Друзья по постели (СИ) - Драготи Анастасия

— Ты ничего не знаешь про меня, Артур, — всё с той же маской безразличия на лице, ответила Эмили.

Я принял ещё одну отчаянную попытку:

— Так расскажи мне!

Но это вызвало у неё только слабую улыбку.

Она подняла левую руку и сжала мои щёки, заставив губы раскрыться.

— Будь хорошим мальчиком, и я расскажу, — пожурила она меня, подходя ко мне практически вплотную. Смерив мои губы долгим, томным взглядом (я точно знал, что это всего лишь игра, чтобы выбить меня из колеи), Эмили отстранилась и быстро вошла внутрь.

Мы поднялись на лифте на один из верхних этажей и вошли в какой-то кабинет, где практически не было никакой мебели.

Сидней заранее объяснил мне, что, скорее всего, Тсуиоши лично будет следить за развитием событий, поэтому никаких разговоров на личные темы быть не должно.

— Мы приехали немного раньше, поэтому придётся подождать, — пояснила Эмили, первой входя в кабинет. — И помни, что ты богатый ублюдок, считающий себя королём Америки.

Но не успели мы пройти вглубь кабинета, как в дверь тихо постучали, а сразу же после этого открыли.

Мужчина, застывший в дверях, практически моментально заметил Эмили и сменился в лице.

— Что всё это значит? — прорычал он, входя. За ним вошло ещё четверо, все одеты в чёрные костюмы.

— Мистер Моро, — из-за моей спины произнесла Эмили, давая мне шанс собраться с мыслями. Я совсем немного повернул голову в сторону, чтобы периферийным зрением увидеть, как Эмили слегка поклонилась. — Так как мы с вами официально представлены и на этой встрече я представляю интересы моего нынешнего работодателя, позвольте мне представить вас друг другу. Рич Дево, это Харви Моро.

От её спокойного, с нескрываемым презрением, тона даже по моей спине пробежали мурашки.

Однако я быстро вспомнил, для чего нахожусь здесь.

Позволил себе оглядеть этого Моро: мужчине было около пятидесяти, об этом говорили поседевшие виски и морщины вокруг глаз. Он явно знал себе цену. И был чрезвычайно недоволен присутствием Эмили здесь.

Я понял, что Моро делает то же самое: его взгляд скользнул по моей шее, а потом переместился мне за спину, явно сравнивая цвета помады на моей шее и губах Эмили. После этого его лицо пронзило понимание, на губах появился хищный оскал.

— Не буду скрывать, что летел сюда не только для заключения сделки с вами, — подал голос я, привлекая внимание Моро к себе, постарался при этом не забыть про свой американский акцент. — Господин Окадзаки был столь любезен, что приставил ко мне телохранителя и довольно заманчиво описал плюсы от моего сотрудничества с ним. Однако я не поспешил делать выводы, решив вначале выслушать ваши предложения.

— Уверен, его доводы пришлись по вкусу, — произнёс Моро, вновь скользнув взглядом по Эмили. Я едва сдержался, чтобы не сделать шаг в сторону и не загородить её, но вовремя вспомнил, что она вполне способна постоять за себя.

— Это лишь приятный бонус, — безразлично сказал я и развёл руками, изобразил на лице при этом довольную улыбку. — И мне интересно послушать, какие бонусы сможете предложить мне вы.

Я видел, с каким интересом все разглядывают Эмили.

Так, словно она была атомной бомбой, готовой взорваться.

Мне не хотелось говорить им, но это действительно было так.

— Я думал, что мы всё обговорили во время последнего звонка, — напомнил мне Моро.

Сидней сказал, что настоящий Рич Дево так и не заговорил, поэтому я понятия не имел, о чём вообще могла идти речь. Надо было выкручиваться.

— Клан Окадзаки предложил мне намного более выгодную сделку, — продолжил гнуть свою линию я. Меня примерно просветили во многие аспекты наркоторговли, но откуда я мог знать их все? — И мне хочется найти своё лучшее предложение. Я знаю, что вам нужно это сырьё, но какая мне будет от этого выгода?

Четверо шестёрок Моро за его спиной с огромной скоростью вытащили пистолеты из-за пазух вслед за своим шефом, и теперь пять дул были направлены на меня.

