Путь феникса - Вадим Проскурин

Полубосс рассмеялся собственным мыслям и пошел к балагану. Добрый господин скоро поужинает и захочет осмотреть девок. Пора уже выстроить их перед крыльцом.

На крыльцо вышел Сухой Перец. Покрутил головой, увидел Длинного Шеста и поспешил навстречу.

— Привет, вождь, — сказал он. — Знаешь, что про рыцаря говорят? У него в мешке артефакт древний! Он какой-то клад нашел, так что я думаю…

— Даже не думай, — перебил его Длинный Шест. — Лучше вообще не попадайся ему на глаза. Он сказал, он долго у нас не задержится.

Сухой Перец просветлел лицом, хлопнул Длинного Шеста по плечу и воскликнул:

— Ловко ты придумал, вождь! Когда он будет уезжать, позволь мне проводить его до границ стада. Я тебя не подведу!

— Отвали, — сказал Длинный Шест. — Иди, занимайся своими делами.

— Конечно, вождь! — сказал Сухой Перец. — Но не забудь меня позвать, когда придет время!

Он ушел. Длинный Шест посмотрел ему вслед и подумал: «А может, стоит попробовать?» Потом вспомнил пронизывающий взгляд доброго сэра, зябко передернул плечами и направился к девкам, которые уже начали собираться перед балаганом.

— А ну, становись в ряд! — рявкнул Длинный Шест. — Быстро, быстро, не спать, а то сейчас живо плетей отведаете!

4

Оргия не получилась. Сэр Джон отказался в ней участвовать, сказал, что пойдет лучше прогуляется. Майк предложил позвать мальчиков, но рыцарь заявил, что мальчиков тоже не желает, равно как и коз, собак, свиней и деревьев с дуплами. Майк хотел было возмутиться, но посмотрел на местных телок более внимательно, и подумал, что сэр рыцарь, пожалуй, прав. Какие страшные телки в этом стаде! Если это лучшие, то каковы худшие? Но не пренебрегать же традицией!

Майк четырежды прошел вдоль строя туда и обратно, и в конце концов отобрал трех более-менее пригожих самок. Загнал их в пиршественную залу и велел танцевать, а сам забил косяк.

Телки танцевать не умели, а эротические представления если и видели, то в гробу. В переносном смысле, конечно, орки своих покойников не хоронят, а съедают. Как бы то ни было, удовольствия такое зрелище не доставляло. Не этого ожидал Майк, когда ехал пастухом в стадо. Думал, что красивые самки станут отдушиной в беспросветном бытии, но теперь он понимал, что рассчитывать на такое было глупо. В самом деле, какой пастух отправит в штрафное стадо красивую самку? Аленький Цветочек не в счет, она особый случай. Может, ее оприходовать? Но ее связывать придется, а этого Майк не любит. К тому же, если сэр Смит внезапно передумает… Нет, ну ее к бесам, пусть ее пучеглазые пользуют.

Докурив косяк, Майк оприходовал одну телку и тут же выгнал всех троих прочь. Вспомнил, что забыл приказать их выпороть, но поленился выбираться из кровати. Забил еще один косяк и уснул.

А на следующее утро сэр Джон преподнес ему сюрприз. Они завтракали, и Майк между делом, не имея в виду ничего особенного, спросил сэра Джона:

— Могу я осведомиться желаниями сэра рыцаря на сегодняшний день? Оргия, охота, просто прогулка? Развлекать гостя — мой долг как хозяина.

Сэр Джон стал неожиданно серьезен. Некоторое время он молчал, а затем начал говорить следующее:

— Я должен кое-что рассказать тебе, Майк. Ты должен знаит, что я совершил… ну, не то чтобы преступление, это очень спорный вопрос, можно ли его считать таковым… Скажем так: я сделал некое действие, которое многие сочли бы предосудительным.

— Я это уже понял, — сказал Майк. — Иначе непонятно, почему вы путешествуете по диким местам в одиночку и не желаете ничего рассказывать о своем прошлом.

— Хорошо, что ты все понял, — сказал сэр Джон. — Знай же, Майк, что мне удалось избежать гнева служителей закона. Но на сердце у меня беспокойно.

— Вам нет нужды беспокоиться, — сказал Майк. — Вы можете оставаться моим гостем столько, сколько вам будет угодно. Здесь вас никто не найдет.

— Я не из-за этого тревожусь, — сказал рыцарь. — Я не сомневаюсь, что людской гнев мне не грозит. Но я не уверен насчет гнева богов. Уже много дней один вопрос не дает мне покоя: прогневал ли я богов своим поступком, и, если да, то в какой мере? Я долго думал над этим, и вчера я принял решение. Я решу этот вопрос экспериментом.

— Чем? — не понял Майк.

