Сказания о Небожителях. СФера - Кенли Мэри

– Кан Мейлин? Слава богам, мы уже думали, ты потерялась!

Мяо Ронг встретила ее у небольшого костра. Судя по всему, девушки давным-давно прекратили преследование и сделали привал.

Ни Чинтао, к слову, тоже была с ними.

– Брат Инь так зол! – пожаловалась она. – У него не вышло найти демонического культиватора.

– Конечно он зол. В отличие от тебя, Инь Эйгуо занимается важным делом, – и тут Цао Дандан не удержалась от язвительной подколки.

– Ха! – взбеленилась Чинтао. – Да ты сама бесполезная! Несчастный брат Инь со всем справлялся в одиночку!

Они продолжали спорить, в то время как Мяо Ронг виновато улыбнулась, подсаживаясь к Линлин.

– Мы здесь решили привал сделать, а на рассвете, скорее всего, отправимся обратно в Храм Небожителей.

Эта новость действительно радовала. История с деревней Хаумдай оказалась чрезвычайно кровавой.

– И где сейчас Инь Эйгуо? – наконец, поинтересовалась Кан Мейлин.

– О, думаю, ищет Лан Шанью, – рассеянно проговорила целительница, – они раньше разминулись и… К слову, а ты его не встречала?

Кан Мейлин молча перевела взгляд на пламя. Сказать ей? Или нет? Сегодняшняя ситуация все еще была подозрительной. Могла ли Линлин безрассудно доверять Лан Шанью? Для нее он был особенным, но демонический культиватор… Разве представители сект не извращают души, взращивая семена раздора?

– Нет, не встречала, – негромко соврала она.

«Шанью, я доверяю тебе. Пожалуйста, не подведи меня».

– Какое безрассудное поведение!

Старейшины злились. Мастера не так давно вернулись в Храм Небожителей, принеся нерадостные вести о вымирании некогда великой деревни Хаумдай. Но то, что по-настоящему вывело из себя Бессмертных, так это решения, принятые Инь Эйгуо.

– Преследование демонического культиватора? Чем ты думал, Инь Эйгуо? – злился Старейшина Юй. – Это чрезвычайно опасно! Подобных противников нельзя недооценивать. В конце концов, вы могли навредить всему Храму!

Даже вспыльчивый мастер Дань Зедонг молчал, мрачно взирая на своего любимого ученика.

– Лан Шанью, в тебе я тоже разочарован, – сурово продолжал Юй Чан-Лун. – Как мог ты допустить подобное? Старейшины полагались на ваше здравомыслие!

Кан Мейлин стояла на коленях вместе со всеми, покаянно опустив голову. Ей оставалось молча слушать нотации лидера заклинателей.

Наконец, слово взял Си Вэй-Тин:

– Вы двое были ответственными за сохранность всей группы. Вам и придется принимать наказание.

Линлин вздрогнула, ощутив несправедливость этого решения. Они все нарушили наказ, тогда почему только Инь Эйгуо и Лан Шанью расплачиваются?

– Пусть проведут неделю в подземных залах, – холодно проронила Шоу Ксиодан, – это научит их смирению.

Никто не стал спорить с ее решением. Цао Дандан лишь вздохнула, явно испытывая противоречивые эмоции к наставнице. Ни Чинтао, ни Мяо Ронг также не скрывали расстройства. А Линлин… Она просто проводила уходящего Шанью долгим взглядом. Они возвращались в Храм столь поспешно, что даже не могли переговорить наедине. Ее до сих пор терзали неразрешенные вопросы.

И все же, заточение в подземных залах было серьезным наказанием. Туда не поступал солнечный свет, а низкие температуры подвальных помещений мучили тело постоянным холодом. К тому же провинившихся мастеров не кормили, лишь принося воду несколько раз в день. Хотя, насколько Кан Мейлин знала, на уровне Лан Шанью еда и не требуется в больших количествах. Дойдя до определенной ступени, последователи Храма Небожителей практически не ощущали голода.

«Но находиться в том месте все равно крайне неприятно. Когда их выпустят, Лан Шанью будет истощен», – нервничала Линлин.

Однако не все волновались о нелегкой судьбе мастеров.

– Судя по наказанию, Старейшины их действительно ценят, – ревниво заметила Ю Шун в тот же день.

– О чем ты? – не поняла Кан Мейлин. – По справедливости, все мы должны были получить нагоняй.

