Конь в малине - Николай Романецкий

Шли годы.

Вадим закончил гимназию и поступил в университет. Правда, и тут не повезло с билетом на вступительных, и пришлось папе в очередной раз тряхнуть мошной, чтобы сын мог учиться на платном отделении.

Скоро сказка сказывается, да не скоро пять курсов пролетают!..

И была у Вадима подружка. Училась она с ним в одном классе, а потом и в университет увязалась. То ли жалела она его за бесталанность, то ли в сердце он ей запал (а парень он был видный и крепкий – многие телки на улице заглядывались), но ходила она за ним хвостиком, как привязанная, и когда они были вместе, избегали неудачи Вадима. Да только того никто не замечал. В том числе и сам Вадим…

Так и шло дело: Вадим учился, отец платил…

Но то ли согрешил Ладонщиков-старший перед господом в бизнесе своем (а кто в те годы не грешил?), то ли попал в жернова сыновней неудачливости, да только настал один прекрасный день (вернее промозглый октябрьский вечер). Ехал отец Вадима с матерью да бабушкой и двумя дедушками с дачи о трех этажах. То ли дорога была хуже, чем казалось, то ли скорость выше, чем требовала безопасность, да только выскочил «мерседес» на встречную полосу, прямо под многотонный «камаз». И не стало у Вадима ни отца, ни матери, ни бабушки, ни дедушек. Одна лишь бабушка осталась, но и та горя не выдержала – вскорости в могилу сошла.

Настало время решать дела наследственные…

И, как водится в этих случаях, налетели зубастые акулы-кредиторы, стервятники-заимодавцы, да и государство наше налоговую петельку накинуло (оно ж какое у нас, государство? И своего не упустит, и к чужому ноги приделает. Не зря говорят честные россияне: «Я люблю свою страну, но государство ненавижу!»)

В общем, не успел Вадим оглянуться, как не осталось у него ни квартиры, ни «джакузи», ни дачи о трех этажах, ни «мерседеса» последней модели. И студенческого билета, разумеется, тоже не осталось.

Пришла пора тянуть лямку солдатскую. По стати отменной определили Вадима в элитные войска, в самый что ни на есть спецназ.

А в ту пору уже который год шли по стыку христианского да исламского миров войны, кои пресса прозвала малыми да превентивными (имея в виду, что рано или поздно разразится война большая – Великая Религиозная). Оно бы, конечно, и жили сыны Аллаха с христианами в мире и согласии, да больно много в противоборстве заинтересованных. Генералам война нужна – чтобы новые звезды на погоны вешать да хлеб народный, что жуют, оправдывать. Капитанам военно-промышленного комплекса необходима – чтобы заказы новые получать да прибыли подсчитывать. И людишкам некоторым впору – тем, у кого в голове одно: размахнись рука, раззудись плечо!.. Где еще можно человека безнаказанно убить? То-то и оно! На войне за все случившееся правительства да военачальники отвечают. А с них – известно какой спрос, много ли за человеческую историю перед прямым судом предстало?

Войны малые – кровь большая. А прибыли и вовсе сверхгигантские!..

Да и другой стороне противоборство не без выгоды. На волне религиозного шовинизма целей скорее достигнешь. Великие Албании да Великие Джамахирии быстрее создашь. А там и Объединенная Исламская Республика – от калмыцких степей и хребтов гималайских до самого Атлантического океана. А еще немного пройдет – вот он, и Великий Джихад. Многие ли религиозные радикальные течения убийство человека оправдывают? Правда, неверный – не человек, собака!..

А мяса пушечного жёнки еще нарожают, на то их Господь и обрек после первородного грехопадения…

В общем, попал Вадим Ладонщиков на очередную из таких войн. Служил Отечеству и Христу верой и правдой, ранен был дважды. До наград не дослужился – слава Богу, хоть не убили да в плен к нехристям не попал.

Подоспела пора дембеля – вернулся в Питер. А там ни кола ни двора. Лишь подружка дожидается – верность хранит (честь-то девичью Вадим у нее еще в десятом классе отобрал. Впрочем, в нашу эпоху честь по-другому зовется – целкой. Какая там честь: по Марсу уже ходим, а вы тут доисторические понятия на уши вешаете! Честью, господа, прибыли не получишь!)

В общем, поженилась парочка. Ребенком пока решили не обзаводиться – одной надо образование закончить, другому гражданскую профессию приобрести.

Пошли месяцы рая в шалаше. А неудачи Вадима по-прежнему преследуют – то недостача в магазине, куда торговать пристроился, то, перейдя на станцию техобслуживания, новенькому «форду» крыло помял. Конечно, мелочи это, по сравнению с настоящей непрухой – смертью близких, к примеру, да разве о том Вадим думал? Не везет, не везет и не везет!.. И почувствовал Ладонщиков, что не по нутру ему шпакская житуха. Помаялся, помаялся, посчитал очередные обломы да и махнул в военкомат. Жену перед фактом поставил.

