С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Лепски свято верил, что наступит такой день, когда она подаст какое-нибудь блюдо и тогда отпадет необходимость есть холодные закуски из холодильника.

Когда он открыл дверь своего дома, его окутал чад сгоревшей еды и оглушили громкие проклятия жены.

Он пытался изобразить все понимающую улыбку, но выглядел он скорее как человек из фильма ужасов.

Анита и Фуентес ждали почти три часа, пока Мануэль не вернулся на бот. Эти три часа были самыми ужасными, которые когда-либо пережил Фуентес.

В каюте было удушающе жарко. Он не мог усидеть на месте: он беспрерывно ходил по каюте и курил одну сигарету за другой. Он что-то бормотал себе под нос, ни на секунду не забывая, что женщина, сидящая за столом, ненавидит его.

То и дело он бросал на нее взгляды, но она не отрывала взгляда от своих сжатых в кулаки рук. Ее лицо было закрыто густыми черными волосами.

Услышав шаги Мануэля на палубе, Фуентес облегченно вздохнул. Только теперь Анита оживилась. Она подняла голову и не отрывала взгляда от двери каюты, но лицо оставалось каменным.

Вошел Мануэль. Он закрыл за собой дверь и сразу же прошел к столу, где опустился на стул напротив Аниты.

— Хорошие новости! — Повернувшись в сторону Фуентеса, он попросил: — Принеси мне что-нибудь выпить, мой друг.

Фуентес достал из шкафчика бутылку рома и налил в стакан изрядную порцию.

— Анита, прости, что я так долго отсутствовал. Мой друг в больнице был очень занят. Мне пришлось ждать.

— Педро? — спросила она глухим голосом.

— Да, Педро.

Мануэль взял стакан у Фуентеса, выпил ром залпом, вздохнул и поставил стакан на стол.

— Наконец я получил возможность обстоятельно поговорить с другом. Я объяснил ситуацию. Спросил, сможет ли Педро перенести поездку по морю. Он объяснил мне, что, если правильно все организовать, Педро сможет поехать с нами. Он уже начал садиться в постели, неплохо есть, но следует быть предельно осторожными.

Фуентес сидел на койке и не вытирал пота с лица. Он знал, что Мануэль лжет, но лжет убедительно.

— Что нужно сделать? — спросила она.

— Мой друг сказал, что Педро необходимо доставить на мой бот в санитарной машине. Ты его сможешь увидеть и принять все заботы о нем на себя только тогда, когда он окажется здесь. Тащить его в отель — об этом не может быть и речи. Необходимо оградить его даже от малейшего напряжения.

Раздумывая над тем, что она услышала, она опустила глаза на свои сжатые кулаки.

Фуентес почувствовал, как струйки пота заливают ему глаза.

«Эта проклятая бабенка, — подумал он, — стоит между мной и миллионом долларов!»

Мануэль тоже не отрывал глаз от Аниты, но при этом он думал о том, что она держит в руках ключ к пяти миллионам долларов. Убедил ли он ее своей ложью?

Анита подняла глаза.

— А пропустит ли его полиция на бот? — спросила она.

— Что же ей останется делать, после того как положение будем контролировать мы. Глупо предпринимать какие-то шаги, когда у нас на руках будут похищенные Уорентоны. Кроме того, у нас будут две бомбы. Дюлона я предупрежу отдельно, что можно взорвать его отель и с борта бота, если Педро не доставят туда.

Она настороженно посмотрела на Мануэля.

— И ты решишься это сделать? Это реально?

— Да. Человек, который дал мне эти бомбы, обязан мне жизнью. Он сказал, что с помощью взрывателя, который у меня в сумке, можно взорвать бомбы даже на расстоянии двух миль.

Анита не отрывала от Мануэля все еще настороженного взгляда.

— Покажи мне взрыватель.

Мануэль беспокойно заерзал, но под ее тяжелым темным взглядом встал, подошел к узкому шкафчику и вынул из него серый ящичек.

— Вот, смотри. Я нажимаю на верхнюю кнопку — взрывается маленькая бомба, нажимаю на нижнюю — взрывается большая. Этот прибор я возьму с собой.

Она осмотрела взрыватель.

— А он сработает?

— Да, конечно.

Она облегченно вздохнула, расслабилась и улыбнулась Мануэлю.

— Значит, мы вместе с Педро поедем в Гавану?

— Да.

Она протянула руку и положила ее на широкую руку Мануэля.

— Мой дорогой друг, тебя по праву называют хозяином своего слова и другом моего народа. Большое тебе спасибо.

Прикосновение Аниты обожгло Мануэля раскаленным железом, но он сдержался и не отдернул руку.

«Пять миллионов долларов! Кому, черт возьми, не захочется быть известным как господином своего слова, если есть возможность снять такую кучу денег!

— Значит, договорились, — сказал Мануэль, убирая свою руку якобы для того, чтобы почесать подбородок. — Ты открываешь дверь, мы похищаем Уорентонов, берем деньги, а ты получаешь своего Педро.

