Тайная жизнь гаремов - Ольга Дмитриева

старший евнух передавал эту весть другому, тот пулей мчался в квартал, где находилась кухня, оттуда еще один евнух подавал команду, и вскоре из ворот дежурного помещения торжественно выходила процессия с яствами для императора.

Многие блюда готовились заранее, иногда за день, и поэтому на первый план перед Сыном Неба ставили не эти перепрелые блюда, а около двадцати свежих великолепных кушаний. Их приносили в красных лакированных коробах, украшенных золотыми драконами. У дверей палаты «священная ноша» передавалась молодым евнухам в белых нарукавниках, которые расставляли их на столе. Рядом с «драконовым местом» императора находились два стола с «главными» блюдами, а зимой и «третий стол» с китайским самоваром для остывших кушаний. Имелись и еще три стола, в том числе со сдобой, рисом и кашами. На седьмом — расставляли соленые овощи. Летом, весной и осенью использовалась желтая фарфоровая посуда с изображением драконов. Зимой сервиз был серебряным. С появлением в зале Сына Неба раздавалась команда «Снять крышки!», и император садился за стол.

По этикету, установленному в Цинской империи, Сыну Неба запрещалось вкушать трапезу с кем бы то ни было, но для императрицы и вдовствующей императрицы делалось исключение.

Меню было чрезвычайно разнообразно, а его изобилие вполне способно удовлетворить аппетит самого Гаргантюа. Оно состояло из ста «главных» блюд, не считая «обычных», которые с соблюдением сложных церемоний подавал евнух.

Завтрак повелителя начинался так же, как и у императрицы — с чая и сладостей. Затем шли свыше двадцати перемен «утренних яств», и в частности: жареная утка с грибами, утка в соусе, говядина на пару. Вслед за ними подавались вареные потроха, филе из говядины с капустой, тушеная баранина и жареные грибы. Затем — баранина со шпинатом и соевым сыром, мясо духовое с капустой на пару, филе из баранины, пирожки и жареное мясо с капустой. В придачу шли соленые соевые бобы, ломтики копченостей и так далее. В конце трапезы евнух подносил кашу из желтого риса и сладких зерен.

Императорская кухня славилась обилием приправ, количество которых могло достигать четырехсот, в постоянном обиходе их было не менее ста.

Меню одного обеда могло состоять из ста пятидесяти блюд, среди которых были традиционные: «пекинская утка», плавники акулы, утиные язычки, жареные рыбьи молоки, раки в чесноке с сахаром, жареные луковицы лилий, а также сладости. Считалось, что сладости возбуждают аппетит, с них начинали трапезу и в домах простых смертных, а на императорский стол в маленьких тарелочках подавались корни лотоса, сваренные в меду, жареные грецкие орехи, засахаренные зерна абрикоса и многое другое.

На трапезу августейшего семейства уходило огромное количество продуктов, часть которых расхищалась, а часть уходила впустую — на церемонии «подношения яств». И воистину китайская поговорка «Что император скушает за один раз, то крестьянину на полгода хватит» отражала положение дел неверно. За императорским столом съедалось значительно больше.

ИГРЫ ДРАКОНОВ (КИТАЙ)

Цинская императрица в парадной одежде

Портрет маньчжурской императрицы

Вань Жун — жена последнего китайского императора Пу И

Императрица Цы Си

«ЗАПИСИ, СДЕЛАННЫЕ КРАСНОЙ КИСТЬЮ» (ГАРЕМ ИМПЕРАТОРА)

По установлениям династии Цин, молодая императрица должна была подарить империи в течение пяти лет наследника престола. Если она оказывалась бездетной, ее супруг заводил себе вторую жену, которую выбирали из уже родивших сына наложниц первого или второго ранга. Тем не менее, вторая супруга должна была во всем уступать первой, оставшейся главной женой. После смерти Сына Неба его жены не имели права выйти замуж или возвратиться в семью. Наложницы должны были оставаться там до достижения 25-летнего возраста, а затем, если у них не было детей, удалялись из дворца.

В древности порядком в сексуальных отношениях царя с его женами и наложницами ведали не лишенные «мужественности» евнухи, а специальные придворные дамы—нюйши. Они следили за соблюдением периодичности, установленной ритуалом для каждой категории, чтобы царь принимал своих женщин в благоприятные для этого дни, и вели учет всех совокуплений, записывая их специальной красной кистью, называемой тун гу ань. И во все последующие века описание сексуальной жизни правителей называлось в китайской литературе тунши (записи, сделанные красной кистью). Время соитий с царем было жестко регламентировано. Женщины низших рангов должны было иметь «акт любви» с ним прежде жен высшего ранга и делать это чаще. Только женам высшего ранга разрешалось оставаться с царем всю ночь. Наложницы были обязаны покидать спальню до наступления рассвета. И введение в спальные покои сопровождалось определенными церемониями. Нюйши, надев женщине на правую руку серебряное кольцо, провожала ее в царственную опочивальню и присутствовала при совокуплении, чтобы потом сделать надлежащую запись. После этого она перемещала серебряное кольцо с правой руки на левую и вносила записьо дне ее союза с правителем. Если он оказывался плодоносным, и женщина после соития зачинала, нюйши выдавала ей золотое кольцо с правом носить его.

Затем кольцо заменила печать. В «Джоан лоу цзы» («Записки из туалетной комнаты») говорится, что в начале эры Кайюань (713–741) каждой женщине, с которой совокупился император, ставили на руку печать со следующим текстом: «Ветер и луна (то есть забавы) вечно остаются новыми». Эту печать натирали благовониями из корицы, после чего удалить ее было невозможно. Ни одна из сотен дворцовых дам не могла без предъявления этой печати претендовать на то, что удостоилась благосклонности императора.

Со временем из-за увеличения количества женщин в гареме учет сексуальных отношений императора (дабы в дальнейшем не возникало осложнений при определении будущего статуса его ребенка) стал еще более скрупулезным.

Начали отмечать дату и час каждого удачного сексуального союза, дни менструаций у каждой из женщин и появление первых признаков беременности.

К императрице император приходил сам и на время, которое ничем не ограничивалось. Тем не менее, каждое посещение фиксировалось в книге учета, и когда Сын Неба выходил от государыни, евнух должен был на коленях спрашивать императора, как прошла ночь. Если государь изволил осчастливить супругу, евнух записывал в специальной книге: «Такого-то числа, такого-то месяца, такого-то года в такой-то час государь осчастливил императрицу». Если же ничего не было, то император просто говорил: «Уходи!»

После завоевания Китая маньчжурами, представители новой династии ханы Нурхацы и Абахай установили для будущих властителей правила «ограничения разврата». Была создана Палата Важных Дел, штат которой набирался исключительно из евнухов высшей категории, они имели свободный