Царская сабля - Александр Прозоров

– А вдруг она не захочет? – усомнился Басарга.

– Вот тогда, друже, все и узнаешь. Поймешь, стоит ли ради нее сердце свое сжигать али девками дворовыми проще обойтись. Ты же мужчина? Тебе и рисковать. Получишь оплеуху в худшем случае. Зато все ясно станет, как в бокале хрустальном. Или да, или нет.

Из постели, уже после одиннадцати, Женю вытащил щекотный кисловато-хлебный запах. Завернувшись в одеяло, он выглянул на кухню и обнаружил гостью в халате и с полотенцем на голове, колдующую возле плиты.

– Доброе утро, – улыбнулась она. – Ну ты и мастак спать! Я уже думала, до вечера будешь дрыхнуть. Это ничего, что я тут немного похозяйничала? Если бы я знала, где ключи, сходила бы в магазин, пока ты отдыхаешь. Ну, а так… Пришлось выкручиваться тем, что в холодильнике и на полке осталось…

Из найденных на кухне «остатков» Полина исхитрилась соорудить полноразмерную пиццу, усыпанную мелко порезанной колбасой, солеными и маринованными огурцами, грибами, украшенную маслинами и залитую расплавленным сыром и кетчупом. Вид у угощения был столь аппетитный, что Жене расхотелось напоминать, кто из них вчера бездельничал, а кто до утра рулил машиной:

– Без меня не начинай, я быстро…

На то, чтобы принять душ и переодеться, у него ушло минут десять – гостья же тем временем успела накрыть стол, переложив пиццу на большую тарелку, порезав ее на ломтики и выставив еще две тарелки поменьше. Оценив это зрелище, Евгений сходил в комнату и принес два больших фужера и бутылку вина.

– Ух ты! Намечается торжество? – вскинула брови девушка и, со своей стороны, сняла с головы полотенце и энергично растерла им волосы. Тут же обнаружилось, что прическа у нее после душа и шампуня стала чуть не вдвое пышнее, чем раньше. Глаза даже после умывания оставались ярко-голубыми, ресницы – длинными и густыми, а губы алыми. Похоже, это были ее естественные цвета. В общем – натуральная мультяшка. И зачем пользуется тушью и помадами – совершенно непонятно.

– Точно! – вскинул палец Леонтьев. – Мы же еще не отпраздновали наше великое научное открытие! Этого нельзя оставлять просто так…

Он откупорил бутылку, наполнил бокал девушке, себе же налил сока, достав коробку из упаковки под окном.

– А ты чего, не будешь? – удивилась Полина.

– Я от хмельного стараюсь воздерживаться, – покачал Женя головой.

– Что, совсем?

– Вроде как да.

– Ты чего, алкоголик?

– Ш-шо?! – От такого проявления женской логики у Евгения натурально переклинило мозг и отвисла челюсть.

– Обычно хмельного совсем не пьют те, кто подшит, или те, кто «в завязке», чтобы в запой не уйти.

Леонтьев судорожно сглотнул, поднялся, взял бокал гостьи, залпом осушил, поставил на место и, четко развернувшись, вышел из квартиры, громко захлопнув дверь.

Впрочем, убегать из собственного дома из-за странностей мышления провинциалки Женя, конечно же, не собирался. Просто, спустившись на четыре этажа, он позвонил в квартиру возле лифта и с ходу спросил открывшего дверь лохматого очкарика в майке и трениках:

– Привет, Стасик! Пива хочешь?

– Нормальные люди от такого предложения не отказываются, – посторонился его бывший одноклассник. – В честь чего угощаешь?

– Ты мне пароль своего вай-фая дашь? – Входить в квартиру Евгений не стал.

– А-а… Забанили? – ухмыльнулся приятель. – Адрес в Сети поменять хочешь?

– В общем, да, – не стал вдаваться в подробности аудитор. – Так выручишь?

– Я тебе свой даю, ты мне свой. Ты через меня по форумам шаришься, я через тебя торренты качаю, – с ходу предложил Стас.

– У меня роутера нет. Прямо на кабеле сижу. Но вай-фай в компе имеется, в системном блоке по умолчанию стоял. Но форум – это не торрент, трафика жрать не станет. Пиво?

– Ладно, – не стал упрямиться сосед. – Уболтал. Пусть будет пиво.

– Заметано… – Женя полез в карман, достал пару стольников, но Стас замотал головой:

– Ты чего делаешь? С друзей денег не берут!

– Понял, извини. – Евгений убрал деньги обратно. – Тебе темного или светлого?

– Зима на дворе, братан! Темное, естественно.

– Вечерком занесу. Так что насчет пароля?

– Я тебе лучше запишу. – Зевнув, ушел в глубину квартиры сосед и оттуда выкрикнул: – Он у меня правильный. Десять знаков из букв в разных регистрах и вперемежку с цифрами!

Спустя две минуты Женя поднялся обратно к себе, прошел мимо выскочившей к входной двери Полины и уселся перед компьютером. Отключив кабель, он зарегистрировался в Сети соседа, а потом вошел в Интернет, почти уверенный в том, что его новый IP-адрес никто не фильтрует и не просматривает.

Разумеется, все эти мелкие хитрости были достаточно наивны и легко раскусывались, но молодой человек резонно полагал, что анонимусы все-таки не пасут его, как натовского шпиона, а лишь слегка присматривают, проверяя почту, контакты и слушая звонки. В этом случае соседский доступ их внимания не удостоится.

Найдя через поисковик несколько исторических форумов, Женя зарегистрировался на всех и сбросил туда основные вопросы, что мучили его в последние дни. Теперь оставалось только ждать, как рыбаку возле поставленной через омут сети.

Отключившись от вай-фая и воткнув на место кабель, Евгений полез в почту, разбирая накопившиеся послания и ссылки на журналы или сети. Сбрасывать все в корзину он не рисковал – иногда среди этого мусора обнаруживались послания сослуживцев или давних знакомых. Полина же, подкравшись сзади, положила ему руки на плечи.

– Все блондинки дуры, – вдохновенно проговорила она.

– Ты не блондинка, – ответил Леонтьев, не отвлекаясь от экрана.

– Тогда кто? – удивилась девушка.

– У тебя волосы с синевой. Разве не замечала? Синий цвет – это какая масть? Фарфоровая?

– Не может быть! – Полина отошла к зеркалу. – Неправда, нет такого цвета.

– Есть-есть. Ты присмотрись внимательней.

– Не знаю… – Она расправила одну из прядей на всю длину, но внезапно резко спохватилась: – Подожди, Женя! Я просто хотела извиниться. Я тебя обидела, да?

– Нет, ни капельки. С равным успехом ты могла бы назвать меня негром. Ты бы обиделась, если бы я назвал тебя негритянкой?

– Не знаю. – Девушка опять повернулась к зеркалу. – Может, лучше мулаткой?

– Лучше Мальвиной, – не утерпел молодой человек.

– Хорошо. Обозвал? Теперь мы в расчете! – обрадовалась Полина. – Пошли есть пиццу. Я ее сейчас подогрею!

– Подожди! – возмутился Женя. – Чем я тебя обозвал? Разве «Мальвина» оскорбление? Она была очень даже умная, воспитанная, симпатичная и образованная девочка.

– Кукла.

– Но симпатичная.

– Хорошо. Прости меня, пожалуйста, что я обозвала тебя алкоголиком!