С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Анита не спускала с Мануэля испуганных и внимательных глаз. Его охватило неприятное чувство беспокойства.

— Что за другое предложение?

Голос Аниты звучал глухо и сурово.

— Нам нет необходимости обсуждать это сейчас.

Мануэль поднялся.

— Я еду в больницу. Надеюсь, что запасной вариант не потребуется. Ждите меня через час.

— Я буду ждать, но запомни, если там не будет Педро, я не открою двери.

— Само собой разумеется, — ответил он и вышел из каюты. Он спустился по трапу, сел в машину и уехал.

Фуентес смотрел на Аниту глазами, полными ненависти. Ему приходилось сдерживать себя, чтобы не вытащить нож и не перерезать ей горло. До миллиона долларов, если им повезет, рукой подать. Однако эта женщина могла сорвать их план.

Анита не обращала на него никакого внимания, ее взгляд не отрывался от собственных рук, сжатых в кулаки.

«Мануэль — господин своего слова, — она не переставала это повторять. — Будь благоразумной.»

Наконец она взглянула на Фуентеса. Выражение её глаз заставило его содрогнуться.

— Это ты все натворил! Ты заставал моего мужа совершить этот ужасный проступок! Ты дал ему револьвер! Не смей разговаривать со мной! Бог тебя накажет!

Фуентесу нечего было возразить. Он лег на койку и уставился в потолок. «Она опасна, — подумал он. — Что же придумает для меня Мануэль?»

Когда Лепски сообщил своему шефу, Джо Бейглеру, имя убийцы Абе Леви и что теперь важно разыскать жену убийцы, он за чашкой кофе сказал, что Лепски всю работу выполнил один. Однако, когда Лепски попросил выделить ему двоих полицейских для наблюдения за Фиш Роуд, чтобы сменит Якоби, Бейглер посмотрел на него так, словно тот требовал с него тонну монет.

— Я не могу дать ни одного, — ответил Бейглер после продолжительного молчания. — Это твоя проблема. Мне необходимо, чтобы за домом велось непрерывное наблюдение. В данный момент я не могу установить, где работает жена убийцы. Следовательно, самое правильное задержать ее в тот момент, когда она вернется домой с работы.

— Я это понимаю, но нужны люди, — сказал Лепски терпеливо, словно объяснял слабоумному ребенку.

Бейглер отпил кофе.

— Знаешь, что бы я сделал, если бы был ловким детективом первого класса? Я могу, пожалуй, добавить, что я не хитрый детектив первого класса, а несколько выше по званию, и очень хитрый, просто очень хитрый. Итак, если бы мне понадобилось узнать, где работает кубинка, которую мы ищем, знаешь, что бы я сделал?

Лепски ослабил галстук. Когда Бейглер становился с ним таким снисходительным, у Лепски повышалось давление.

— Весь внимание, — буркнул он.

Бейглер откинулся на спинку стула. Самодовольная улыбка играла на его веснушчатом лице.

— Поскольку я очень хитрый и ловкий, именно я несу ответственность за это полицейское стойло в отсутствие шефа. Думается, стоит навестить ратушу. В бюро регистрации иностранных граждан можно навести кое-какие справки. В честности, у них есть картотека всех работающих в городе кубинцев.

Лепски вытаращил глаза.

— Откуда, черт возьми, я мог знать об этом?

— Ты не можешь, а я могу, поэтому-то я и такой хитрый…

Но Лепски уже сорвался со своего места и, влетев в машину, погнал ее в ратушу. С задней стороны находилось бюро регистрации иностранных граждан. Перед дверью стояла длинная очередь бедно одетых кубинцев. Все они пришли зарегистрироваться.

Лепски не питал никакой симпатии к кубинцам. Он растолкал очередь и вошел в просторный кабинет.

Протолкнувшись к началу очереди, он увидел молодую женщину, которая сидела за длинным столом перед окошком и заполняла карту. Табличка, стоящая перед ней, гласила, что ее зовут мисс Хепплуэйт.

Он представился:

— Детектив управления полиции Лепски.

Она даже не взглянула на предъявленный жетон и продолжала свою работу. Он не мог знать, что в это утро у нее было неприятное столкновение с полицией из-за того, что она поставила свою машину в неположенном месте и что полицейский составил протокол. Именно в этот момент мисс Хепплуэйт, девушке необыкновенно сильного характера, были ненавистны все полицейские.

Лепски подождал, барабаня пальцами по столу. Когда она заполнила карту, она взглянула на него холодными стальными глазами.

— Я ведаю регистрацией кубинцев. Что вам угодно? Кто вы?

— Детектив Лепски, городская полиция, — снова представился он и предъявил жетон.

— Что прикажете делать? Упасть на колени или молиться на вас?

