Три дАртаньяна - Сергей Нечаев

Получив блестящее духовное образование и проявив незаурядные способности, Франсуа Ле Клерк дю Трамбле рано проникся сильным религиозным чувством. До двадцати лет он путешествовал по Италии, потом служил в армии и даже отметился при осаде Амьена в 1597 году, ездил с важной миссией в Лондон. Однако в 1599 году он бросил все и стал монахом ордена капуцинов, образовавшегося в XVI веке и взявшего на себя (как и орден иезуитов) задачу обеспечения торжества католицизма. Следует отметить, что решение оставить мир юноша избрал кардинальное: орден капуцинов был одним из самых строгих из всех монашеских организаций, славился суровой дисциплиной, аскетическим образом жизни и полным воздержанием от какой-либо роскоши.

Став членом ордена и взяв себе имя отца Жозефа, он развил очень активную деятельность по борьбе с протестантизмом. С этой целью, в частности, он при поддержке папы Павла V создал женский монашеский орден дочерей Святого Креста и составил для монахинь специальный молитвенник. Но более всего его занимала идея нового Крестового похода против турок. Он был одержим ею и готов был положить все силы на его организацию. Естественно, время Крестовых походов давно прошло, поэтому отец Жозеф оказался едва ли не последним, кто еще мечтал освободить Константинополь и Святую землю. Поначалу он отправлял на Ближний Восток миссионеров, но затем получил самую активную поддержку со стороны герцога Наваррского, ставшего в 1627 году также и герцогом Мантуанским, который уже имел опыт боевых действий против турок в Венгрии.

Герцог взял на себя подготовку армии и флота. Он основал новый духовно-рыцарский орден Воинства Христова, а отец Жозеф занялся активной агитационно-дипломатической работой. По разным странам он рассылал монахов-капуцинов с призывами к походу, а сам стал объезжать католических государей, склоняя их принять участие в экспедиции против турок. Он побывал в Италии, Германии, но наибольшие надежды возлагал на Францию и Испанию. Он заручился поддержкой Мадрида, надеялся также на Польшу, на греков и албанцев. Но в 1618 году началась Тридцатилетняя общеевропейская война, и она спутала отцу Жозефу все планы.

После этого отец Жозеф занимался преимущественно делами своего ордена и женского ордена дочерей Святого Креста.

С Арманом-Жаном дю Плесси-Ришелье отец Жозеф познакомился в 1610 году. Тот не входил тогда в Королевский совет, а был только епископом Люсонским и занимался церковными делами. Безусловно, они произвели впечатление друг на друга, иначе невозможно было бы их более позднее сближение, которое произошло в 1624 году, когда де Ришелье, пользуясь полным доверием Людовика XIII, уже занимал в Королевском совете главенствующее положение. Именно в это время он пригласил к себе на службу отца Жозефа. Прекрасно зная об опыте монаха, приобретенном во время подготовки Крестового подхода, кардинал сделал сферой его деятельности внешнюю политику и дипломатию.

После этого отец Жозеф добился влияния при дворе и постепенно стал первым сотрудником кардинала, политику которого он проводил в наиболее важных и ответственных миссиях.

О дипломатической деятельности отца Жозефа известно очень мало, и это неудивительно, ведь тайные переговоры не протоколировались, и мы знаем в лучшем случае только их результаты. Первой важной миссией, которую он провел по поручению де Ришелье вскоре после того, как тот пригласил его на свою службу, были переговоры в Риме в 1624 году. Не вдаваясь в детали сложной политической игры, которая там велась, отметим, что кардинал добивался контроля над альпийскими перевалами и, соответственно, над теми северо-итальянскими землями, где они пролегали. Переговоры завершились для Франции в целом успешно, и это произошло во многом благодаря искусству отца Жозефа.

В своих «Мемуарах» де Ришелье выражает полное удовлетворение итогами переговоров, хотя и не упоминает имени отца Жозефа. Но именно его он в 1630 году отправил на переговоры в Регенсбург. Туда, кстати сказать, был направлен официальный посол Франции, но именно отцу Жозефу, состоявшему при нем, кардинал дал все необходимые инструкции и наставления. Собирая сейм, император Священной Римской империи Фердинанд II, в частности, очень хотел добиться от курфюрстов (князей-выборщиков или электоров) избрания своего сына Римским королем, после чего тот становился законным наследником императорского престола. И несомненно, что одним из наставлений, данных де Ришелье своему агенту-капуцину, было всеми силами помешать этому избранию.

Деятельность отца Жозефа принесла богатые плоды. Поручение кардинала было успешно выполнено. Избрание не состоялось, ибо шесть курфюрстов из семи высказались против. Император по этому поводу якобы сказал, что «нищий капуцин со своими четками его разоружил» и что «в свой тощий капюшон он сумел запихнуть шесть курфюршьих шляп».

При всей своей преданности кардиналу отец Жозеф во внешней политике мог иметь свою точку зрения, которую он прямо высказывал своему господину.

По своим убеждениям он был более ревностным католиком и противником протестантизма, нежели сам кардинал, и потому сильнее склонялся к союзу с Испанией и папством. Это особенно явно проявилось, когда вступивший в Тридцатилетнюю войну в 1630 году шведский король Густав-Адольф предложил кардиналу де Ришелье захватить расположенные на западных рубежах Франции испанские владения Франш-Конте, Артуа и другие в обмен на его согласие, что Швеция захватит епископства Трирское, Майнцское и Кёльнское в Германии. Предложение было очень соблазнительное, и кардинал был склонен его принять, но передача Швеции епископств означала бы проведение там реформации, и именно против этого категорически выступил отец Жозеф. По этому поводу они якобы даже разругались с кардиналом, и капуцин позволил себе обозвать любимого господина «мокрой курицей». Это выглядит удивительно, но «великий и ужасный Ришелье», поразмыслив ночью, утром склонился к мнению своего «серого кардинала» и отказался от предложения Густава-Адольфа.

Но когда позднее война с Испанией все же разразилась, отец Жозеф проникся патриотическими чувствами, желая победы французскому оружию, забывая при этом о христианских чувствах любви и милосердия. Однажды, когда он в качестве неофициального эмиссара кардинала находился в районе боевых действий и служил мессу, к нему подошел капитан, командовавший одним из отрядов, и спросил о дальнейших распоряжениях. В ответ отец Жозеф, не прерывая службы, спокойно сказал: — Убивайте всех.

Такую же непримиримость он проявлял и к внутренним врагам, а также к политическим противникам своего господина. Как замечают некоторые исследователи, он был, наверное, единственным во Франции человеком, который испытывал к кардиналу де Ришелье чувство любви. И кардинал платил ему тем же.