Мы Бреннаны - Трейси Лендж

что ж, соглашение это не отменит, но на какое-то время отвлечет его внимание, свяжет его по рукам и ногам. Особенно если он был осужден. – Майкл пожал плечами. – Тут от многого зависит. Скажем, что за преступление, когда оно совершено…

– Совершено шесть лет назад, но не думаю, что на него распространяется срок давности. По крайней мере в Нью-Йорке.

Как он вглядывался в нее, как взвешивал ее слова, как поигрывал своей ручкой! Сводил все возможности воедино. Майкл откинулся на спинку кресла:

– Есть какие-либо свидетельства этого преступления?

– Всего лишь больничное заключение, которое указывает, что меня опоили наркотиком и вероятно… подвергли насилию. – Кончиками пальцев она надавила на глаза. Она почувствовала себя глупой и слабой. – Я тогда отказалась от анализов на насильственный акт, но он этого не знает.

Майкл очень умело сохранял сдержанность, хотя она заметила, как он потрясен: желваки так и заходили у него на скулах.

– Сочувствую, Санди.

– Выдвигать обвинение я не могу… и не буду. Мне только нужно, чтобы он убрался – куда подальше. Мы выплатим ему одолженную сумму, только нам нужно время, и необходимо прекратить начисление процентов.

Майкл провел ладонью по лицу.

– Окей. – Он придвинул к себе блокнот и взял ручку. – Давай прикинем, что мы можем сделать.

Следующие полчаса они провели за тщательной разработкой плана. Уезжая, Санди не знала, как благодарить Майкла. Он ревностно взялся за проблему и устроил так, что она почувствовала себя уверенно.

Все утро ее не оставляло ощущение освобождения, в том числе и после того, как она подтвердила Денни, что их мать знала о случившемся. Мелкий срыв Кейла, однако, едва не сломал Санди снова. Она совершенно не была готова как к его прочувствованному сожалению, так и к вопросу: «Но, Санди, мне-то ты почему не рассказала?» Наилучшего или наихудшего момента для прихода Вивьен и не придумаешь.

Она протерла стол и приготовилась вернуться к работе. Вивьен нарушила тот хрупкий оптимизм, что утвердился в ней за последнюю пару дней. Санди хотела связаться с хозяином своей квартирки в Лос-Анджелесе, уговорить его сдать ее в субаренду и договориться о собеседовании с потенциальным бухгалтером для паба. Она даже хотела присмотреться к магистерским программам в округе. Разговор с Вивьен показал, как хрупок был ее оптимизм и как скоро, при первой же возможности, стыд вновь распустит свои щупальца.

Им с Кейлом придется завершить начатое. Им необходимо дать друг другу завершить свои отношения. И после этого каждый из них будет волен двигаться по жизни дальше.

* * *

Несколько дней спустя, во вторник, когда в пабе стояло затишье, Санди помогала Джеки. До грандиозного открытия паба в Мамаронеке оставалось три дня, так что Денни с Кейлом большую часть времени проводили там.

Требующая концентрации работа и возбуждение отвлекали от мыслей о вестях от Майкла. Санди все время думала о том, как близко она находится от Катоны, и порой она замечала, что намеренно не выбирает дороги, ведущие на север от города, а колесит объездными путями, словно боится приближаться к Катоне. Уэлш скоро прознает, если уже не прознал, что она вернулась в городок, так что все понимали: пока ситуация не разрешится, ей нельзя выходить или даже выезжать никуда одной.

Два последних дня ушли у нее на обзвон поставщиков и на просьбы о сотрудничестве со льготными периодами оплаты. С каждой удачей Санди становилась увереннее в себе. Большинство поставщиков, будь то пивовары, винокуры, снабженцы продуктами, даже служба прачечной и ремонтная бригада, любили и уважали Денни и Кейла. Предварительно обдумав свой план, Санди давала им всем обещания. Если Уэлш согласился на сделку, которую Майкл предложил его адвокату, то у нее все получится.

Она связалась по электронной почте с редактором журнала, поскольку продвинулась со своим следующим рассказом. Он был об одном парне, который, несмотря на собственные инстинкты, отказывался нарушить доверие родной ему души, сколько бы его ни обвиняли и какую бы боль это ему ни причиняло. Она наконец-то дошла до того места в рукописи, которое плавно подводило рассказ к завершению.

Другая ее затея – «Маленький пожарный», детская книжка, над которой они с Джеки работали вместе, – шла своим чередом. Прошлым вечером она уточняла с ним и Шейном детали истории и, пока те вспоминали, делала пометки. Они втроем спорили о тонкостях: был ли маленький пожарный за рулем машины или сидел позади? Жил ли он один? Случился ли большой пожар в домике или в большом здании? Во всех спорах верх одерживал Шейн. Всякое противоположное мнение он уверенно громил единственным аргументом: «Вы, ребят, просто не помните…», при этом крутил головой и хохотал во все горло.

Кейл вошел в паб, когда Санди и Джеки обсуждали заметки к этой сказке. Санди намеренно избегала Кейла, особенно после визита Вивьен. Но сегодня она собиралась поговорить с ним, найти способ рассмотреть их взаимоотношения в ретроспективе, как он когда-то предлагал. Складывалось все отлично… пока он не вошел. Стоило Санди взглянуть на него, и решимость ее почти испарилась. Она видела, как Кейл швырял бокалы на пол и твердил, что не должен был позволить ей уехать.

Она не знала, чего от него ожидать, учитывая то, как закончился их последний… или, точнее, не закончился. Кейл оставил пиджак и портфель в конторке, зашел за барную стойку и встал рядом с Санди, заинтригованный их занятием.

– Шутите?! История маленького пожарного?

– Ты ее помнишь?

– Ага. Та самая, которую ты когда-то все время рассказывала Шейну. А все мы делали вид, что не слушаем. – Он улыбнулся Джеки.

– Тогда вот что, – посмотрела на него Санди. – Может быть, ты разрешишь наш спор? Сидел маленький пожарный за рулем или на заднем сиденье?

– Он ехал сзади.

Сидевший за стойкой Джеки всплеснул руками:

– Пижон, нет! Он вел машину.

– Долдон, он сзади ехал. Иначе как бы он мог так быстро спрыгнуть и схватить лестницу, когда они прибыли на пожар?

Джеки поморщился, обдумывая сказанное.

– Прекрасно. Как вам угодно. – Он спрыгнул с сиденья и направился в подсобку. – Я за ковриками схожу.

Тут вошел Майкл, и Санди тут же потеряла надежду, поскольку вид у адвоката был безрадостный. Его обычно беззаботное лицо стало сосредоточенным. Он огляделся, ослабил узел на галстуке и направился к бару.

– Все окей? – спросила она.

– У меня есть новости. Денни здесь?

– Нет, но я ему все передам.

Майкл глянул на Кейла. И обратился к ней:

– Мы можем где-нибудь переговорить?

– Говори. Кейлу все известно.

Майкл поколебался, но кивнул.

– Я только что встретился с его