— Договорились, — кивнула Анита и посмотрела на Мануэля. — Мне нужен пистолет.

— У меня только два пистолета, — ответил он после небольшом паузы. — Один для меня, второй — для Фуентеса. Один вы поделите, когда будете меняться, охраняя Уорентонов.

Анита молчала. Под прикрытием стола она нащупала рукоятку кинжала, спрятанного под свитером. Ей не понадобится пистолет, если что-нибудь случится. Нож бесшумен. Она взглянула на Фуентеса, который наблюдал за ней. Этого человека она ненавидела и не доверяла ему.

— Я совершенно не разбираюсь в оружии. Покажи мне пистолет, которым мне, возможно, придется пользоваться.

Мануэль подошел к шкафчику, достал из него пакет и вытащил револьвер 38-го калибра.

— Ничего сложного здесь нет, — с этими словами Мануэль протянул ей револьвер. — Он не заряжен. Берешь его обеими руками, прицеливаешься и спускаешь курок. Важно держать его обеими руками.

Анита задумчиво рассматривала револьвер. Все внимание мужчин было сосредоточено на ней. Потом она отвернулась, взяла револьвер двумя руками и нажала на курок. Щелчок бойка заставил ее вздрогнуть.

— Да, я поняла, — сказала она и вернула револьвер Мануэлю.

Тот засунул его в пакет и снова спрятал в шкафчик.

— Давайте поедим, — предложил он. — Возможно, придется задержаться в апартаментах на два или три дня, поэтому разумно поесть впрок.

Пока Мануэль готовил что-то из рыбы и овощей, Анита неподвижно сидела за столом, учащенно дышала и неотрывно смотрела на свои руки.

Фуентес встал с койки и направился к камбузу. Он был сыт по горло свирепым взглядом Аниты.

Мануэль подмигнул Фуентесу, потом приложил толстый палец к губам, давая ему понять, что следует молчать.

Ели молча. Когда Анита мыла посуду, раздался телефонный звонок. Мануэль схватил трубку, пробормотал свое имя и долго слушал, ничего не говоря. Потом произнес:

— Спасибо. Хорошо, что позвонил. Я позабочусь о своих друзьях.

Фуентес заметил, что Мануэль чем-то озабочен. Его лицо застыло в раздумье. Сев за стол, он почесал свой лысый, мокрый от пота череп.

С камбуза пришла Анита.

— Плохие новости, — сказал Мануэль.

— Педро?

— Да нет! Я же тебе сказал, что Педро чувствует себя прилично. Прекрати думать только о нем!

— У меня нет никого, о ком я могла бы думать, кроме собственного мужа. Что за плохие известия?

— Полиция выяснила, что ты работаешь в отеле.

Анита съежилась, потом села за стол.

— Что же теперь будет?

— Не знаю. Может быть, они уже дожидаются тебя. Они будут тебя допрашивать. Они будут беседовать с твоим шефом. Опасная ситуация.

Она задумалась. Мануэль и Фуентес не сводили с нее глаз. Они опасались, что от больших денег ничего не останется.

Наконец она подняла глаза, и Мануэль удивился спокойному выражению ее лица.

— Все будет в порядке. В отеле слишком много уборщиц. Я единственная, кто может убирать апартаменты. Сегодня вечером отель не сможет обойтись без меня. Допрос начнется только после того, как я закончу работу. В этом я уверена, ну а потом будет слишком поздно.

Она встала.

— Сейчас я пойду. Я не боюсь полиции. Ровно в 0.30 я открою дверь служебного входа. Даю тебе слово.

Мануэль расслабился.

— Ты прекрасная, мужественная женщина, — сказал он. — Мы будем там ровно в 0.30.

— Мы договорились, что примерно через неделю мы с Педро будем в Гаване?

— Договорились, — подтвердил Мануэль, фальшиво улыбаясь.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Я верю тебе. Вы возьмете все деньги. Мне нужен только Педро.

Когда она ушла, наступило долгое молчание. Потом Фуентес сказал:

— Я боюсь ее. Она опасна. Ей нельзя давать оружие.

Мануэль мотнул головой.

— Дело не в этом.

Он вытащил из заднего кармана нечто похожее на черную колбаску; и положил этот предмет на стол.

— Я все время думал об этом, оставляя вас вдвоем. Педро при смерти. Другого выхода нет. Мы должны исключить из дела полицию. Анита ждет, что я буду угрожать владельцу отеля с тем, чтобы он, в свою очередь, оказал давление на мэра и Педро освободили. Она будет находиться рядом со мной, когда я буду разговаривать с Дюлоном. Если я это сделаю, он уведомит полицию. Необходимо во что бы то ни стало избежать этого. Я уверен, что мы получим деньги и без Педро. В этом я действительно уверен, но до этого необходимо вывести из игры Аниту.