Смертельный гамбит - Уильям Форсчен

Подавшись вперед, Букха улыбнулся.

— Надеяться на то, что те двое, которые находятся внизу, выживут… или погибнут по какой-то непредвиденной причине.

Зола повернулся в кресле и нажал кнопку интеркома.

— Пришлите сюда Курста. И, черт возьми, где мой новый монитор?

Зола посмотрел на Букху, и обычная самоуверенность вновь вернулась к нему.

— Теперь мы должны подумать о том, какой исход устроит нас более всего.

— Гениально, просто гениально! — воскликнула Блэки.

Курст просто сиял от гордости. Информация, которую он принес, и в самом деле была бесценна. Блэки с улыбкой поднялась с кресла и, покинув офис, прошла в торговый зал.

Через несколько секунд она отдала распоряжение о покупке. На бирже всем уже было известно о том, что Элдин и Корбин находятся вместе в самом центре убежища Габлоны. Торговля шла бойко, и шестичасовой опцион на билеты первого дня с исходом, где Элдин погибает от руки Габлоны, поднялся в цене до пятисот тысяч за один билет. Но когда Блэки начала скупать опционы с другим исходом, представители консорциума «Альма» быстро на это прореагировали и составили ей конкуренцию.

Каждую минуту десятки биллионов катар, инвестированные в лотерейные билеты, переходили на бирже из рук в руки.

— Как мило, что ты нашел время ко мне заглянуть, — сказал Габлона, устраиваясь в кресле напротив Элдина. — Все как в старые добрые времена — кох и преданный васба встретились для того, чтобы выпить вместе немного вина.

Сохраняя молчание, Элдин бросил беспокойный взгляд на стоявшего поблизости ассасина.

Заметив беспокойство Элдина, Габлона сделал знак своему человеку выйти из комнаты.

— Как тебе понравилась наша небольшая экскурсия на поверхность Дыры? — спросил Габлона.

— Послушай, Корбин, — сказал Элдин, — давай сразу перейдем к делу.

— Для тебя я кох Габлона. Не забывай про мой титул и собственный социальный ранг.

— Знаешь, Корбин, — медленно начал Элдин, — высокий титул дается тому, кто его заслужил. В течение многих поколений звание коха было связано с именем людей, обладающих честью, с теми, кто строго соблюдал кодекс и понимал, что, только играй по правилам, мы сможем сохранить экономическую систему Облака. Ну, а такие, как ты, порочат свое звание и расшатывают общественные устои. Мой отец, так же как и дед — служили твоим предкам, но ты изменил все раз и навсегда.

— Надеюсь, ты закончил? — с усмешкой произнес Габлона. Элдин с удивлением понял, что эта эмоциональная вспышка успокоила его нервы. Наконец-то после долгих лет безропотного молчания он высказал Габлоне все, что накопилось у него в душе, и теперь ощущал странное спокойствие.

— Надеюсь, ты понимаешь, что мы оба всего лишь мелкие фигуры в игре, которую ведут Шига?

— Возможно, с тобой все обстоит именно так, — сказал Корбин. — Ты встречался с Ульсаком?

Элдин молча кивнул.

— Он познакомил меня с местными деликатесами, а также с некоторыми принятыми здесь обычаями.

— Что он от тебя хотел? — спросил Элдин. — Он всего лишь сделал мне предложение и дал определенные гарантии. Если я доставлю тебя к нему целым и невредимым, то смогу беспрепятственно покинуть это место после того, как игра закончится.

— И ты ему веришь?

— У меня нет причин сомневаться в его словах. На тебя здесь возник большой спрос. Мои друзья в синем все еще сердятся на тебя за тот глупый инцидент, произошедший в первый день. Два клана повели за тебя настоящую конкурентную борьбу, но в итоге предложение Ульсака показалось мне более заманчивым.

— И что же он тебе предложил?

— Он согласился предоставить мне право убить тебя и тем самым получить немалую прибыль.

— Как данное обстоятельство может повлиять… — начал Элдин, но тут же замолчал, пораженный внезапной догадкой.

— Точно, — сказал Габлона с усмешкой. — У меня нет ни одного билета с исходом, где тебя убивают Шига. Я попросил своих друзей поставить солидную сумму на то, что сначала расквитаюсь с Сигмой, а затем с тобой. Теперь осталось только решить вопрос, когда это сделать. У меня имеется всего лишь пятьдесят билетов со ставкой на то, что ты умрешь сегодня или завтра. Но если я подожду четыре дня, то в таком случае получу выигрыш по тысяче билетов. На предпоследний день у меня припасено две тысячи этих бумажек, и, наконец, у меня имеется десять тысяч билетов со ставкой на твою смерть в последний день. Так что, как сам видишь, я получу неплохую прибыль, сохранив тебе жизнь еще на три стандартных дня. Наше маленькое приключение принесет мне биллионные доходы, и Ульсак согласился пойти мне навстречу.

