Командор - Никита Киров

И на эту роль он хочет выбрать меня. Громов всерьёз опасается заговорщиков и понимает, что даже силы Небожителя его не спасут, если нападение будет внезапным или хорошо подготовленным.

Ну или провоцирует кого-то на необдуманное поведение. Блеф, атака с ложного направления. Он же, как говорят, тоже учился в офицерской академии, хотя мы с ним там не пересекались. И такому там учили.

А ещё молодой император и выступать на публике умеет, и даже то, что выпил, ему не сильно мешает. И жестикулирует в меру, и поведение у него, чтобы очаровать человека. Ему это ничего не стоит, как я вижу, есть природная харизма.

И всё же, на Громовых он не походил. Те тоже харизматичные, я смотрел архивные записи и много читал о них. У них была харизма воинов. А здесь — что-то иное. Будто актёр играет воина. И никто этого не видит?

Это место — настоящее осиное гнездо. Кеннет даже не предполагал, насколько именно мне здесь не понравится. Впрочем, здесь были те, с кем стоило поговорить, когда император уйдёт.

— Есть ещё какие-то пожелания, майор? — спросил Громов, и мы с ним отошли в сторонку, ещё ближе к столам. — Подумайте хорошо, другого шанса не будет.

— Да, Ваше Императорское Величество. Нам в нашей операции помогали несколько привлечённых офицеров РВС. Я бы хотел, чтобы их тоже наградили.

— Какая честность и ответственность за этих людей, но я это ценю, — он скосил глаз на своего адъютанта, и тот закивал.

Гвардеец, всё это время стоящий позади меня, легонько подтолкнул, и я отошёл, а император продолжил говорить о чём-то со своей свитой, и вскоре пошёл на выход.

И я снова почувствовал шар в голове. Сила не пропала, но я её подавил. И в нужный момент смогу воспользоваться. Это полезный навык.

Со мной остался адъютант. Напыщенный молодой мужчина с бакенбардами покачал головой.

— Это было немного дерзко, но Его Императорское Величество к вам очень расположен, господин майор. Дайте фамилии этих офицеров, и я займусь их награждением.

Я перечислил всех РВСников, кто был с нами, от Зорина до Фостера. Когда сказал про Зорина, адъютант засмеялся.

— А, я понял. Не хотите, чтобы его сожрал Загорский. А то я слышал, как генерал злился на Зорина, обвиняет лично его, что не смог взять дворец до полуночи. Прослежу. Ещё что-нибудь?

А он ответственно относится к работе.

— Вот список погибших, раненых и пропавших без вести из моего батальона, — я передал ему смятый лист. — Мне бы хотелось, чтобы вы ускорили необходимые выплаты семьям, а также поиски пропавших и помощь раненым. И выдали награды отличившимся.

— Это задача совсем не для нас, — возмутился адъютант, но вздохнул. — Ладно, давайте сюда. Сделаю запрос в вашу канцелярию…

По крайней мере, наших новых друзей отмазал от возможных проблем. Мало ли, мне понадобится помощь надёжных людей, кто себя уже показал.

И про своих бойцов не забыл. А то знаю я, как долго придётся выбивать всё у наших тыловиков. Но когда будет внимание со стороны императорского адъютанта, то бюрократы станут удивительно сговорчивыми.

Но, может, хоть кормят здесь хорошо. Надо бы перекусить и продолжить выяснять, что здесь творится. А среди всех, кого я здесь видел, появился тот, кто мог объяснить, как здесь всё работает, потому что вращался в таких кругах с самого детства.

И я мог ему доверять, потому что мы вместе участвовали в одном бою.

Глава 15

Наблюдатель — титул глав Великих и Малых домов империи Юнитума во времена Таргина Великого и первых императоров династии Громовых.

Они «наблюдали», как выполняются законы империи, и подчинялись непосредственно главе государства, который называл себя Верховным Наблюдателем.

При императоре Константине Громове титул был упразднён, а Великие и Малые Дома начали терять былое влияние.

Имперская энциклопедия, новое издание 870 года.

Музыка заиграла громче, со всех сторон возобновились разговоры, а император Громов и его подозрительная невеста, которая почти не вмешивалась в разговор, больше здесь не показывались.

С ними ушла часть свиты, но немалая часть офицеров, включая моего родственника-адмирала и других, остались, и большинство из них принялось пьянствовать. Но здесь не было командующего крепостью, он был трезвенником, а также имперского генерала Рэгварда, который мелькнул в дверях и сразу скрылся.

Тот наверняка строил какие-то планы, как закончить затянувшуюся кампанию и сложный штурм города. Хотя мне надо поговорить и с ним.

Я посмотрел на стол и почувствовал, что очень уж хочу есть. А шар в голове будто снова окреп. Чувствовал следы Таргина и его силы, хотя и небольшие, ведь кто-то из Небожителей может вернуться. Но вот третья душа так и не показывает себя. Есть ли она вообще? Должна быть, раз дух видел и я сам её чувствовал.

— Присаживайтесь сюда, господин майор, — один из неприметных слуг тут же показал мне свободное место за столом и пододвинул стул.

Императорский приём — не солдатская кухня, и угощения тут были на высшем уровне, даже в полевых условиях вдали от дворца.

Передо мной стояли серебряные блюда с тонко нарезанной говядиной в винном соусе, запечённая утка с яблоками и свежий хлеб с хрустящей корочкой. В хрустальных вазах лежал виноград, груши и разные ягоды. Ещё было вино в графинах, красное и белое.

— Разрешите расположиться с вами?

Рядом со мной встал высокий светловолосый майор в чёрной форме офицеров штаба. Это мой знакомый Станислав Варга, предельно вежливый, держащийся так, будто никакой раны нет, хотя лоб по-прежнему перевязан, а его левая рука висела в перевязи.

С ним я и хотел поговорить в числе первых, а он заметил мой взгляд и подошёл.

— Конечно, майор, — произнёс я.

— Благодарю, — очень вежливо сказал Варга. — По правде, я пришёл сюда, только когда узнал, что награждают вас. А так не хожу сюда без повода. Поздравляю с новым званием.

— Благодарю.

Варга — один из самых известных родов севера, и майор ведёт себя совсем не так, как другие, он очень вежливый. Даже к солдатам обращался на «вы».

Майор сел рядом со мной и взял салфетку с тарелки.

— В госпиталь так и не отправились? — спросил я.

— Пока некогда, генерал просил остаться и передать дела, да и я привык работать. Ну и можно немного ошарашить местных штабных офицеров своим видом, — он улыбнулся. — Они-то раны только в кино видели. Привыкли, что там солдаты падают молча в героических позах, а не вопят, когда осколок разрывает брюхо, — мрачно сказал майор, глядя