Феодальное общество - Марк Блок

Первые его короли и знать, наследники Вестготского королевства, оказавшись в условиях, общих для всего Запада, поощряли отношения личной зависимости. Князья, точно так же, как во всей остальной Европе, имели личные вооруженные отряды, воинов которых они называли «criados», дословно «нахлебники», именно их в некоторых текстах называют еще и вассалами. Но слово «вассал» было заимствованием, употребляли его достаточно редко, и мы упоминаем об этом только для того, чтобы показать, что и эта достаточно автономная часть Иберийского полуострова тем не менее тоже испытывала, и с нарастающей силой, влияние феодального строя Франции. Но могло ли быть иначе, если столько французских рыцарей, ученых людей и чиновников постоянно двигалось туда и обратно по узким ущельям? Встречается в документах и слово «оммаж», и вместе с ним и сам ритуал. Но исконный жест преданности здесь был другим: в знак верности целовали руку, и этот поцелуй не был так уж тесно связан с определенным обрядом, его повторяли достаточно часто, и со временем он стал просто знаком вежливости. Хотя слово criados прежде всего вызывает в памяти верных домашних слуг, которых в «Поэме о Сиде» называют еще и спутниками героя, теми, «кто ест его хлеб»; тенденция заменить раздачу хлеба и подарков жалованием земли, общая для всей Европы, складывалась и здесь, другое дело, что возможность раздавать землю была ограничена, раздавалась только та, которая была отвоевана у мавров. Со временем и здесь сформировалось достаточно отчетливое понятие земельной аренды в обмен на услуги с возвращением земли, если служба прекращается. Несколько документов, по примеру иноземных, а возможно, составленные французскими писцами, используют слово «феод» в его латинской форме. В разговорном языке для обозначения того же понятия нашлось совсем другое слово: prestamo, и, что интересно, совершенно совпадающее по значению с немецким lehn и англосаксонской арендой.

Но практика жалования землей никогда не поведет в Испании к той всемогущей системе вассально-феодальных отношении, которые во Франции охватили не только всю страну, но и все слон общества. Два весьма существенных обстоятельства накладывают свой отпечаток на историю астуро-леонского королевства. Реконкиста и заселение отвоеванных территорий. На обширных территориях, отвоеванных у мавров, сеньоры размещали крестьян с обязательствами колонов, функции непосредственной службы сеньору у них практически отсутствовали. Но эти крестьяне по-прежнему оставались воинами, служа своеобразными пограничными войсками. Результатом этого было следующее: с одной стороны, в Испании крестьяне-арендаторы, платящие оброк и исполняющие все работы, не могли содержать такого большого количества вассалов, какое содержали крестьяне во Франции, с другой, вооруженный профессиональный воин не был здесь единственной военной силой, более того, всадниками были не только профессиональные воины и знать. Наряду с кавалерией criados существовала и «крестьянская кавалерия», составленная из самых богатых свободных земледельцев. Власть короля-военачальника более ощутимой и деятельной была на юге Пиренеев. К тому же и королевства тут были гораздо меньшей величины, поэтому их повелителям было гораздо легче непосредственно общаться с большинством своих подданных; таким образом, не возникало смешения и путаницы между иерархической лестницей вассалов и соподчинением чиновников, между феодом и должностным местом. Но там не существовало и четкой вассальной лестницы — от ступеньки к ступеньке — от мелкого конного рыцаря до короля, существовали разрозненные группы верных, часто наделенные землями, которыми оплачивали их услуга. Слабо связанные между собой, эти группы не могли создать единой общественной и государственной структуры. Из всего вышеизложенного становится ясно, что для завершенного феодального общества характерны и необходимы два фактора: своеобразная монополия воинов-профессионалов и исчезновение всех других социальных и общественных связей, кроме вассальных.

5. Ввезенный феодализм

Изучая царствование нормандских герцогов в Англии, мы сталкиваемся с любопытным явлением юридической иммиграции: переносом на завоеванную территорию французских феодальных институтов. Подобный перенос осуществлялся трижды на протяжении века. Примерно после 1066 года их перенесли через Ла-Манш, около 1030 года выходцы из той же Нормандии, завоевавшие юг Италии, формируют там герцогства, которые спустя век, объединившись, образуют королевство Сицилия. Примерно в 1099 году крестоносцы основывают королевство в Сирии.