Элдин посмотрел на него с нескрываемым отвращением.

— Так что ешь и ничего не бойся, мой друг, — сказал Габлона, показав на столик, заставленный раз личными местными деликатесами. — Ульсак даже прислал мне несколько бутылок конфискованного бренди. Хороший напиток. Можешь чувствовать себя здесь как дома. Фестиваль уже начался, и наши друзья будут здесь с минуты на минуту для того, чтобы тебя забрать.

— Освободи Тию, — холодно произнес Элдин. — По крайней мере, выполни собственное обещание. Ты ведь сказал, что отпустишь ее, если я сдамся.

Габлона откинулся на спинку кресла, и его круглое лицо растянулось в широкой улыбке.

— Я солгал.

— Он находится внутри уже целый час, — прошептала Мари, — оглядываясь по сторонам, поскольку туман уже начал редеть.

— Он приказал не совершать никаких действий до тех пор, пока из здания не выйдет девушка, — сказал Оиси.

Звук барабанов, доносившийся с площади, внезапно затих, и одновременно завесу поредевшего тумана прорезал первый солнечный луч. В отдалении прозвучал сигнал рога.

Мари дернула Оиси за pyкав.

— Действуй, черт возьми!

— Теперь позволь мне сделать одно предположение, — сказал Габлона. — Думаю, ты не настолько глуп, что пришел ко мне, не спланировав заранее, как выбраться отсюда.

— Что заставляет тебя так думать? — спросил Эл дин ровным голосом, осматривая поднос едой, предложенной Габлоной, и пытаясь найти там что-нибудь не слишком oтвpaтитeльнoe.

— Я сам поступил бы так на твоем месте.

— Прежде всего, ты никогда не смог бы оказаться на моем месте, даже если бы в заложниках оказалась твоя мать.

— Моя мать — произнес Габлона с кривой усмешкой. — Позволь, я расскажу тебе кое-что об этой женщине. Если бы Шига имели глупость ее схватить, то уже через неделю она прибрала бы их к рукам и стала бы здесь королевой. Но на месте твоих людей я не стал бы пытаться освободить тебя силой. Несмотря на мои выигрышные билеты, тебе не удастся выйти отсюда живым.

— С этим все ясно, но как насчет Тии?

— Опять ты о ней. По твоему поведению можно подумать, что она твоя любовница, а не племянница.

— Ты просто отвратителен, — бросил Элдин.

— Я знаю, — сказал Корбин, и его стотридцатикилограммовая туша затряслась от смеха. — Но мне кажется, твое время уже на исходе. Давай пригласим ее сюда.

Взяв с подлокотника кресла маленький колокольчик, Корбин позвонил. Через несколько секунд дверь за его спиной открылась, и один из стражников втолкнул в комнату Тию, выглядевшую усталой и изможденной.

— Тебе лучше остаться со мной, — сказал Корбин ассасину. — Мы ведь не хотим, чтобы здесь сложилось неблагоприятное для нас соотношение сил. Это может расстроить тех, кто наблюдает за нами сверху.

Элдин медленно поднялся на ноги и подошел к Тии.

— Что ты здесь делаешь? — воскликнула она и тут же поняла, что привело сюда Элдина.

В первый раз с тех пор, как Тия вышла из детского возраста, Элдин увидел, как глаза племянницы наполнились слезами.

— Ты идиот, — сказала она, громко всхлипнув. — Ведь ты должен был понимать, что в любом предложении Корбина скрывается обман.

— Я знаю, — сказал Элдин. — Но если бы я отказался, то уже никогда не смог бы жить в мире с самим собой. — И с этими словами он обнял ее за плечи. — Он тебя не обижал?

— Кто, он? Да он не посмел бы дотронуться до меня и пальцем.

— Ну, ну, — протяжно произнес Корбин. — Были времена, когда тебе нравились мои прикосновения.

— Грязный ублюдок, — бросила Тия. — Да я получу больше удовольствия, развлекаясь с куском льда.

В первое мгновение Элдину показалось, что она задела его слишком сильно. Лицо Габлоны покраснело от гнева, но он лишь отвернулся в сторону.

— Вместо того чтобы просто ее отравить, — медлен но сказал он, — пожалуй, я лучше передам твою племянницу в руки Шиги.

Элдин начал терять над собой контроль, испытывая сильный соблазн покончить с Габлоной.

Почувствовав его настроение, Корбин насторожился.

Внезапно дверь, ведущая к выходу, открылась, и один из ассасинов вошел в комнату.

— Вовремя ты здесь появился, — с усмешкой произнес Габлона. — Шига уже пришли за своим товаром?