Адамово яблоко (журнальный вариант) - Ольга Погодина-Кузьмина

Игорь вдруг начал пристально что-то рассматривать на своей руке, уже без околичностей показывая, что ему не интересен этот разговор. Георгий продолжал, сдерживая досаду:

— В общем, суммируя всё вышесказанное, мы, фактически, квиты. Я подозреваю, что и с Ковалем ты связался ещё до Будапешта, за моей спиной… Поэтому предлагаю обойтись без взаимных выяснений, а просто попробовать… как-то конструктивно… начать всё заново. Поискать какой-то компромисс. В рамках сложившейся ситуации. Если ты, конечно, не предпочитаешь другие варианты… Я же, собственно, не знаю, каковы твои планы на будущее. Может быть, ты хочешь вернуться к нему?

— Нет, не хочу, — быстро ответил Игорь, и на секунду в его глазах мелькнула паника.

Георгий испытал приятное чувство удовлетворения. Но, подавшись вперед, он увидел желтую божью коровку, которая взбиралась по тыльной стороне ладони мальчика, и снова рассердился.

— Игорь, я не спорю, жизнь насекомых чрезвычайно познавательна… Но, кажется, мы сейчас говорим о каких-то действительно важных вещах. Фактически, о высоких чувствах. И мне, к твоему сведению, это стоит труда!

— А тот ночной клуб? Помнишь, ты хотел сделать на крыше? — спросил мальчик невпопад.

В этот момент Георгий вспомнил выкрашенные зеленой краской коридоры общественной больницы, по которым шагал, чтобы забрать его — обритого, обколотого лекарствами, дорогого сердцу, как ребенок, потерянный и чудесным образом обретенный. С этим воспоминанием вернулось и чувство вины.

— Клуб?.. Да, я подписал проект. Почему ты спрашиваешь?

Он пожал плечами:

— Просто. Ты же говоришь — начать всё сначала.

— И что? Тебя это не устраивает? — Георгий почему-то ожидал, что он начнет торговаться и ставить условия. — Ну, давай, я внимательно слушаю. Давай уж всё обсудим «на берегу». Как ты это видишь? Как бы ты хотел?

Игорь снова передернул плечами.

— Не знаю. Мне без разницы, — но тут же заговорил с усилием, словно перебарывая себя: — Я хотел, чтобы ничего не чувствовать. Чтобы всё забыть. Но у меня не получилось. Такая хрень. К концу сказки добро победило разум. — Едва ли не в первый раз за это время он прямо взглянул на Георгия, изобразив на лице что-то вроде усмешки. — Наверное, любовь?

«Любовь», — хотел было ответить Георгий. Но подумал, что, признав это вслух, тут же отдаст себя во власть тем жадным и непредсказуемым голым божествам, которые осеняют благодатью крыл, но могут пустить стрелу в сердце, а затем выпить глаза и выклевать печень.

Божья коровка забралась, наконец, на палец мальчика и полетела к окну.

Георгий выключил телефон и повез его к себе на Мытнинскую. Начал раздевать прямо в прихожей, едва захлопнув входную дверь.

Игорь проявил всё же прежнюю свою внезапную строптивость.

— Тебе что, жена не дает? — пробормотал он, высвобождаясь с нервным смешком. — Ты как с зоны откинулся. Иду, а волка семеро козлят… Она, случайно, нас тут не накроет? А то уже был аналогичный случай в Лосево…

— Это ты как из колонии для малолеток, худой и бритый, — возразил Георгий. — Этот Коваль тебя, похоже, не кормил, только трахал по всей программе?.. Заставлял отрабатывать затраты?

— Я теперь понял, что такое с порога в постель тащить, как уличную завалюху, — заметил Игорь, когда они уже оказались в спальне.

— Но ты ещё не понял, чем это грозит.

Георгий успел подумать ещё, что никогда, наверное, не был так ясно и жадно счастлив. Затем у него перехватило дыхание, словно он нырнул в прорубь после бани, когда и ледяная вода, и морозный воздух становятся обжигающе горячи.

Посреди ночи он пробудился и приподнялся в постели, осторожно снял с себя руку спящего мальчика. Пошатываясь, как пьяный, поднял с пола разбросанную одежду. Выпил в кухне воды и набрал Маркова.

— Кидаем Сирожей по «Альмагесту», я решил. По старой схеме, без всяких арабесок. Сливаем акции через опцион и банкротим прокладку. Пускай потом ищут прошлогодний снег на полигоне.

— Погоди, погоди, — пробормотал сонный Марков, — ты что там, анаши обкурился?

— Говорю, запускаем схему прямо завтра. А пока отвлечь их на базовый актив. Лишние деньги портят людей, а мы по-дружески снимем порчу. Кто не рискует, тот пьет один кефир.

Марков пробормотал неразборчивое ругательство, громко почесался.

— Ну да… Такие они дураки… А ты знаешь, сколько сейчас времени, на всякий случай?

