Грехи и грешницы - Сьюзан Одо

— Ну, нельзя сказать, чтобы ты нам до сих пор очень помогала, улыбнулась Дорин.

— Я вами руководила! — возразила Сюзи. — Включить вам телик или вы собираетесь сидеть и перемывать всем кости?

— Вот наглая мадам! — Бэбс подтолкнула к Сюзи свой пустой бокал. Конечно, мы хотим немного посплетничать.

Соблюдая определенные инструкции матери, Сюзи дала тетке небольшой бокал в надежде, что это несколько ограничит потребление ею алкоголя. Подобная стратегия была рождена многолетней практикой, однако чрезмерная близость бара обрекала ее на провал. Частота наполнения бокала грозила компенсировать его незначительный объем.

Посмотрев на Сюзи, Дорин кивнула в сторону стереосистемы.

— Включи музыку, а, Сюз? Стрейзанд или Хулио.

— Нет, Сюз, — возразила Бэбс. — Поставь что-нибудь поживее. Элвиса или Тома Джонса.

В свое время Бэбс была неистовой танцоркой, и Сюзи помнила множество свадеб, когда она отплясывала рок-н-ролл, так вскидывая ноги, что были видны резинки на ее чулках — к великой радости многочисленных племянников и племянниц и к страшному смущению ее собственных детей.

Под песню Тома «Это нормально» Сюзи забрала выпивку и косметичку и собралась уходить.

— Ой, кстати, Дженет просила передать вам обеим привет.

— Благослови ее Бог, — отозвалась Бэбс, поправляя на носу очки. — Как там она?

— Нормально. Ну, вы знаете.

Дорин сочувственно улыбнулась. Она сама после Сюзи много лет пыталась родить еще одного ребенка — муж хотел мальчика, — но ничего не получилось. Она помнила ту печаль, то отчаяние, которое временами ее охватывало.

— Она еще не забеременела?

— Нет. Но, может быть, скоро вылечится.

— Скрести пальцы, — скомандовала Дорин, положив в стоявшую перед ней коробку еще одну бутоньерку.

— Ну, Дор, скоро ты еще раз сможешь стать бабушкой. — Бэбс кивнула в сторону Сюзи. — Я думаю, твоя духовка недолго будет пустой, а, Сюзи?

— Вот спасибо, Бэбс! — Сама мысль об этом вызывала у Сюзи странные чувства. — Дети — это, конечно, хорошо, но… в общем, мы не будем с этим спешить. Надо сначала пожить вдвоем.

Конечно, Сюзи уже обсуждала с Джо ту тему, которую сейчас столь дипломатично затронула ее тетка. Учитывая свой возраст, Сюзи собиралась построить настоящую семью немедленно, однако Джо убедил ее, что нужно немного подождать и понаслаждаться жизнью. «Качественной жизнью», как он говорил. Сюзи тогда решила, что это просто замечательно.

— А знаете, — добавила она, — у меня будет мальчик!

Оба раза, во время беременности Линдсей, их отец не сомневался, что она носит мальчика; ему хотелось наконец исполнить свою давнюю мечту. Разочарование было огромным, и отец не смог — или не захотел — его скрыть.

Внезапно мысль об этом показалась Сюзи забавной.

— Вот будет урок старому ублюдку! Его маленькая принцесса не сможет дать ему то, что он хочет, а я смогу.

Да, это чему-то научит старого мошенника.

— Не говори так о своем отце! — для порядка прикрикнула Дорин. — Он этого не заслуживает.

— Да ну? — прошептала Сюзи себе, под нос и направилась к лестнице.

Но из головы ее не выходили горькие воспоминания о том, как он не помог ей в беде, о том, как открыто выказывал свое разочарование в ней. Все могло быть совершенно иначе. Все могло быть так… прекрасно. Остановившись на верхней ступеньке, она попыталась успокоиться, но ничего не получилось.

— Да пошел он! — громко воскликнула Сюзи, давая выход своему гневу, и захлопнула за собой дверь.

Стоя перед гардеробом, Сюзи рассматривала себя в зеркале. Сброшенная одежда кучей валялась на розовом ковре. Рядом с ней лежал пластиковый пакет с чулками от Диора, который Сюзи купила специально к свадьбе.

Подойдя к туалетному столику, она достала из косметички красную губную помаду и, наклонившись к зеркалу, провела ею по губам. Затем взъерошила свои длинные светлые волосы и, довольная произведенным эффектом, сделала шаг назад.

Несмотря на возраст, у нее все еще было красивое тело. Проведя руками по бокам и ощутив нежное прикосновение атласной ткани, Сюзи молча возблагодарила Бога за аэробику. Сейчас в ней нет ни грамма лишнего жира, а сиськи сохранили свою форму. В ее возрасте этим немногие могут похвастаться.

Белая баска выглядела весьма сексуально. Прозрачные кружева едва прикрывали чашечки лифа, а благодаря пластинкам из китового уса талия Сюзи была такой тонкой, что любой взрослый мужчина мог бы безо всяких усилий обхватить ее ладонями. Ансамбль довершали четыре атласные подвязки, довольно комично болтавшиеся вокруг обнаженных бедер.

Повернувшись так, чтобы видеть себя в профиль, Сюзи приподняла руками груди и свела их вместе. Так она и стояла — ангельское личико над двумя полными, спелыми грушами. Наконец, довольная своим видом и уверенная в том, что Джо тоже будет доволен, она с улыбкой повалилась на кровать.

Там, на их квартире, у Сюзи был полный ящик сексуального белья — она все из него перепробовала. Однако кое-что показывать Джо она не решалась, поскольку боялась его осуждения. Это были вещи из ее прошлого. Что-то в глубине души заставляло Сюзи держаться за них, ибо это служило постоянным напоминанием ее скрытых желаний и ее отвращения к самой себе. О том, что когда-то она потакала этим чувствам.

Когда Рей Вуд стал проявлять к ней интерес, Сюзи была на седьмом небе от счастья: ведь он такой очаровательный и прекрасно владеет искусством беседы. Она же была обычная пышнотелая простушка. Каждый раз, приходя в кондитерскую, где работала Сюзи, Рей выделял ее из всех: делал ей комплименты, ждал, пока именно она его обслужит, шутил насчет того, как они будут встречаться.

К моменту первого свидания Сюзи уже была целиком и полностью в его власти и меньше чем через месяц переехала к нему жить. Ей как раз исполнилось двадцать пять.

После смерти матери Рей стал владельцем ее муниципальной квартиры; отец их бросил, а оба брата сидели в тюрьме. Квартира была настоящей дырой, но тогда Сюзи этого не замечала — ей все казалось восхитительным. А главное восхитительным казался он.

Довольно скоро Сюзи поняла, что кормильцем у них является она. Она научилась не спрашивать, откуда у него берутся деньги, ибо эти деньги как приходили, так и уходили — на скачках, в пабе, в каких-то странных клубах.

Когда же Рей оказывался на мели, он забирал то, что принадлежало ей. Помнится, как-то раз Сюзи обыскалась радиоприемник с часами, который стоял возле кровати, но так и не смогла его найти. Когда появился Рей, он тут же признался, что продал радиоприемник в пабе — ему нужны были деньги. Ни угрызений совести, ни сожалений, ни даже объяснений — просто констатация того, что ему нужны были деньги.