— Экспериментом, — повторил сэр Джон. — Это такое научное слово, оно означает… Ну, когда создаются некоторые условия, в которых может произойти одно или другое…

— Вы имеете в виду гадание? — догадался Майк.

Сэр Джон озадаченно хмыкнул.

— Наверное, можно и так сказать, — произнес он после паузы. — Да, назовем это гаданием, так тебе будет понятнее. Итак, Майк, я решил, что проведу некоторое время в штрафном загоне.

Майку показалось, что он ослышался.

— В штрафном загоне? — переспросил он. — Сэр Джон, ни в коей мере не хочу вас обидеть, но… Вы, вообще, представляете, что такое штрафной загон?

— Вполне, — ответил сэр Джон. — Штрафной загон или, иначе, петушатник, размещается в полудне конного пути на восток. В отличие от большинства других загонов, он обнесен частоколом, в котором, однако, нет ворот, а есть большая дыра на их месте. Внутри штрафного загона стоит балаган обычного вида, но он не используется по прямому назначению, а служит для того, чтобы у эльфов не возникло подозрений, что это не настоящий загон с настоящим стадом, а специально для них сделанная приманка.

— Я не об этом спрашивал, — сказал Майк. — Вы знаете, какую пищу едят в петушатнике?

— Да, я это тоже выяснил, — спокойно ответил сэр Джон. — Обитатели штрафного загона выращивают хлебную траву и какие-то овощи. Никакого скота там не держат, единственным источником мясной пищи служат тела каторжников, убитых эльфами во время очередного набега. Эльфы, как известно, орчатину не едят, а орки не считают каннибализм зазорным.

— Вы мне зубы не заговаривайте научными словами! — воскликнул Майк, тут же устыдился собственной несдержанности и добавил: — Прошу простить меня, сэр рыцарь, не сдержался. Мне просто показалось, что вы тоже… гм…

— Я думал над этим, — сказал сэр Джон. — Пока я не собираюсь вкушать орчатину. Видишь ли, Майк, среди артефактов, которые мне удалось добыть, есть запас консервов. Знаешь, что это такое?

— Конечно, — сказал Майк. — Это такие волшебные банки с волшебной едой, она никогда не портится, и сколько этой еды ни съешь, ее меньше не становится.

— Не совсем, — уточнил сэр Джон. — Еда в такой банке не портится только до тех пор, пока банка не вскрыта, а когда из банки ешь, еда уменьшается как обычно. Консервы не нарушают закон сохранения материи.

— Я науке не обучался и законов сохранения не знаю, — заявил Майк. — Но что я знаю твердо — то, что консервные банки неисчерпаемы. Это же общеизвестно! Спросите любого в Барнарде, вам любой так ответит! Вы, наверное, обряд вскрытия неправильно провели.

— Не буду спорить, — сказал сэр Джон. — Неважно. Видишь ли, Майк, я хочу получить знак. Я должен выяснить, насколько сильно прогневал богов тот мой поступок. Если эльфы меня убьют — это будет знак, что я недостоин продолжать жить. Если меня убьют каторжники — тем более. Но если я продержусь в штрафном загоне достаточно долгое время — этот знак покажет, что боги по-прежнему ко мне благосклонны и я зря терзаю свою душу сомнениями.

— Достаточно долгое время — это сколько? — спросил Майк.

— Пока не знаю, — ответил сэр Джон. — Я еще не решил. Поживем — увидим.

И улыбнулся.

Майк немного подумал и сказал:

— По-моему, это самоубийство.

Сэр Джон еще раз улыбнулся и повторил:

— Поживем — увидим.

5

Отправляясь в штрафной загон, сэр Джон взял с собой только Аленького Цветочка. Они поехали вдвоем, каравана каторжников сэр Джон ждать не стал.

— Недостойно рыцаря соразмерять свой шаг с тупыми животными, — сказал он Майку Карпентеру, отправляясь в путь. — К тому же день обещает быть жарким.

— Как вам угодно, сэр рыцарь, — сказал Майк. — Я понимаю, что мои следующие слова вас раздосадуют, но я обязан их произнести. В последний раз прошу вас, сэр Джон, откажитесь от своего гадания! Это очень опасно!

— Благодарю за заботу, — сказал сэр Джон. — Поехали, девочка.

К полудню они достигли штрафного загона, никаких происшествий в дороге не случилось.

— Интересно, — сказала Аленький Цветочек, глядя на поле, в котором работали орки. — Что делают эти два орка на краю поля? Почему они не работают, как другие?

— Полагаю, они присматривают за теми, кто работает, — сказал сэр Джон. — Следят, чтобы те не ленились и не отлынивали.

— А зачем это нужно? — удивилась Аленький Цветочек. — Нормальный орк и так будет нормально работать. А чем больше орков трудятся в поле, тем большее поле они смогут обрабатывать, тем больший урожай соекрут…