Я забуду тебя завтра... - Анастасия Колмогорова

— По крайней мере, мы сэкономили время. Отправлю зацепку Данилу, пусть раскопает что это за хрен, а потом будем готовиться к задержанию.

Я кивнул, наблюдая за истерикой женщины через окно и радуясь что не слышу её воплей. Вот уж не думал что всё обернётся так. А актёрское мастерство у неё действительно что надо. Я ведь даже не заподозрил в Ирине Кармелиту, хотя должен был. Тогда мне казалось я любил её. Мне нравилось её трахать, даже несмотря на то, что это была искусная игра. В пятнадцать лет я думал, что между нами всё по настоящему, а на деле почти тридцатилетняя шлюха обучала будущего жиголо.

Как же я устал от этой гнили в жизни.

— Где Марина? Много слышала?

— Снаружи. Испыхтелась уже вся. Слышала только начало. Будешь ей рассказывать?

Я покачал головой. Не хочу пачкать её своей грязью. Она мой Котёнок. Моё солнце в этой сраной тьме. Ни одно пятно не должно попасть на неё, иначе я действительно полное дерьмо. Тем более ей всего восемнадцать. Я не хочу чтобы груз всех моих тайн и делишек начал давить на неё так рано. Не хочу убивать в ней этот свет и радость жизни.

— А с этой что делать? — нахмурившись спросил Влад. — Я не смогу помочь даже срок скостить. Групповое покушение, сокрытие, сопротивление… Бл**ь, да я и не хочу ей помогать! Если б не Марина и её чуйка, ты был мёртв! Понимаешь?

Влад не был любителем говорить по душам. Да никто из нас не был любителем, но в последнее время я всё чаще и чаще слышу такие реплики от друзей. Понятия не имею почему, но мой выход из строя их сильно пошатнул, и меня это пугало. Мы прошли, наверное, через центр ада и не сломались, а это событие произвело не очень хороший эффект.

— Я понимаю. Помогать ей не надо. Поймаем её Андрея и пусть получают то, что заслужили. Единственное только — её сын. Надо попытаться найти ему хорошую семью как можно скорее. Мальчишке, кажется, шести нет, через пару годиков и не вспомнит что у него была такая мамаша.

— Наверное, ты прав. Ребёнку не место ни с одним, ни с другим родителем. Я всё сделаю.

Теперь осталось малое — как объяснить всё Марине? Ладно. Пока попробую запудрить ей мозги, а там посмотрим. Вышел в коридор и облокотился спиной о стену. Нога болела беспощадно, но это не самое паршивое. Мне всё ещё казалось, что она на месте. Я чувствовал как шевелю пальцами, как наступаю, даже когда вижу протез своими глазами. Мысленно я знаю, что её там нет, но чёртовы ощущения не дают покоя.

Стоило щёлкнуть дверной ручкой, как Лебедева повернулась ко мне. Будь я проклят, но мне нравился её вид. Короткие шорты, обтягивающая майка, кроссовки и всё белого цвета, но вот эта адская злость в голубых глазах, эта уверенность в своей правоте и лёгкий эгоизм до боли возбуждали. Хотелось поставить её на место и завладеть этим милым ротиком.

Быстрей бы убраться отсюда.

— Как понимаю, ты мне ничего не скажешь, да?

Качаю головой, наблюдая как подходит ко мне. И мне нравится её походка. Такая грациозная, плавная, словно танцует, а не идёт.

— Ты мне не доверяешь, да?

Усмехаюсь и снова качаю головой. Я доверял ей. Доверял даже больше чем следует, потому что понимал, что в эту славную головку даже мысль не придёт придать. Я впервые в жизни доверял и знал, что это доверие будет оправдано. И это пи***ц как радует.

— Тогда скажи мне… — она остановилась и указала в сторону двери, из которой я вышел, — она опасна для тебя?

Мой Котёнок. В этом мире для меня опасна только ты.

Потянулся к ней, испытывая жгучее желание коснуться, почувствовать её, и чуть с ума не сошёл, когда она нырнула в мои объятья и крепко прижалась всем телом. Моя девочка. Моя ласковая и нежная девочка. Без неё я сдохну.

— Ответь мне, пожалуйста. Она же не причинит тебе вреда?

— Нет, Котёнок, — пробормотал в её макушку, наслаждаясь ягодным запахом волос. — Всё будет хорошо. Тебе не о чём волноваться.

Она резко выдохнула, закивала и подняла лицо ко мне.

— Хорошо. Я… Она пыталась убить тебя. Почему?

— Давние счёты и… обстоятельства. Ты готова уехать отсюда?

Девушка кивнула, но улыбка так и не появилась на маленьком лицике. Меня это злило, потому что означало что я не справляюсь. Нет, женщина не должна всю жизнь провести у плиты и растить спиногрызов, но и не должна заботиться проблемами своего мужчины. Тем более моя женщина. Марина была моим оплотом. Маленьким кусочком, мирком, который я собирался оградить от всего, что творилось в моей жизни. Я собирался заточить её в башне, но сначала отберу у родителей и влюблю настолько, что она не будет видеть жизни без меня. Эгоистично? Да. И мне наплевать. Впервые сраная жизнь дала мне что-то хорошее и чистое, и я не собирался это упускать.

Глава 24

Марина

Всю дорогу мы ехали в гробовом молчании. Я боялась потревожить мысли Ильи, который ушёл в них очень глубоко, потому что ни раз видела отца в такой же задумчивости. Когда что-то было не так, папа вот с таким же каменным лицом сидел у камина и много думал, пока не находил выход, а мне сейчас, как и тогда, только и оставалось гадать что у них в головах.

Ох, чует моя кардиограмма, что эта Ирина внесла смуту в душу любимого.

Уйдя из того коридора, мы прошли ещё множество других, пока не оказались в огромном зале или холле, который кардинально отличался от остальных помещений. Тут были обычные бетонные стены и пол, а ещё просто огромные ворота во всю стену. Когда они открылись, подобно пасти хищного зверя, то оказалось что и толщина у них соответствующая — больше моей головы уж точно!

В этом холле, хотя его трудно так назвать из-за площади, стояло несколько машин. Мы сели в одну из них, и шофёр повёз нас по длинному туннелю с овальным потолком. Время нашего пути составило, наверное, минут пятнадцать, и я даже порадовалась что мы на машине. Илья бы не прошёл такой путь пешком, а в салоне он мог отдохнуть от ходьбы после допросной.

Вспомнив про ту комнатку мысли снова начали кружить в голове. Что она такого сказала Илье, что он так погрузился в себя?