Три дАртаньяна - Сергей Нечаев

Чтобы утешиться после разрыва с королем, Генриетта Английская обольстила знаменитого придворного красавца графа де Гиша. Ее ничуть не смутил тот общеизвестный факт, что де Гиш был любовником ее мужа, Филиппа Орлеанского, и не просто любовником, а самым обожаемым фаворитом.

Филипп был взбешен и не простил жене такого «вероломства». Он отравил ее, причем сделал это так откровенно и неискусно, что об истинных причинах ее внезапной, мучительной смерти догадался даже живший за морем король Англии. Карл II настаивал на расследовании смерти сестры, требовал найти и наказать виновных. В ответ Людовик XIV с должной торжественностью распорядился произвести вскрытие, но на тайном совещании с врачами приказал и не думать искать следы яда. Те конечно же подчинились, и было объявлено, что Мадам умерла в 26 лет от перитонита, то есть от воспаления брюшины, а Карл II Стюарт сделал вид, что поверил этой сказке.

Весной 1663 года Луиза де Лавалльер почувствовала себя беременной. Это открытие потрясло бедняжку: если прежде она, как ей казалось, хотя бы внешне соблюдала приличия, то теперь ее позор будет очевиден для всех окружающих! Король, напротив, несказанно обрадовался этому факту. Можно было бы выдать фаворитку замуж, чтобы «прикрыть грех», но он был слишком сильно влюблен и не желал делить свою Луизу ни с кем.

Однако оставаться при дворе она больше не могла, и, по ее просьбе, король купил ей маленький одноэтажный особнячок рядом с Пале-Роялем. Людовик хотел бы приобрести для возлюбленной целый дворец, но Луиза сама просила его быть как можно более скромным.

Девятнадцатого декабря Луиза де Лавалльер родила королю сына, которого назвали Шарлем. У несчастной матери было всего три часа, чтобы побыть со своим сыном. В тот же день ребенка у нее отняли и препоручили доверенным людям — торговцу Бошаму и его жене, которые и были вписаны в церковную книгу в качестве родителей.

Зиму Луиза провела в своем маленьком особнячке, а весной вернулся с войны король. Он потребовал, чтобы Луиза переехала в Версаль, в специально отведенные для нее покои (считается даже, что сам Версальский дворец был построен ради этой женщины). Теперь она была «официальной фавориткой», король не желал скрывать свои отношения с ней и устраивал один за другим праздники, балы и спектакли, лишь бы развлечь свою обожаемую Луизу. Правда, развлекали эти праздники кого угодно, только не ту, ради которой устраивались. Луиза по-прежнему изводилась от чувства стыда, которое она никак не могла ни победить, ни потерять. К тому же она снова была беременна…

Ее второй сын, названный Филиппом, родился в том же маленьком особнячке с соблюдением всех предосторожностей для сохранения тайны и был передан на воспитание горожанину Франсуа Дерси и его супруге. Во время рождения этого ребенка король находился рядом с Луизой, пытаясь поддержать ее и утешить.

Роды были тяжелые, Луиза страдала невыносимо и в какой-то момент потеряла сознание. Госпожа де Шуази, принимавшая роды, в испуге воскликнула: — Она умерла!

А король разрыдался и, целуя бесчувственную Луизу, прошептал: — Возьмите все, что у меня есть, только верните мне ее…

Еще через год Луиза родила королю дочь Марию-Анну.

Но, к сожалению, ничто не вечно ни под солнцем, ни под луной, и уже в 1665 году звезда Луизы начала клониться к закату, потому что у короля появилась новая любовница — Франсуаза, жена маркиза де Монтеспана, о которой граф де Сен-Симон, знавший в этом толк, говорил, что «ее прелести превосходили ее высокомерие и им же уравновешивались».

Когда Франсуаза увидела, какой роскошью окружена фаворитка короля, она подумала, что во всем превосходит соперницу, и сделала Луизу мишенью для своих колких острот. Очень быстро эта ее тактика принесла ей успех, и она буквально вытравила образ спокойной и нежной Луизы из сердца короля.

Вообще женщины при дворе Людовика XIV играли огромную роль. Стоило королю обратить на какую-нибудь из фрейлин свои прекрасные глаза, как она таяла, словно воск. Недаром же его звали «Король-Солнце». Однако яркой, решительной и энергичной мадам де Монтеспан оказалась доступна тайна обратного воздействия, и сам венценосец превратился в воск, из которого ее элегантные пальчики могли вылепить что ей было угодно.

Король еще продолжал любить Луизу, но, видимо, ему уже прискучила ее слезливая добродетель, доставлявшая ему массу неудобств. Особенно очевидно это было на фоне блестящей маркизы де Монтеспан, которая никогда не отличалась целомудрием и чистотой помыслов. Она была ослепительно красива, остроумна и очень искусна в любви, в чем успели убедиться многие придворные, прежде чем на нее обратил внимание король.

Весной 1665 года Людовик XIV даровал Луизе титул герцогини, подарил ей несколько поместий, а главное — признал Марию-Анну своей дочерью (оба мальчика к тому времени уже умерли). Позже красавица Мария-Анна тоже станет герцогиней. Чтобы заключить мир с Голландией, Людовик предложит ее в жены Вильгельму Оранскому, но тот ответит оскорбительным отказом, заявив, что в его семье не женятся на незаконнорожденных отпрысках королей.

Но это будет позже, а пока Людовик XIV вновь уехал на войну и взял с собой… Франсуазу де Монтеспан.

Луиза де Лавалльер, снова беременная, осталась в Версале.

Третьего октября 1667 года она родила королю еще одного сына, впоследствии известного под именем графа де Вермандуа (через семнадцать лет он погибнет на дуэли). Этого ребенка также забрали и пристроили верным людям. Преданная любовница, в целом набожная и добродетельная женщина, Луиза де Лавалльер была удивительно безразлична к своим детям. Впрочем, ей можно найти оправдание: каждый рожденный ею от короля ребенок казался ей не долгожданным плодом любви, а очередным живым свидетельством ее грехопадения.

Король в то время все ночи проводил у маркизы де Монтеспан. Луиза и не пыталась бороться за свое счастье — она просто не умела бороться, принимая все свои жизненные испытания со смирением доброй христианки.

А в конце марта 1669 года пришел черед рожать ребенка от короля и для маркизы де Монтеспан. Она родила прелестную девочку, которую отдали на воспитание почтенной вдове-аристократке Франсуазе де Ментенон. Тогда король и предположить не мог, что скромная и набожная мадам де Ментенон станет его последней любовью. Она проявила столько заботы о дочери короля, что в конце февраля 1671 года ей доверили еще одного ребенка — теперь уже сына Франсуазы и Людовика. Франсуаза д’Обинье (1635–1719) после смерти мужа осталась без средств к существованию и приняла приглашение маркизы де Монтеспан (1641–1707) заняться воспитанием ее детей от Людовика XIV. Вдова исполняла свои обязанности с большой добросовестностью и тактом. Король не мог не заметить это отношение к своим детям, столь выгодно отличавшееся от отношения к ним со стороны родной матери-фаворитки. Так он обратил более пристальное внимание на эту неприметную женщину. Потом их отношения стали более близкими. В 1675 году король возвел ее в маркизы де Ментенон. Тем временем мадам де Монтеспан постепенно стала отходить на второй план. В 1683 году королева умерла, и вся привязанность Людовика XIV обратилась на Франсуазу де Ментенон. Через год они сочетались тайным браком.