Та – плакать, но когда женские слезы солдатскую душу по-настоящему трогали?

Как человек повоевавший, попал Вадим в школу офицерскую. Вышел лейтенантом, не чета тем мозглякам, что военные училища заканчивают. Пороху не нюхали!..

И вновь пошла служба боевая – очередная малая война. От завтрака до завтрака, от боя до боя.

Оно бы, конечно, выписал Вадим к месту службы свою супругу, да только в этих местах жены офицерские – для нехристей первая цель. Локти потом кусать станешь да поздно!.. Так что не положено, ротный, фронт здесь!

Вот и остается: либо связисточку уговорить, под кустиком разрядиться; либо сестренка спиртику поднесет, ножки раздвинет; либо в очередном взятом селе горянку, дочь аллаха, в сакле изнасилуешь. Только чтобы ни начальство, ни подчиненные не видели. Иначе и в трибунал можно загреметь…

А на самой службе дела пошли из рук вон. Соседние роты в бою отличатся, Вадимова опростоволосится. Не то, чтобы командир плохой – удачи солдатской нет. Как батальонный священник говорит перед боем – «Да пребудет с вами удача, дети мои! Да осенит вас Христос своим знамением!» Так вот – не пребывает с Вадимом удача, не осеняет его Христос!.. И наказывать не за что – видит командир: не трус парень и умен, военная косточка; просто судьба-злодейка на мужика взъелась. То ли за грехи родительские, то ли по иной какой причине…

В общем, списали Ладонщикова со службы.

Приехал в Питер. Жена уже университет закончила, работает. Зарабатывает хорошо – компьютерщица и головастая. В муже по-прежнему души не чает. Живи – не хочу! Тут уж погонял ее по постели до полного изнеможения. Прожили две недели. Нет жизни у капитана Ладонщикова. Вновь пошел к военкому. Сказал, если не возьмут, повесится. Сжалился военком над капитаном, сам знал, что такое чеченский синдром…

Поговорил капитан с женой. Та – на дыбы! Пригрозила развестись. Женская партия в Думе как раз такой закон протолкнула. Жена имеет право на развод без согласия мужа. Кинули им такой кусок политики-мужики, чтоб на большее не позарились…

Ну и черт с тобой, разводись!

В аэропорту его никто не провожал. Прилетел в Ставрополь, явился за назначением.

И тут опять не повезло, отправили в ближний тыл, с партизанами воевать, карательствовать. Пока бородачей, вооруженных «калашами», по горным вершинам гонял – все нормально было, но однажды послал майор Зубрилов село зачищать. Разведка донесла: база «правоверных» там. Прибыли в село, никаких правоверных нет и в помине, одни бабы да чумазые бесенята. Ясно, любой бесененок черной южной ночью папашу с гор приведет да и сам тебе горло перережет, если зазеваешься, но одно дело у чернобровой сиськи потискать да за мех ее пощупать, да впендюлить ей деревянненького, чтобы до горла продрало, и совсем другое – в сиськи эти очередями свинцовыми… Отказался капитан Ладонщиков село зачищать, так и доложил по рации: «Я с п…здами автоматом не воюю!» Подобные случаи в войсках бывали, и начальство, люди свои, таких отказников наказывало малым наказанием, понимало, что не все до последней стадии озверения дойти способны. Тем более что среди карателей удальцы покрошить горянок да ребятишек всегда находились…

Но и тут не повезло капитану Ладонщикову. Зубрилов-то – хороший мужик был, не карьерист и не подлюга, но оказался в ту минуту на КП особист, тоже капитан, услыхал отказ, сука краснорожая!.. «Вы, Ладонщиков, не с п…здами тут воюете, а с врагами. Днем она баба, а ночью вам же кишки выпустит. Это война, Ладонщиков, а не детский сад. На войне иногда приходится быть жестоким! Турки в начале прошлого века армян, как баранов, резали!» – «Но мы-то не турки, мы христиане». – «Мы в первую очередь солдаты, Ладонщиков, и обязаны выполнять приказ!»

И пошла писать губерния!

Как не пытался Зубрилов отмазать подчиненного, ничего у него не вышло. Жопа-то и у Зубрилова одна – своя!..

Особист получил повышение, а бывший капитан Ладонщиков попал в жернова репрессивной машины. То, что люди уже на Марсе, этой машине не мешает… Арест. Военно-полевой суд. Приговор. «За неисполнение приказа назначить наказание в виде смертной казни через расстрел. Ходатайство непосредственного начальника об отправке в штрафную роту отклонить».