Царская сабля - Александр Прозоров

Тут же неведомый Техник с пропеллером на аватарке предложил поискать нужный том в столичном ведомственном архиве – и Старовер долго высмеивал его по поводу детской наивности.

Как выяснилось, в шестнадцатом веке столиц в России было аж четыре. Москва – место нахождения большинства служб и приказов, Александровская слобода – основное место пребывания государя, Вологда – новая столица, которую при Иване Грозном перестроили и начали обживать, но закончить перемещение чиновничьего аппарата не успели, и Новгород, в котором царь прожил с семьей, казной и архивами в покое и благополучии почти три года, с семидесятого по семьдесят третий, аккурат с самого «новгородского погрома» и до окончания войны с Османской империей. И в какую из четырех столиц отправился опричник с изъятыми документами – поди угадай?

Некий Ведун указал на то, что «податную книгу» если куда и повезут, то наверняка в Податной приказ, архивы которого сохранились практически полностью. Ему тут же ответили, что поскольку архивы сохранились все, то и количество оных измеряется не единицами документов, а тоннами, сваленными в подвалах Министерства юстиции. Приступать к разборке этих завалов историки вот уже несколько веков просто боятся: для подобного объема работы никаких студентов не напасешься.

Возникший в конце этого диспута Старовер утешил Ревизора – под этим ником зарегистрировался сам Леонтьев – только тем, что по делу Басарги случилось судебное разбирательство. А значит, оно может оказаться и где-то поближе. В том же РГАДА, если суд был в Москве, или в местных архивах «столиц» – если нет.

– В общем, проще найти иголку в океане, – сделал вывод Женя и обернулся к гостье: – Поля, а ты что скажешь? Есть шанс что-нибудь выкопать?

– В этом деле Интернет не поможет. Нужно возвращаться в наш архив и искать отписки. По этой книге ничего нет, а по другим могут и найтись. Узнав, куда отсылались прочие отчеты, можно предположить и то, куда увезли этот.

– Вот видишь! – сразу повеселел Леонтьев. – Есть у тебя талант, все на лету схватываешь. Поверь моему слову, ты еще знаменитостью на всю страну когда-нибудь станешь!

Отчеркнув нужный пункт в блокноте, он перешел к последнему вопросу: «Где находится целительный женский платок?»

Здесь ответ был один:

«Либо вы, Ревизор, законченный дурак, либо чертовски умный игрок в шарады».

Евгений плюнул бы и забыл – однако столь странно ответил ему Старовер. Дядька, уже доказавший свой ум и хорошие знания на других ветках. И потому аудитор, подумав, написал:

«Дайте ответ – я соглашусь признать себя дураком».

– Вот и все, – закрыл Леонтьев форум. – Теперь снова только ждать.

– И как мы это будем делать? – сладко потянулась девушка.

– С комфортом, – переключился на свой кабельный Интернет молодой человек. – Завтра встанем пораньше, сходим для отчетности на выставку Глазунова и в Третьяковку, а вечером отправимся в театр. Я сейчас посмотрю, где какие идут спектакли, и попытаюсь заказать билеты. Ты ведь не откажешься посетить какой-нибудь моднявый столичный балаган?

– Женя-я… – Полина поднялась, подошла сзади и положила ему руки на плечи. – Ты такой заботливый… Рядом с тобой так хорошо… Даже и не знаю, как я смогу тебя отблагодарить?

– Ты уже сделала для меня невероятно много. – Евгений, повернув голову, снял с правого плеча ее руку и легким касанием поцеловал в ладонь. – Иди ложись. Я сейчас разберусь, что можно сделать, и тоже лягу. Завтра воскресенье, нужно использовать его на всю катушку.

– А-а-а… ты не боишься, Женя? Сам же говорил, что за нами охотятся. Может, лучше посидеть дома?

– Да ты не беспокойся, Поля, – мотнул головой аудитор. – Я за всем слежу. И подходы к двери проверяю, и наличие посторонних на лестнице. Для контроля вовсе не обязательно ползать на четвереньках, нюхать порог и прикладывать ухо к стене. Нам сейчас следует опасаться только силовой акции: грубого нападения с шумом, грохотом, выламыванием дверей, дракой и прочими прелестями. Но на такое представление, особенно ночью, милиция примчится быстро. В людном же месте нам намного спокойнее, чем дома. Особенно если не застревать в толпе и побольше двигаться с места на место. В музее или театре «сюрприз» на скорую руку не сотворить. Так что не беспокойся, иди отдыхай, набирайся сил. Завтра будет длинный день.

– Мне так неудобно, Женя… – Руки девушки скользнули по его плечам чуть ниже, она коснулась щекой уха молодого человека. – Я доставляю тебе столько хлопот…

– Ничего подобного, – мотнул головой Леонтьев. – Москвичи, если хочешь знать, по своим театрам и музеям ходят только с гостями за компанию. Если бы не ты, я бы еще лет пять никуда не выбрался… О, «Моя прекрасная леди»! Ты как к музыкальным комедиям относишься?

– Хорошо, – неуверенно пожала плечами Полина.

– Вот завтра и узнаем, – решительно застучал пальцами по клавиатуре Евгений. – Заказываю два билета на вечерний спектакль…

– Спасибо. – «Мальвина» опять наклонилась, дохнув ему в самое ухо. – Даже не знаю, как тебя отблагодарить.

– Да не беспокойся! – отмахнулся аудитор. – Это ведь по моей вине тебя сюда занесло? Считай, я искупаю прегрешения. Отдыхай и ни о чем не беспокойся.

Гостья помялась за его спиной еще немного, но руки с плеч все-таки убрала.

– Тогда спокойной ночи, Евгений?

– Да, Поля, до завтра.

К свиданию Басарги с княжной четверка арских сидельцев готовилась целую неделю, словно к штурму крепости. Выбрали удобную лавку, торговавшую тканями, – такую, чтобы не прилавок на улице, а помещение закрытое, просторное, но с узкими дверьми. К тому же заправлял здесь всем персидский торговец, понимающий русский язык через два слова на третье, а потому ничего лишнего из разговора между влюбленными понять точно не мог.

Дважды Басарга отправлял Мирославе страстные письма, вспоминая красоту ее губ и голоса, широту девичьего стана и бархатистость губ, выплескивая на бумаге свою страсть и жажду встречи, а заодно обговаривая удобные для княжны день и время безопасного выхода «в люди». Боярский сын, весь изведясь, с трудом подобрал достойный избранницы подарок: четки, янтарные, чтобы точно в цвет глаз любимых подошли и потом в руках постоянно были, о нем напоминая.

К оговоренному часу Басарга и боярин Булданин вошли в лавку, прогулялись вдоль заваленных тюками тканей прилавков. Персиянин жадно стрельнул в их сторону глазами, но кинуться покупателям навстречу не смог – был занят толстощекой купчихой, скользящей пальцами по нежному темно-зеленому шелку.

– Надобно хоть сукна какого купить, – сказал Илья, похлопывая ладонью по тюку кирпичного цвета, – дабы купец не обижался. Можно недорогого и немного, холопу на кафтан. У тебя есть холоп?