Любовь, опаленная огнем - Александр Афанасьев

— Моя очередь! — заявила Кэт, и погладила Монику по внутренней стороне бедра, поднимая руку все выше и выше. Та охнула, застонала и вцепилась в Кэт, не в силах сдержать волну наслаждения. Когда взрыв страсти у блондинки прошел, Кэт задала ей вопрос:

— Как долго ты сможешь ходить и терпеть трение одежды о твою кожу? Тебя ведь и это заводит?

— Приблизительно полчаса, — сбившимся голосом ответила Моника.

— Ладно. Будем действовать быстро.

— Главное, книжки потом не забыть, — мечтательно добавила Джоана, — Пошли!

Они подошли к железной двери и распахнули ее, открыв и сняв перед этим замок "Рadlock"-4. За дверью был коридор длиной около десяти ярдов, в конце которого их взору предстало круглое помещение диаметром приблизительно пятнадцать ярдов, вдоль круглой стены которого располагалось двенадцать железных дверей из компаудной стали толщиной в полдюйма, и снабженных зарешеченными окнами размером два фута на два фута. На каждой из дверей, закрытой на висячий замок модели "Рadlock"-4, был нарисован знак Зодиака. Из-за зарешеченных окон доносились крики истязаемых девушек. В центре круглого помещения была витая лестница, ведущая наверх в пентхаус.

— Я готова Вам все показать, — вздрогнув, сказала Моника, — начать лучше с двери, на которой нарисован Овен.

— Хорошо! — ответила Джоана, — Кэт! Что мы будем делать с насильниками? Убивать сразу или потом?

Кэт посмотрела на винтовку "Ли Мэтфорд" в своих руках, почесала изящный носик, и решила:

— Сразу! Прикладом по голове! А тебе, наверное, лучше одеться!

Джоана скорчила гримаску на своем юном личике и согласилась. Дождавшись, пока ее юная подруга оденется, Кэт скомандовала Монике:

— Давай, веди! Показывай что у вас тут за Содом!

Моника по дороге к первой двери дала общие пояснения:

— В зале двенадцать камер по числу знаков Зодиака. Девушка-рабыня попавшая в этот зал, помещается в камеру Овна, и в течении четырнадцати дней обходит их все по кругу, возвращаясь на четырнадцатый день в снова в камеру Овна и замыкая тем самым круг. После повторных истязаний в камере Овна ее приносят в жертву.

— То есть как в жертву? Нам говорили, что Лью Нейрус отпускает женщин! — ошарашено воскликнули Кэт и Джоана.

— Это вранье распространяет она сама, чтобы скрыть ритуальные убийства. На самом деле всех девушек зверски убивают.

— И как часто? — распаляясь от злости спросила Кэт.

— Каждый день! Обычно ночью, но раз в двадцать три дня, когда Лью Нэйрус совершает поездку в Эдинбург, убийство совершается утром перед ее отъездом.

— А что в Эдинбурге?

— В Эдинбурге у нее так называемый Большой Круг — там истязания и жертвоприношения происходят по канонам арканов Таро. Поскольку их двадцать два, то чтобы перемещаться по кругу от аркана к аркану она ездит каждый двадцать третий день. Следующая ее поездка должна была быть через десять дней.

— И там тоже убивают женщин?

— Не знаю. Она мне это не рассказывала. Скорее всего да.

— А здесь? Что здесь происходит?

— Здесь девушек истязают по мотивам соответствующего знака Зодиака. Я вам расскажу отдельно по каждому случаю.

— А кто истязатели?

— Разные люди, естественно, что все при деньгах, поскольку участие в таком стоит очень дорого. Есть банкиры, есть промышленники, есть чиновники.

Они подошли с двери, на которой нарисован Овен, и открыв замок "Рadlock"-4 зашли во внутрь. Их взору предстала ужасная картина: какой-то плешивый заплывший жиром коротышка насиловал девушку. Несчастная стояла на четвереньках, а ее ноги и руки были прикованы к полу. Лоб девушки был рассечен и залит кровью. Время от времени насильник приостанавливался, и, либо, ухватив несчастную за волосы, бил ее лбом о деревянную доску, на которой были нарисованы ворота, либо брал ножницы и состригал с девушки прядь волос под самый корень и бросал на пол, застеленный персидским ковром с двухдюймовым ворсом.

Моника дала соответствующие пояснения:

— В камере Овна, как я уже сказала, девушка бывает дважды. Когда она попадает в первый раз, ее просто бьют лбом о деревянную доску, что символизирует барана или овна попавшего в западню, и пытающегося разбить захлопнувшиеся ворота. Обычно таких девушек доставляют перед полуночью, чтобы сменить тех, кого должны принести в жертву. Данная девушка, — Моника показала в сторону истязаемой, — уже прошла круг, и теперь ее не только бьют лбом о доску, но и стригут с нее волосы, что символизирует стрижку овцы. В полночь ее заберут из камеры и отведут наверх, где Лью Нейрус принесет ее в жертву.

Кэт шагнула к насильнику, который даже не обратил внимание на их появление, то ли по причине того, что вошел в раж, то ли по причине того, что Лью Нэйрус устраивала здесь экскурсии, и обрушила на его голову приклад "Ли Мэтфорда". Хрустнул раздробленный череп, и во все стороны брызнула кровь с кусками костей и мозга. Когда Кэт, нагнулась к девушке, чтобы освободить ее от оков, Джоана резко остановила свою подругу. Повернув свое недоуменное лицо в ее сторону, она услышала в ответ:

— Кэт! Я понимаю, что это жестоко, но давай освободим ее от оков после того, как разберемся со всеми насильниками. У нее наверняка начнется истерика, и если мы будем успокаивать каждую по отдельности, то проторчим здесь до утра. Лучше успокоить их скопом, а еще лучше, сразу же после освобождения загрузить каким-то делом — чтобы не расслаблялись до приезда в бригаду.

— Логично! Ты все-таки чудо! — Кэт выпрямилась и поцеловала подругу. — Моника, давай веди нас дальше!

Они вышли из камеры Овна, и открыв замок "Рadlock"-4, прошли внутрь камеры Тельца. Картина, которую они увидели внутри, их тоже не обрадовала. Несчастная жертва была привязана за руки и ноги к кольцам на полу. Груди девушки у их основания были туго перетянуты тонкими ремешками, и от застоя крови приобрели синеватый цвет. Насильник, истязавший жертву, время от времени прерывал половой акт и сильно стискивал руками груди жертвы, причиняя ей мучительную боль. Моника дала соответствующие пояснения:

— Телец символизирует плодородие природы, а груди жертвы — вымя коровы. Сдавливая их, производятся действия символизирующие сбор даров природы. Если в истязаемые попадает женщина у которой есть молоко, то Лью Нейрус поднимает цену за это развлечение в четыре раза.

Кэт подскочила к насильнику и со всего маху опустила ему на голову приклад "Ли Мэтфорда". Глядя, как обмякло его тело, и в предсмертных конвульсиях стали подергиваться конечности, она мстительно улыбнулась, и повернувшись к Монике скомандовала:

— Дальше!