Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

Автор: Leelu Dallas

Название: О том как я стал совратителем малолеток

Одно время эту историю я не решался повторить даже самому себе, хотя вспоминаю эти прекрасные моменты как самую светлую часть моего опыта общения с противоположным полом. Не скажу что это произошло в молодости, так как я до сих пор молод, а реальные события имели место 2,5 месяца назад — в осенне-зимний учебный период 2001 года. Сейчас «ознакомившись» с произведениями данного жанра, я вспомнил былые деньки, и что скрывать — захотелось и самому «отличиться». Долго думал о чем написать, и долго не мог решить (целые сутки), не то чтобы нечего сказать, просто все уже было сказано и написано раньше, а повторять чью-то историю на свой лад не хотелось. Не писал ничего пока не зашел в раздел «Подростки», и сразу понял — вот он мой фетиш, я ведь почти педофил. По крайней мере таковым меня считал мой товарищ, хотя я и не был согласен. Ведь не каждую девчонку можно оценивать только лишь по количеству полных лет. Такое явление как Акселерация, не даёт мне с этим согласиться. И в принципе я прав, потому как по научному определению, педофил лишь тот кто испытывает возбуждение от детей (лиц не достигших половой зрелости). Но я то смотрю только на «нормальных тинейджеров» у которых все вторичные половые признаки «налицо».

Это происходила в городе слегка провинциальном, хотя маленьким его назвать было нельзя, так как он значился на карте мира, не очень крупного масштаба. Я закончил свой педагогический университет и был направлен по распределению в школу, для высевания в головы подростков разумного, доброго и вечного. Школа была небольшая, можно даже сказать, почти деревенская, так как находилась в районе где преобладал частный сектор. В ней училось от 300 до 500, школьников, увы точного числа не помню. Но все эти детишки мечтали поближе познакомиться с таким, ныне популярным предметом как информатика. Попробовав на своем веку всяких учителей, и старых и злых и даже инвалида без одной кисти, теперь они и не надеялись встретить кого-то, кто удовлетворил их потребность к знаниям.

Это было прикольно, снова войти в стены этого учебного заведения но уже в другом статусе.

Ученикам, я думаю, понравился, особенно, девочкам. Так как я был молод и не имел врождённых уродств, то скоро стал всеобщим любимцем даже вопреки моей строгости и полной невозможности, что либо списывать на моих контрольных. Был ещё один фактор — я был до математизма справедлив. И не зря. В школе мне часто ставили заниженные оценки, и я не хотел быть таким же как «те учителя». Наверное это и привлекало во мне тинов. Хотя непосредственность, дружественность, врождённое обаяние, неформальность в общении, молодость и отвержение сердитых устоев школы и попросту природная болтливость, тоже делали своё дело и привлекали ко мне всё больше и больше поклонников. Одевался я просто и кислотно-неформально, что чрезвычайно бесило директрису и завуча. Но это был лишь одно из требований ко мне, как впрочем и требование вести урок по подробному конспекту. По мере возможности я плевал на все эти требования, ибо знал, что эта школа, лишь промежуточный этап в моей трудовой книжке.

История закрутилась, не сразу, а только через 1,5 месяца. Дети ко мне привыкли и освоились. Я перестал побаиваться проверок и отваливал домой вместе с учениками по первому звонку на перемену, пока старые клуши не вышли из классов. Все началось с банальной пересдачи контрольной работы. Две «особо талантливые» 11-тикласницы после моего 9-го урока я вились исправлять свои оценки. С горем пополам, я натянул им то, что их удовлетворяло, и выгнал из класса, так как хотел переодеться без посторонних взглядов. Мало ли, может кому то и не нравится волосатая мужская грудь. Я стоял лицом к окну и спиной к двери, когда дверь со скрежетом отворилась (такое у неё было свойство — скрежетать). Я уже снял, балахон с себя но он был еще одет на вытянутых руках. Я повернулся и прикрыл свой волосатый торс, растянув его на руках. В класс, уставившись в открытый классный журнал, вошла староста 11-А класса, которая только что пересдала контрольную. «Ми… Сер…, вы забыли в журнале „закрыть двойку“…»

Тут она подняла взгляд и увидела моё лицо с капелькой укоризны во взгляде. «Ой, извините, я не знала что вы…» — эти слова и были ответом на мой взгляд. «Голый…» — закончил я. Она заулыбалась, но уходить и не думала. Я натянул обратно балахон еще раз сверкнув волосатой грудью и взяв ручку, подошел к столу, на который она услужливо положила журнал. «А что, стучаться вас не учили, а Гринева?». Но она не ответила на мой вопрос и лишь поблагодарив за подаренную оценку еще раз, скрылась в дверях. Я спокойно переоделся и собрав вещи, вышел в коридор. Он был пустынен — в школе не было второй смены. Даже технички все помыли и теперь разошлись по домам. Когда я закончил мучиться с громыхающим замком, железной двери и обернулся, передо мной стояла Гринева и улыбалась во все 32 зуба. «Ми… Сер… а вы в какую сторону домой идете?» Я многозначительно посмотрел на неё и она прочла в моем взгляде то, что и хотела прочесть. «Туда…» — и я неопределённо ткнул пальцем себе за спину.

Она хотела пойти со мной и спросила разрешения. Почему бы и нет, ведь это не преступление и мы пошли. На крыльце школы она махнула рукой своей напарнице по пересдаче. Её встречал собственные хахали. И мы пошли дальше. Я на остановку троллейбуса а она мимо неё к своему дому. На этом история с Гриневой и закончилась, хотя ей легко можно было бы дать продолжение, мне только стоило пройти дальше остановки, до её дома. Потому, что мама её была во 2-ую смену на работе, а папа уехал в Москву на заработки, а она срочно нуждалась в «дополнительных занятиях информатикой», так как ей очень не нравились результаты её контрольной работы. Но меня подобного рода сделки не устраивали и я отказался от соблазнительного предложения.

Но не это событие взбудоражило общественность школы. Оно лишь было первопричиной дальнейших приключений. На следующий день по школе ползли сплетни среди учеников о том, что я проводил Гриневу домой, а потом меня видели возвращавшимся от неё очень поздно. Полный вымысел, но репутация готова. Скоро ко мне начали откровенно липнуть не только 10 и 11-класницы, но даже акселератки из 8 класса. Я был просто в шоке. На этих курв-старшеклассниц я и смотрел-то не всерьёз. Мало ли кто их «потягал», на дискотеках, а вот 8–9 класс — это был самый смак. Самое интимное что у них было так это поцелуи и мануальные ласки.

Как то, я шел домой через старую часть поселка. Был очень хороший денек, и мне не хотелось последнее тепло осени проводить в душном транспорте. Я шел и подбирал орехи упавшие на землю. Я был голоден и поэтому потихоньку давил их мягкую, сыроватую скорлупу, и пополнял свой запас жиров и углеводов. Вдруг мое внимание привлек смех за спиной. Три подружки-восьмиклассницы следовали за мной на расстоянии 3–5 метров. Я их конечно сразу узнал, так как это были одни из лучших представительниц своего класса. Позвал их и мы дальше проследовали вместе. Тема беседы скоро прешла из просто неформальной области в «немного» личную, и я узнал этих девочек уже не как школьниц. Выяснилось что у нас есть один общий интерес — вино, как бы это ни звучало странно. Их родители, как собственно, и я занимались выделкой домашних вин, но в гораздо более профессиональном количестве нежели я. Естественно все хвастались вкусом своего вина, но пришли к выводу что мнения отдельных индивидов субъективны и их нужно подкреплять когнитивно (на опыте).