Надо было взять ситуацию в свои руки, иначе скоро сквозь меня можно будет сливать воду с макарон.

— Вот твоя сраная выгода! — воскликнул Моро, а затем кивнул головой на Эмили. — Посмотри. Твоя подстилка даже пальцем не шевельнёт, чтобы попытаться спасти твою никчёмную жизнь. У кого пушка, тот и прав.

Я вновь лишь слегка повернул голову, чтобы взглянуть на Эмили.

Ни единой эмоции на лице.

Как долго она тренировалась, чтобы достичь этого?

Или и правда ни во что не ставила мою жизнь?

Мне пришлось подавить нарастающую внутри панику.

Я приставил его руку с пистолетом к своему лбу и засунул руки в карманы брюк.

— Стреляй, — спокойно сказал я вслух, а мысленно взмолился, чтобы он струсил. Сквозь силу я заставил себя усмехнуться и указать головой себе за спину, туда, где стояла Эмили. — Вот только если ты снесёшь мне мозги, то моя телохранительница заставит пожалеть об этом всех твоих людей, а тебя оставит напоследок. Поверь мне, это будут худшие дни в твоей жизни.

Я намеренно сделал акцент на том, сколько будет длиться мучение, если лишить Окадзаки желаемого приза.

— Вот только знай, что на моё место придёт кто-то другой, — медленно, растягивая буквы, заговорил я и посмотрел на свои ногти, делая вид, что ищу грязь и совершенно не замечаю пистолета, до сих пор направленного на меня. — Возможно, он будет ещё менее сговорчивым, чем я. Но здесь у меня возникает вопрос. А кто придёт на твоё место? Придёт ли?

Мужчина тихо выругался и опустил оружие.

Я обернулся, кратко кивнул головой Эмили. На её лице ничего не изменилось, всё та же холодная маска.

Моро подал знак своим людям, они последовали его примеру, тоже опустили пистолеты вниз, но не особо поспешили убрать их в кобуру.

— Господа, — неожиданно сказала Эмили, выходя вперёд и вставая рядом со мной. Не думаю, что кто-нибудь обратил на это внимание, но она встала чуть впереди так, чтобы оказаться напротив Моро. Её голос был притворно-ласковым. Я достаточно знал новую Эмили, чтобы догадаться немного отступить в сторону. — Вы же не думаете, что можете угрожать моему нынешнему работодателю без последствий?

А в следующую секунду, быстрее, чем кто-либо успел бы что-то предпринять, она схватила его за голову и приложила носом к своему колену.

— Долбанная сука! — взвыл он, рухнул на пол, прижимая руку к разбитому носу.

Кровь заливала его белую рубашку, а на красном платье Эмили появились маленькие пятна крови. Она недовольно сморщила нос, подняла голову и взглядом заставила одного особо смелого шестёрку (суицидника) Моро опустить пистолет.

Понятия не имею, какую славу она имела в их кругах, но её явно хватало на то, чтобы Эмили боялись.

Она присела на корточки с таким изяществом, какому позавидовала бы любая, довольно жестко потянула Моро за волосы, заставляя поднять на неё взгляд.

— Если ты ещё раз попытаешься выкинуть что-то такое, то у нас с тобой состоится разговор при немного других условиях, — мягко произнесла она. Я не видел её лица, и не был уверен, что хочу. Страх на лице бедного мужчины выразил всё.

Уверен, что у этой угрозы существовало продолжение, но она его не озвучила.

Эмили разжала пальцы, и его голова безвольно упала вниз.

Она поднялась и отряхнула руки, делая вид, будто только выполнила какую-то нетрудную работу. Повернувшись ко мне, она взглянула мне в глаза, давая понять, что мне этого разговора не избежать.

Твою мать.

У меня ещё никогда не было такого желания жить, как после её взгляда.

— Это касается и вас, — бросила Эмили через плечо шестёркам, а затем встала мне за спину и застыла.

Сидней достаточно разжевал мне, чтобы сегодня я не заключал никаких сделок, поэтому случившееся было мне только на руку.

— Я желаю подумать, — сказал я и махнул рукой, давая понять, что все свободны.

— Но… — вскинув голову вверх, попытался что-то сказать мужчина, которому Эмили разбила нос.

— Вон! — властно воскликнула Эмили, заставляя всех вздрогнуть.