— Я знаю, что старика Рабиновича уважали не за камни в почках, а за бриллианты в желудке. Обмозгуй мою мысль, завтра нарисую всё конкретно, — сказал Георгий и повесил трубку.

Часть IV

Глава 1. УТРАЧЕННЫЕ ИЛЛЮЗИИ

Также и воздействие звезд влияет, если хочешь, на некоторые вещи, но бесспорно не на все.

Город изнывал от жары второй месяц. На дорогах плавился асфальт, в офисах отказывали климатические системы. В белом от зноя небе редко проплывало прозрачное облако, не обещая дождя, и вечера совсем не приносили прохлады, лишь напитывая воздух банной влажностью.

Цветы в оранжерее, за день истомленные зноем, жадно пили воду и молчаливо жаловались Марьяне, ей же некому было пожаловаться на жар, который сжигал её изнутри. О том, что происходит в её семье, она не могла рассказать ни Светлане, ни Алексею, ни кому-то из друзей отца. Обида копились в ней, словно черный клубок, а будущее казалось беспросветным коридором, по которому она обречена двигаться наощупь в полном одиночестве. От отчаяния Марьяна решилась на странный шаг — отправиться на прием к гадалке, о которой услышала от косметолога в салоне.

Эта женщина получила известность после участия в телепередаче, где колдуны и целители демонстрировали свои необычные возможности. Она брала за сеанс немалые деньги, но, по отзывам, творила настоящие чудеса — находила пропавших людей, узнавала прошлое и давала точные предсказания. Марьяна не особенно верила в помощь потусторонних сил, но не могла не видеть, что происходящее с Георгием не поддается рациональному объяснению. Это было слишком похоже на колдовской морок, наваждение, приворот.

Гадалка, крупная женщина с резкими чертами лица, принимала посетителей в собственной квартире, разделенной на жилую зону и «кабинет». В прихожей и гостиной, где Марьяне пришлось ждать минут десять, ничто не говорило о занятиях хозяйки, но кабинет был богато декорирован атрибутами её профессии — церковными свечами, чучелами мелких зверушек, хрустальными шарами. Стеллаж был уставлен флаконами с маслами и солями. На столе были разложены колоды гадальных карт.

Ведунья вышла, одетая в расшитый бисером черный балахон. У неё был брезгливый, равнодушный рот и совиный взгляд, не выражающий ничего, кроме усталости. Тяжелый макияж старил лицо, но руки, унизанные крупными серебряными кольцами, были пухлыми и свежими. Она едва взглянула на Марьяну и сразу взялась за карты, вынула из ящика стола стопку канцелярских листков.

— Напишите здесь ваше имя, дату и время рождения. И расскажите свою проблему.

— Я рассчитывала, что это вы расскажете обо мне, — возразила Марьяна, всё же выполняя указания.

— Ну не я же к вам пришла, — ответила та с нетерпеливой гримасой. — Я не буду загадки разгадывать. Обрисуйте вопрос, а я скажу, могу помочь или нет.

Задетая и удивленная её тоном, Марьяна заметила:

— Мне сказали, что за ту цену, которую я заплатила, я получу полный комплекс услуг.

— А сколько вы заплатили?

Марьяна назвала сумму. Колдунья поморщилась, перебирая карты.

— Ладно, пусть будет комплекс. Так что у вас, муж завел любовницу? И что вы хотите? Её отсушить, а мужа вернуть? Я так поняла?

Для Марьяны вдруг стало очевидным, что она совершила глупость, придя сюда, чтоб за свои же деньги служить предметом насмешек для безвкусной полуграмотной бабы, ловко устроившей бизнес на продаже несбыточных надежд. Разложив карты, колдунья рассматривала их со скучающим видом, подперев щеку рукой.

— Муж у вас видный мужчина? Бизнесом занимается? И лет ему возле сорока?

Марьяна тут же поняла, что это первое, что мог предположить любой доморощенный психолог.

— Вы на него сильно злитесь, хотя злиться вам надо на себя, — в том же духе продолжала прорицательница.

— А вы можете сказать, почему я на него так сильно злюсь? — спросила Марьяна. Она всё же решила заставить гадалку затратить усилия хотя бы на то, чтобы отделаться от неё без скандала.

— Могу. Только вы это сами знаете. Я лучше скажу, что вам делать дальше. — Она взяла со стола одну из карт и показала Марьяне. — Это карта вашего мужа, Король кубков. Он амбициозный, властный человек, занимающий высокий пост. В делах он преследует цели любыми средствами и почти всегда добивается успеха. В личной жизни он человек страстный, с порочными наклонностями. Это вас притягивает в нем, и вы не думали о последствиях, когда выходили замуж. Хотя вы знали про его сложности. А это вы — перевернутая Луна. Вы блуждаете в сумерках, без дороги, без понимания, куда вам нужно идти. — Решив, видимо, всё же выполнить ритуальный минимум, гадалка зажгла на столе несколько свечей, вынула из связки и передала Марьяне амулет, сделанный из камней и перьев. — Зажмите это в левой руке. И дайте мне фотографию своего мужа. Вы же принесли фотографию?