронный короб. Среди обуглившихся и перегоревших проводов было невозможно что-то различить. Черные как сажа. Они слиплись в единый комок и уже не подлежали никакому ремонту.

— Какие же это были перегрузки. Если защищенная проводка сгорела до такого состояния.

Я сказал это вслух, даже не осознавая, что кто-то мог меня слышать. Но в ответ я вдруг услышал знакомый голос.

— Боже правый. Я что один остался?

Майнагос! Он жив!

— Пилот, это Рик. Доложи обстановку.

Я услышал как недалеко от меня заскрипела броней тяжелая машина. Явно перенеся на себе всю мощь взрывов, робот Майнагоса двигался в сторону появившегося сигнала.

— Моя машина лежит где-то рядом с тобой. Попробуй ее найти.

Каждый шаг приближал его ко мне.

— Вижу твою «Рысь», скоро буду возле тебя.

— Что с остальными? — спросил я, ожидая самых страшных известий.

— Они все здесь… — он на секунду замолчал, но потом продолжил — лежат все здесь. Прямо у командного центра. Эти варрийцы заминировали все подходы к головному зданию. Мы напоролись на самое плотное минное заграждение. Машины буквально разорвало на части. Сложно сказать выжил ли кто еще.

Вскоре я увидел сквозь лобовое стекло свечение прожекторов на корпусе машины Майнагоса и попытался выбраться наружу.

Основной выход был покорежен и вбит чудовищной силой взрыва, что полностью исключало возможность выбраться через него. Но был запасной люк. Прямо над кабиной пилота. Я выпрямился и схватился руками за рукояти.

— Захвати с собой оружие. Мало ли что тут может случиться.

Арсенал всегда находился внутри машин. Небольшой, но критической ситуации он мог помочь пилоту добраться до безопасного места, не оставшись без оружия.

Я открыл небольшую встроенную в корпус конструкцию и извлек из него длинную винтовку, заряженную и готовую к бою.

«Это не будет лишним»

— Пошевеливайся, Рик. Я что-то слышу.

Тяжело выдохнув, я поднял над собой люк и тут же ощутил всю прелесть болотного воздуха, что был наполнен многочисленными запахами, смешавшимися в единое целое и образовавшие вокруг настоящую стену вони, что так сильно и упрямо лезла в ноздри.

Холодно. Прямо как в тот раз, когда Филина встречалась со старейшинами, я вновь почувствовал ледяное дыхание этих мест.

По телу пробежалась волна непроизвольных сокращений.

Вокруг все было необычно для глаза. Местность, вода по ногами, почва, что проваливалась и топила в себе любое существо неосторожно ступившее на нее. Каждый сантиметр этого места был настроен против меня. Ничто так не взывало у меня страха как ситуация, которую я не мог контролировать.

Машина Майнагоса стояла прямо передо мной. Ее почерневший от попаданий фугасными снарядами корпус освещался стационарными фонарями только с одной стороны. Другая же была покрыта тьмой и оставалась невидимой для моего глаза.

Я вскинул винтовку на плечо и спрыгнул с брони на землю.

Ноги погрузились в болота по щиколотку, но вскоре вернулись в обратное положение. Идти оказалось тяжелее, чем я думал и каждый шаг лишь подтверждал мои мысли.

— Ну что ты там, Рик. Быстрее. Датчики фиксируют приближение. Я вижу ЭТО у себя на панели.

«Я знал о чем он думал и пытался отогнать эти мысли от себя. Это существо находилось здесь. И в окружении болот и речных рукавов, что капиллярами проходили сквозь все это место, оно могло появиться в любой момент»

Голос становился все тише. Наушник перестал ловить даже дыхание матерого пилота, когда тот, развернув машину на сто восемьдесят градусов, уперся в широкое русло реки.

Дальше произошло то, чего я боялся больше всего. Вода вскипела будто подогретая огромным кипятильником и через секунду изрыгнула из своих недр существо невиданных размеров. Ее рык, сопровождаемый свистом многочисленных голов, что крутясь на длинных шеях, впивались в покореженную броню «Зубра».