У местного населения в Англии уже сложилось некое подобие вассальных отношений, что облегчило приспособление к иноземному режиму. В Сирии завоеватели начинали с пустого места. Что касается южной Италии, то к моменту завоевания она была разделена на три части. В лангобардских княжествах Беневент, Капуя и Салерно практика личной зависимости была очень распространена, но отсутствовала иерархическая лестница. В византийских провинциях над толпой обездоленных властвовали земельные, военные и торговые олигархи, оказывавшие беднякам порой покровительство. А на землях, где правили арабские эмиры, не было ничего похожего на вассалитет. Но как бы ни были значительны эти контрасты, приживление вассально-феодальных отношений становилось возможным, благодаря их классовому характеру. Как в Англии, так и в Италии над деревенской чернью, а иногда и над горожанами, исконно живущими на этой земле, возвышался правящий класс, состоявший преимущественно из захватчиков, к которым присоединялась и некоторая часть местной знати, этот класс представлял собой своеобразную экзотическую колонию, управляемую столь же экзотическими законами.

Надо сказать, что привезенный феодализм был гораздо более упорядоченным, нежели тот, что спонтанно развивался на местах. В южной Италии, которая была завоевана не только войнами, но и дипломатическими договорами, сохранилась как большая часть местной аристократии, так и исконные традиции вместе с аллодами. И что характерно, большая часть аллодов находилась в руках старой городской знати. Напротив, ни в Сирии, ни в Англии — мы оставляем в стороне некоторые терминологические колебания начального периода — система аллодов не была принята. Землю держали только от сеньора, и цепочка зависимостей, звено за звеном, поднималась к королю. Каждый вассал был связан со своим сеньором, не только как слуга с господином, но и как человек с человеком. Старинный принцип Каролингов «принуждения с помощью сеньора» получил на этих землях, никогда не бывших Римской империей, почти что идеальное воплощение.

Англией управляла сильная королевская власть, которая перенесла на завоеванные территории твердую административную систему родного герцогства, и введенные таким образом институты представляли собой очень четко организованную структуру, которой, пожалуй, не было нигде больше. Переходя со ступени на ступень, вассальные отношения охватили все общество. Мы знаем, что именно в Нормандии слово феод претерпело существенные изменения, обозначая в конце концов любого рода аренду. Социальные сдвиги, очевидно, начали формироваться еще до 1066 года, но к этой дате они, безусловно, не завершились. Вполне возможно, что они происходили одновременно и по ту, и по эту сторону Ла-Манша, но направления были разными. Английское право во второй половине XII века очень четко разделяло два типа земель, отдававшихся в держание за определенные повинности. В одну категорию входили мелкие крестьянские хозяйства, каких было большинство, за эти земли платили черной работой, сроки владения были неопределенными, и эти земли считались несвободными. Другие земли, распределением которых занимался королевский двор, считались свободными. Именно они в своей совокупности и получили название феод (fee). Феоды рыцарей соседствовали тут с феодами крестьян или горожан. Не будем думать, что только на бумаге. По всей Европе начиная с XI и XII веков феод воина, как мы увидим впоследствии, становился практически наследственным. В большинстве стран он вдобавок стал считаться неделимым и передавался от отца к старшему сыну. Именно так было и в Англии. Но право первородного постепенно разрасталось, сначала стали наследоваться все земли, именуемые fees, а затем и другие. Таким образом, привилегия старшинства, которая станет одной из самых характерных черт социальных нравов Англии и чреватой самыми разнообразными последствиями, по сути дела, являлась знаком того, что феод изменил свой статус и стал реальным достоянием свободного человека. В иерархии феодальных обществ Англия занимает место, противоположное Германии, в ней не выделилась, как во Франции, общая категория людей, объединенных феодальными отношениями, которая подчинялась одним и тем же законам и обладала одними и теми же правами. В Англии существовало два права; но самой значительной частью общего закона — Landrecht было феодальное земельное право — Lehnrecht.