Меч и сума - Элизабет Бойе

Килгор слушал, открыв от изумления рот, и не мог сказать ни слова.

Шиммельпфиннинг вытер пальцы о полу и спрятал остатки мяса в сумку.

— Ну, мне пора. Дела ждут. Прости, но я должен идти. Счастья тебе, Килгор, сын Вальсидура. Мы еще встретимся.

— Что? — воскликнул Килгор. — Откуда ты знаешь?

— Я слышу, что идут твои друзья. Мне не нужно больше беспокоиться о тебе. У тебя великолепные товарищи. — Он подмигнул и натянул украшенную перьями шляпу. — Будь осторожен с людьми, которых будешь встречать в Гардаре. Многие из них не те, кем они кажутся. Ты должен остерегаться их и не судить поспешно. Прощай.

Он пожал руку Килгору, который не мог ничего сказать, кроме:

— Подожди, Шмиллинг… Шмельц…

— Прощай, — сказал свинопас с опушки леса. Но он вернулся, хотя Килгор не успел вспомнить его имя. — Я кое-что забыл.

— Он снял с пояса серебряный рог и повесил его на шею Килгору:

— Это тебе подарок от меня. Я взял его в одном доме и пообещал хозяину, что передам тому, кому он действительно нужен. Прощай, Килгор.

— Прощай! — Килгор сел, качая в изумлении головой. Но Шиммельпфиннинг снова вернулся:

— Если тебе понадобится помощь, протруби в рог, и я окажусь рядом с тобой, с мечом в руке и щитом.

Глядя в замешательстве на старый рог, Килгор сказал:

— Прощай.

Он ждал, что последует дальнейшее объяснение, но старик больше не появлялся. Килгор подождал, затем уселся снова и стал доедать мясо, разглядывая старый рог. На нем были начертаны письмена — на чем их только нет?! Он решил, что Скандерберг сможет их прочесть. Рог был весь заляпан грязью. Поэтому Килгор решил, что Шиммельпфиннинг выкопал его из какого-то старого кургана-могилы. Вздрогнув, Килгор зашвырнул рог подальше в кусты. Он не хотел иметь ничего общего с мертвецами. Ведь они могли выйти из могилы и бродить за ним, чтобы забрать свою собственность. А кроме того, кто он такой, чтобы забирать рог погибшего воина, ведь он мог понадобиться хозяину в царстве мертвых.

Он услышал, как рог шмякнулся в траву в чаще леса. Он покатился, ударяясь о корни, и внезапно выкатился обратно на поляну и лежал в свете костра. Килгор подумал, что если он бросит его снова, то рог несомненно вернется обратно. Он неохотно подошел и поднял его. Засохшая грязь отвалилась с него во время падения, и Килгор, очистив остатки грязи, повесил его себе на шею. Очевидно, ему не избавиться от этого рога, так что пусть он остается.

Когда Килгор покончил с едой, он услышал вдали голос Скандерберга и звук его шагов.

— Черт побери! — ругался колдун. — Никак не могу найти дорожный указатель. Килгор тоже потерялся, а ведь скоро ночь!

— Хэлло! — крикнул Килгор, хватая горящую ветку и размахивая ею, чтобы показать, где он.

— Ха! — воскликнул Скандерберг. — На нас нападают огненные саламандры!

— Скандерберг! — крикнул Килгор.

— Кто это? Назови себя, или я сделаю из тебя лягушку!

— Это я, Килгор. А ты Скандерберг. С тобой Графгримр, Асни.

Поторопись. Я приготовил вам на ужин свинину.

Они появились из-за кустов с большой подозрительностью. Увидев, что это действительно Килгор, они бросились к огню и с жадностью накинулись на еду.

— Как это ты все устроил, Килгор? — спросил Графгримр, обсасывая огромную кость.

— И где же ты взял этот старый рог? — добавила Асни.

— Как ты умудрился так быстро спуститься? — спросил Скандерберг. — Мы мучились полдня, пока оказались внизу. А по тебе не видно…

— Вы не поверите, — сказал со смехом Килгор. — Я съехал вниз на змее Мидград. Она была похожа на полосу скользящей земли.

— Змея? Чепуха! — фыркнул Скандерберг.

— Но это правда! — сказал Килгор и рассказал о своих приключениях, о свинье, о смешном маленьком старом свинопасе — странно, но он снова забыл его имя, — и о роге, и о том, что он должен протрубить в рог, если ему будет угрожать страшная опасность, чтобы вызвать на помощь свинопаса. Остальные расхохотались при этом. Затем он рассказал о тех советах и предупреждениях, которые дал ему старик, и показал Графгримру и Скандербергу письмена. Они внимательно осмотрели рог и примолкли.

— Хорошо, — сказал Скандерберг. — Рог действительно выкопан из могилы. Храни его. На нем письмена эльфов. А что касается старика, то он, вероятно, получил о нас сообщение. Может быть, от Эльдарна. Но во всяком случае, осторожность никогда не повредит. Теперь мы пойдем к Вольфингенсгейт, но с большой осторожностью. Это вполне согласуется с нашими планами.

— Но мне не нравится то, что наш путь известен, — сказала Асни. — Мы не знаем, что там подготовлено для нас. Может, мы пойдем другим путем, придерживаясь основного направления?

— Хорошая идея, — сказал Графгримр, расстилая карту и осматривая ее.

— Между нами и Вольфингеном много лесов, холмов и рек. Нам нужно их пройти и побыстрее, чтобы закончить дело в Гардаре до наступления зимы и зимних бурь. Килгор, ты думаешь, что свинопас не вернется? Он мог провести нас в Вольфинген, ведь он, наверное, хорошо знает леса.

— Думаю, что мы не увидим его, разве что наткнемся случайно. Он очень занятый человек, время поджимало его.

— Может быть, — сказала Асни, как бы про себя, глядя в глубь леса, — он может собрать крестьян для борьбы. Может быть, мы можем получить помощь от них.

— Будем надеяться, что он на нашей стороне, — хмуро сказал Скандерберг.

— Конечно, крестьяне против Сурта, — сказал Асни. — Если, конечно, они есть. Но если этот свинопас выжил, то почему бы не выжить и другим. И Сурт не может уследить за всеми.

— Но не все же здесь уничтожено, — сказал Скандерберг.

Асни покачала головой:

— Видел бы ты прежний Гардар! Он соперничал с теплыми прибрежными странами по богатству лесов и лугов. А теперь посмотри, что сделали Сурт и его колдуны с прекрасной страной. Все черно, безобразно, сплошные ядовитые колючки. Даже воздух какой-то враждебный. Там, где поработал Сурт, не может быть ничего хорошего. Тысячу болезней на него! Из всех его преступлений самое худшее — уничтожение прекрасной страны. — И девушка погрузилась в глубокие горькие раздумья.

Ее меланхолия передалась остальным, и в полумраке наступающего вечера все сидели тихо и задумчиво.

После того, как колдуны сверили карты и посоветовались о дальнейшем маршруте, наложили защитные заклятия, все попытались уснуть.

Совы ухали в ночи, и Килгор каждый раз просыпался и хватался за оружие, полагая, что на них нападают враги. Он боялся даже подумать о том, что завтра придется идти по этому угрюмому и зловещему лесу.

И когда утром они стали собирать пожитки, он все еще с содроганием думал о предстоящем пути. Буквально через несколько шагов они все были исколоты и исцарапаны. Раны невыносимо жгло, они мгновенно загноились. Вероятно, это были ядовитые кусты и деревья. Они продвигались чрезвычайно медленно, и их терпение истощилось очень быстро. Они прошли всего лишь лигу за полдня.