– Ничего ты не понимаешь! – Шушу негромко фыркнула. – Суровое наказание может означать только одно – Старейшины видят в них большой потенциал и пытаются остудить пламя гордыни. И, думается мне, потом они оба поднимутся еще выше в иерархии Храма.

Кан Мейлин не знала, права ли Ю Шун. Однако та часто попадала в цель со своими предположениями. Если так, то не стоит переживать за Шанью. Но той же ночью Линлин тайком пробралась в подземные залы, неся небольшой кусок хлеба в свертке. Она знала, что Лан Шанью потерял много сил в пути, и хотела поддержать его. Что же до Инь Эйгуо, у него есть свои поклонницы.

Ледяной холод каменного подземелья проникал под кожу, впиваясь в кости. Кан Мейлин старалась не шуметь. За этими залами обычно не присматривали, ибо, получая наказание, мастера должны добровольно присутствовать в этом мрачном месте. Но ей все равно не хотелось привлекать лишнее внимание. Лан Шанью обнаружился в пятом по счету зале, сидящим посреди просторной темной комнаты. Он открыл кровавые глаза, спокойно наблюдая за Кан Мейлин, которая озиралась, словно слепой котенок. Казалось, будто о с самого начала ждал ее появления.

– Привет, – вздохнула Линлин. – Я тут принесла немного хлеба. Все же непростой путь нам пришлось пройти.

Она плохо видела, но улавливала силуэт Шанью. Он медленно поднялся с каменного пола и шагнул вперед.

– Спасибо. – А потом вдруг добавил: – Об Инь Эйгуо ты тоже позаботилась?

Эйгуо находился намного дальше, в иных залах.

– Нет, – немного недоуменно ответила девушка, – я пришла только к тебе.

Кажется, Лан Шанью улыбнулся. И тогда Линлин не выдержала, задавая главный вопрос:

– Тогда, в лесу, что это было? Ты ведь общался… с ним.

Повисло напряженное молчание.

– Хм, – глубокомысленно произнес Шанью, – да, но это немного сложно объяснить.

Кан Мейлин прикусила нижнюю губу. И почему это звучит как «ты не способна понять»?

– Я очень за тебя волнуюсь, – решительно призналась она, – прошу, расскажи мне правду.

Но Лан Шанью вновь медлил с ответом.

– Я скажу, – неожиданно пообещал он, – когда придет время. Нужно немного подождать. Но поверь, я не совершал ничего греховного.

Кан Мейлин верила. Но все равно… «Это невозможно передать словами. Я боюсь того, что со временем ты изменишься. Что точка невозврата уже пройдена». Когда-то Линлин игриво назвала Лан Шанью маленьким злодеем. Уже тогда она отмечала странную жестокость в его взгляде, которая, казалось бы, могла перерасти в нечто ужасающее. А демоническая секта способна пробудить в нем зверя.

Шанью сжал ладонь оцепеневшей Мейлин, будто догадывался о ее непростых мыслях.

– Верь мне, – прошептал он одними губами, касаясь ее лба, – просто доверяй, и тогда…

Лан Шанью не договорил. Но в тот момент его голос не был столь же безразличным, как обычно. Тягучая нежность проникала глубоко в сознание Линлин вместе с его горячим дыханием. Она смутилась, порывисто передала ему хлеб и выбежала из подземных залов, не оглядываясь. Мысли находились в полнейшем раздрае.

На выходе Кан Мейлин едва не столкнулась с крадущейся Ни Чинтао.

– Ах! – воскликнула девушка и тут же приложила палец к губам. – Тш-ш!

Хотя именно Чинтао изначально шумела. Линлин увидела в ее руках сверток и догадалась, что незадачливая заклинательница пришла навестить Инь Эйгуо. Что ж, это весьма предсказуемо. Ни Чинтао стыдливо опустила взгляд:

– П‑просто брат Инь там совсем один. Наверное, ему плохо.

Кан Мейлин не вправе была осуждать ее, ведь сама поступила так же. На самом деле, влюбленность Ни Чинтао временами казалась трогательной и милой. Лишь одно смущало Линлин.

– Почему ты привязана к нему так сильно? Вокруг Инь Эйгуо очень много других девушек, – невольно вырвалось у Мейлин.

Она прикусила себе язык, мгновенно ощутив вину за сказанное. Эти слова будто бы обесценивали чувства Чинтао. И действительно, старшая ученица погрустнела на глазах. Вся ее энергия потухла, растворяясь в глубине нетерпеливых глаз.