Командор - Никита Киров

— И всё же, господин адмирал, — сказал я, — мне доверили служить на крепости, и я сражаюсь за империю, проливая кровь. Это ничего не стоит?

— Стоит, но… — неуверенно произнёс адмирал.

— Он же ранен, мне говорили, — вдруг вспомнил император. — И вот, доказательство, что он настоящий Климов, раз даже раны его не берут. Ваш дед Валентин вообще управлял риггой, даже когда остался без ног. Вы, Климовы, очень упрямые. Кстати, могу немедленно послать к вам своего личного врача, капитан.

— Я хорошо себя чувствую, Ваше Величество, — я помотал головой. — Только хотел сказать господину адмиралу, что я уже воюю за свой дом, раз я здесь. За Дискрем я не воевал, хоть меня и обучали, а за нашу империю стою насмерть. И это подтвердят многие.

— У меня нет к вам претензий, капитан, — адмирал присмотрелся ко мне иначе, будто только что увидел. — Вы хороший солдат, я уверен, и награда заслужена. Но мы, Климовы, родственники Громовых…

— Опять эту пластинку поставил, — хохотнул император, и его свита следом.

— И всё же, если позволите, — продолжил Климов. — Я не виню лично вас, капитан, но тот проступок вашего прадеда оставил пятно позора на всех. Мы должны учитывать дела предков в своих делах.

— И всё же, адмирал, — сказал я всё так же спокойно. — Эта победа — моя, а не моего прадеда. Под моей командой сражались и гибли мои люди, но боевую задачу мы выполнили, и действия моего прадеда не имеют к этому никакого отношения. И даже император полагает, что это достойно награды, раз вручил мне орден. Разве нет?

— Не имею смелости спорить с Его Величеством, — он отвёл взгляд, а император усмехнулся, заметив это. — И если он настаивает, то я приглашу вас.

Ещё чего не хватало. Мне уж точно не до гостей.

— Увы, адмирал, пока идёт война, я не смогу прибыть с визитом в гости.

— На этом и порешим, — влез император. — Я рад, когда мои офицеры так чётко излагают мысли. У нас вышел интересный спор, который издавна существует в Юнитуме. Что важнее: имя, данное при рождении, или дела, совершаемые человеком. В Дискреме тоже обсуждают это…

Его этот разговор развлёк, но больше он порадовался, что Климов пару раз потерялся.

А ведь это совсем другой мир. Адмирал говорил такое, что в нашей кают-компании не обсуждали почти никогда. Хотя у нас были люди более знатного происхождения, чем Климовы и даже Громовы.

Тот же Флетчер — потомок нарландских герцогов, что правили страной ещё до Таргина, и у его родителей был древний замок. Правда, в нём они не жили, так как холодно и сыро. А предки покойного Шлейна вообще были королями Мидлии.

А если офицеры и обсуждали такое, то не с таким пафосом, как адмирал. Ведь это дела давно минувших дней, а империя сильно изменилась. Сейчас старая знать не в таком высоком положении, как раньше.

Больший почёт сейчас военным, а офицер из небогатой семьи может подняться очень высоко. Даже сейчас, когда в армии начинается такой бардак.

Но некоторые, особенно те, кто живёт в столице, любят вспоминать историю семьи по каждому поводу. Сам император иногда заигрывает со старой знатью, но предпочитает поддерживать отношения с промышленниками и банкирами, более богатыми и влиятельными.

Так выгоднее, у них больше денег и меньше гонора.

Но всё это время Климов внимательно изучал меня, а я его. Адмирал строит какие-то свои планы. А Крыс называл его одним из заговорщиков, кто хочет сместить правителя.

И, судя по всему, дальний родственник очень не любит всех, кто прибыл из империи Дискрем. Но это не делает его моим союзником.

— Вот и славно, что поговорили, — сказал император и хлопнул в ладоши. — А что до Дискрема, то мы теперь союзники. И пора уже заканчивать всю эту бессмысленную бойню. Это всё в прошлом.

— Как угодно Вашему Императорскому Величеству, — пробурчал Климов.

А тот с увлечением продолжал, пока вся компания отходила к столу, заставленному блюдами. В желудке у меня заурчало.

— И совместно с нашими союзниками из Дома Хардален, мы, наконец, сможем отправить человека на орбиту планеты, — громко говорил он. — Технологии позволяют, особенно наши. Но у нас один человек погиб, у них тоже погиб, и нам надо объединять усилия. Быть может, сможем выйти в космос и увидеть, откуда прибыли эти Переселенцы.

Похоже, вот эта тема его зацепляла основательно. Или он решил, что Небожители и правда раньше жили на небе?

— Так и будет, Ваше Императорское Величество, — произнёс один из дискремских офицеров. — С этим мы и работаем с вашего высочайшего позволения.

— А теперь тост, — объявил Алексей, и ему тут же подали бокал. Он посмотрел на меня. — Вот вы его оцените, капитан. За тех, кого с нами больше нет, — проговорил он и выпил залпом, ни с кем не чокаясь.

После последовали несколько мгновений тишины, как положено, хотя сомневаюсь, что присутствующие поняли, что всё это значит. Но для нас, тех, кто воевал, это значило многое.

— Вы хорошо отличились, капитан, — сказал Громов, глядя на меня, и повторил: — Капитан… или может быть, пусть лучше будет майор, — добавил как бы невзначай. — Оформите ему назначение, — бросил он адъютанту. — Сразу бы назначил вас командором, но мои советники говорят, что через звание лучше не скакать, так что потерпите пару лет. Поздравляю, майор Климов!

— Служу империи! — отозвался я.

Это из-за спора с адмиром? Или он что-то придумал, пока мы говорили? Но я не ждал звания ещё несколько лет. Теперь… теперь командовать первым батальоном смогу я сам.

— И кстати, — Громов подошёл ближе, — меня всюду охраняет гвардия, но я давно заметил, что им не хватает реального боевого опыта. Сейчас они его постигают в Инфиналии, но это будет долго. А вот у десантников опыт уже есть. Думаю, батальон десанта не помешает при охране дворца. Да и будет, кому сопровождать меня на выездах. Я отдам распоряжения, чтобы это ускорить.

— Десант готов к любому приказу, — сказал я, как требовалось.

Пока непонятно, настоящий ли это Громов и почему он Небожитель. Среди его предков было много Небожителей, но это же не передаётся по наследству.

Зато одно могу сказать точно — он не дурак. Приблизил к себе офицера, дал ему серьёзную награду, причём этот офицер — потомок изгнанника, с которым никто из придворных и высших военных не хотел иметь никаких дел.

Делает всё, чтобы поднять офицера, но так, чтобы его благополучие зависело от самого Громова. Всё для того, чтобы такой офицер охранял его со