«Остроумная девушка», — подумал он.

— Полицейское дело, мисс. Мне необходимо установить, где работает Анита Цертес, проживающая по Фиш Роуд, 27, Сикомб.

Она враждебно посмотрела на него.

— Зачем?

У Лепски появилось огромное желание отшлепать ее.

— Полицейское дело, — повторил он. Вам не стоит ломать над этим голову, бэби.

— Не смейте так называть меня! Я могу привлечь вас к ответственности за оскорбление!

Лепски начал терять терпение.

— Ну ясно. Теперь я смело могу задержать вас за то, что вы препятствуете работе полиции, бэби. Я расследую дело об убийстве. Может, у вас есть желание проехать со мной в полицейское управление, где мы сможем в спокойной обстановке решить наш спор?

Она посмотрела на худое, жесткое лицо Лепски и решила, что, пожалуй, достаточно пререкаться. Он выглядел так, что она поверила, что он способен осуществить свою угрозу. Ей только еще не хватало отправиться в полицейское управление! Она неохотно сдалась.

— Как имя женщины?

— Анита Цертес, Фиш Роуд, 27, Сикомб.

— Вы должны понять, что у нас много… — начала она, пытаясь восстановить свое пошатнувшееся достоинство.

— Анита Цертес, Фиш Роуд, 27, Сикомб, — прорычал Лепски, прерывая ее.

— Сейчас я посмотрю.

Злясь на саму себя, что поддалась запугиванию этого копа, она направилась к картотеке. Она намеренно тянула время, пока Лепски не начал нетерпеливо барабанить пальцами по столу, а кубинцы, стоящие в очереди, не навострили глаза и уши.

Наконец она вернулась, держа в руках карточку.

— Женщина работает в отеле «Спениш Бей». Ее смена начинается в 10 утра и заканчивается в час дня. Потом перерыв. Смена продолжается с 8 вечера. Она работает уборщицей.

— Благодарю, бэби. — Лепски одарил ее язвительной улыбкой. — Ни пуха ни пера, — добавил он, уходя.

Низенький тощий кубинец разговаривал со своим другом, стоящим впереди него.

— Последи за очередью, — еле слышно проговорил он, вышел и стал искать телефонную будку.

Этот человек был хорошим знакомым Аниты Цертес. Он знал, что существует только один человек, который способен предупредить Аниту, что за ней охотится полиция. Этим человеком был Мануэль Торрес.

Джое Прескоттт, детектив отеля «Спениш Бей» готовился к ночному дежурству. Он побрился, принял душ и теперь одевался. Из его головы не шла эта фантастически, просто чертовски красивая медсестра. У него были девушки, но ни одна не могла сравниться с ней. Они договорились встретиться сегодня ночью. Одна мысль, что можно будет овладеть этой чертовкой в благоухающем кустарнике еще раз, поднимала его давление до предела. Когда он завязывал галстук, раздался настойчивый стук в дверь.

В квартиру ввалился Лепски.

— Хэлло, Джое!

— Что вам угодно? Я как раз собираюсь на дежурство.

Лепски сел.

— В отеле работает одна кубинка, Анита Цертес. Это имя что-нибудь говорит вам?

— Конечно. Она работает уборщицей. А что с ней?

— Вы не читали сообщение об одном типе, который укокошил управляющего дома в Сикомбе?

Прескотт кивнул.

— Анита Цертес — жена этого убийцы. Мне хотелось бы ее допросить.

— Эти проклятые кубинцы вечно доставляют одни неприятности.

— Вот именно. То же самое всегда говорю и я. Женщина работает с восьми до девяти вечера, так ведь?

— Да.

— Итак, я пройду с вами в отель и там допрошу ее?

Прескотт на минуту задумался, потом покачал головой.

— Она обслуживает апартаменты Уорентонов, Том. Мой шеф вылезет через трубу, если они не будут убраны. Нет, правильнее будет, если вы подождете, пока закончится работа. Я позабочусь о том, что бы она сразу после десяти явилась в мой кабинет. Тогда вы сможете ее допросить.

— Хорошо, Джое. Я буду у вас после десяти.

— Я доставлю ее, заверил его Джое.

Часы показывали 8.30. Кэролл пообещала Лепски, что приготовит новое блюдо, но не сказала какое. Лепски проголодался. Он мог думать только об этом. Когда Кэролл не болтала часами по телефону или не проводила время в кафе со своими подругами, она изучала поваренную книгу. Всякий раз ей удавалось отыскать новое сложное блюдо, приготовление которого неизменно заканчивалось неудачей.

Лепски свято верил, что наступит такой день, когда она подаст какое-нибудь блюдо и тогда отпадет необходимость есть холодные закуски из холодильника.