Орхидеи в лунном свете - Патриция Хэган

Еще с минуту он нагло рассматривал ее, затем исчез, повернув за изгиб стены.

Джейми предпочла оставаться на месте. Она опасалась, что он подстерегает ее и просто убьет, если она поедет дальше. Потом ему всего лишь придется присягнуть, что женщина игнорировала его предупреждения, а такому головорезу это ни чего не стоит.

Спустя некоторое время – Джейми оно показалось вечностью – охранник вернулся.

– В доме сказали, что сеньор ужинает. Они не осмеливаются его беспокоить. Вам разрешено подняться к дому, они дадут вам фонарь, чтобы освещать дорогу, когда вы поедете назад.

– О, как это любезно, – пробормотала она с иронией, трогаясь с места.

Стэнтон Лэвелл мог бы на минутку оторваться от своего драгоценного ужина, подумала она. Всего-то сказать пару слов о том, где она может найти своего отца, – больше ей от него ничего не нужно.

Уже стемнело, когда она въехала на обширный двор перед фасадом замка, из окон которого падал свет зажженных ламп. Перед массивными дверями Джейми ожидали еще два охранника, такие же неприветливые и настороженные, как и первый.

– Никто не является в Гранд-Пойнт без приглашения, – вместо приветствия объявил здоровенный детина. – Вам придется ехать обратно.

– Я не уеду. – Джейми решила во что бы то ни стало пробиться к хозяину.

Когда Джейми слезла с повозки, оба угрожающе подняли ружья.

– А теперь слушайте вы оба, – начала она. Черта с два она даст им понять, что еле жива от страха. – Я приехала сюда не в расчете, что меня пригласят на ужин. Мне нужно меньше пяти минут вашего хозяина, и я получу их, или вам придется застрелить меня.

– Мы запросто можем это сделать, сеньорита, – заверил ее тот, что пониже, с наглой усмешкой на грубом лице.

– Охотно верю, – смело отвечала Джейми. – Вы похожи на людей, которые убивают женщин. Но я все равно не уйду, пока не увижу его. Скажите ему, что дочь Джеймса Чандлера проделала путь от Миссури, чтобы узнать, где ее отец. Вот и все, что я прошу.

Стражники обменялись нерешительными взглядами и наконец рискнули вызвать гнев Лэвелла, предоставив ему самому решать, что делать с назойливой посетительницей.

Бросив напарнику несколько слов по-испански, громила ушел в дом. Оставшийся не спускал глаз с Джейми, безостановочно расхаживающей по двору.

Наконец первый страж вернулся и неохотно сказал ей:

– Можете войти, сеньор поговорит с вами. Энолита проводит вас к нему.

Энолита, толстая служанка средних лет, с таким же, как у стражников, недовольным выражением лица, повела Джейми по бесконечным коридорам.

Пройдя через двойные двери, они оказались на некоем подобии моста, по бокам огороженном стенами со сквозными круглыми окнами. Джейми осмелилась задержаться и посмотреть вниз, где зияла громадная расщелина в скалах. Зрелище это заставило ее отшатнуться в ужасе.

– Идем, идем, не задерживайся, – нетерпеливо подтолкнула ее мексиканка.

Чуть дальше Джейми снова не утерпела и остановилась, оглядывая в восхищении огромный зал, пол которого был выложен затейливым орнаментом из блестящей мозаичной плитки. Высокие окна по обеим стенам зала были зашторены портьерами из роскошного темно-голубого бархата. В середине стены, выходящей на океан, раздвижные двери вели на террасу, нависающую прямо над волнами.

– Бальный зал, – коротко бросила Энолита.

Джейми действительно заметила в конце его приподнятую платформу для музыкантов и хотела рассмотреть богатую роспись на потолке, но Энолита раздраженно дернула ее за руку.

Прижимая к груди свою сумку, Джейми поспешила за ней, подумав, что, безусловно, заблудится на обратном пути, если останется без провожатого. Замок был выстроен весьма причудливо.

Наконец ее ввели в помещение, которое, судя по всему, служило Стэнтону Лэвеллу кабинетом. Это было самое уютное место из всех, которые она до этого видела. Обитая кожей мягкая даже на взгляд софа с двумя парными к ней стульями располагалась перед огромным, отделанным мрамором камином. Вовсю пылал огонь, создавая своеобразное освещение. У одной из стен стоял огромный письменный стол, заваленный бумагами. В комнате было несколько ламп, расставленных весьма Удобно. Все производило впечатление спокойного привычного комфорта.

Энолита подтолкнула ее к стулу, показав, что она может налить себе ликера, стоявшего в баре рядом с софой, и вышла.

Джейми взглянула на хрустальный графин и ощутила спазмы в желудке. Глоток вина тут же свалит ее с ног, настолько она была голодна. Сколько же она не ела? На корабле можно было купить любой еды, но она хотела сэкономить – за два дня поела только два раза.

Да, ловко она сберегла свои денежки, чтобы они достались первому же прощелыге, который благополучно удрал с ними. Лучше бы она проела их до последнего цента.

Джейми восхищенно всплеснула руками, только теперь заметив блюдо с незнакомыми фруктами. Круглые, они были похожи на апельсины темно-красного цвета, и она не решалась взять хоть один. Ведь ей не предлагали фруктов. Кроме того, она не хотела, чтобы Лэвелл застал ее за едой. Наконец она подумала, что один или два фрукта не составят для хозяина ущерба, зато будут очень кстати на обратном пути в Сан-Франциско. Быстро раскрыв сумку, она бросила туда два апельсина, затем не удержалась и взяла еще один.

– Это гранаты, – негромко прозвучало в комнате.

Рука Джейми застыла в воздухе. Лицо ее загорелось от стыда.

– Плод очень вкусный, но, боюсь, в нем слишком много косточек. Мне привезли это растение из Африки и, представьте, мне удалось вырастить его здесь.

Мужчина пересек комнату и протянул ей руку.

– Между прочим, я Стэнтон Лэвелл. А вы угощайтесь, пожалуйста, – добавил он с любезной улыбкой.

Джейми готова была провалиться сквозь землю.

– Я… я прошу прощения за свое поведение, – неловко заикалась она. – Это только потому, что я долго добиралась сюда и… давно не ела. Я знаю, это ужасно невоспитанно с моей стороны, но…

– Ерунда, не обращайте внимания.

Он подошел и потянул шнур, висящий на стене. Почти сразу появилась Энолита, которой он велел принести поднос с едой.

– А теперь, – Стэнтон снова внимательно посмотрел на нее. – Вы сказали, Джеймс Чандлер ваш отец?

– Да, это так.

– А ваше имя?

Она представилась.

Он молча кивнул и указал на софу, приглашая ее сесть.

– Я рад встрече с вами, но, честно говоря, удивлен. Джеймс никогда не говорил, что у него есть дочь. У меня создалось впечатление, что у него не было семьи. Впрочем, мы не были особенно близки.

Устроившись перед камином, Джейми изучала его. Казалось, он готов поговорить с ней.

Стэнтон Лэвелл был среднего роста, стройный мужчина. Его темные блестящие волосы лысели на макушке, и на висках уже проглядывала седина. Твердый овал лица украшали словно нарисованные узкие усики. Джейми подумала бы, что он вполне привлекателен, если бы не глаза. Темные и пронзительные, они угрожающе блестели, но больше всего ее смущал холодный, как у змеи, взгляд.