Тайна казачьего обоза - Сергей Свидерский

— Господи! Что это! — взмолилась Эльмира, испуганно оглядываясь по сторонам.

— Конец света, блин! — зло высказался Никита Маняшин, стараясь криком подавить нарастающий в душе страх.

В это время в начавшейся природной флуктуации произошли некоторые изменения.

Облака, как овцы, сгоняемые в отару чабаном, сошлись в одной точке и начали стремительно перемешиваться и закручиваться по спирали, с каждым мгновением темнея в центре.

На землю хлынула непроглядная мгла, оседая мелкими масляными капельками на одежде и на коже лица и рук.

Ужас, первобытная паника, мирно живущая в законсервированном состоянии глубоко в подсознании цивилизованных людей, внезапно проснулась. И выплеснулась наружу со всесокрушающей силой, подавляя остальные рефлексы и инстинкты.

Студенты и взрослые мужчины готовы были сорваться в сумасшедший бег, туда, в тайгу, ища в её дебрях спасительное укрытие. Как вдруг яркий луч света распорол сгустившуюся мглу, прошёлся широкой сияющей полосой от противоположного края белого языка, по пути, озарив группу людей, и остановился на Таас тобо.

И тут произошло невероятное.

Под лучами света скала заиграла красками. Воздух и сгустился и стал пластичнее одновременно. В его преломленной подвижности камни начали менять форму. Откуда-то со стороны потянуло дымом далёких костров.

— Смотрите! Смотрите! Смотрите! — хрипло и звонко зазвучали юношеские и взрослые голоса. Они кричали себе, поборов внутреннее сопротивление страху, и другим, и указывали пальцами в направлении горы.

То, что они увидели, привело всех в замешательство. От удивления широко раскрылись глаза и все без исключения, замерли на месте, будто одновременно поддались чьему-то гипнотическому воздействию.

На группу людей, вместо складок каменных плит и растительности, смотрело суровое лицо воина-азиата. Грозно прищуренные глаза-щелки внимательно глядят вдаль, высматривая там опасность и врага. Чёрная щёточка редких усов над плотно сжатыми губами. Широко раздуваются крылья плоского перебитого носа, вдыхая тревожный холодный воздух, наполненный смешанными ароматами степи. Матово блестит в лучах уходящего солнца металлический шлем, украшенный буруном из конского хвоста.

Палаточный городок археологической экспедиции 7 июня 2014 г.

С утра выпал снег.

Для лета крайнего севера явление не экстраординарное. Стараясь не упустить время таяния снега, студенты, как дети малые, соорудили снежную бабу и успели поиграть в снежки (вы себе можете представить такую ситуацию где-нибудь на юге или в средней полосе России).

Выглянувшее из-за туч, на глазах меняющих агрессивный окрас от ультрафиолетового до светло-серого, солнце растопило снег. И, в какие-то пару часов, расправилось со снежной бабой.

Сожалея, что стихия внесла небольшое изменение в план работы, Алексей Оттович разрешил студентам заняться личными делами; а Белых предложил пройти к нему в палатку, сосредоточиться на написании отчёта полевого дневника.

— Алексей Оттович, разрешите сходить в посёлок, — обратился с просьбой к руководителю экспедиции Петя Глотов. Желание ещё раз увидеть Айну не покидало его всё время. — Хочу познакомиться поближе с местным населением.

— Ну что ж, знакомство с местными жителями всегда идёт на пользу, — согласился Алексей Оттович. — Будь то этнографическая или археологическая экспедиции. — Затем посмотрел на трость: — Беспокоит нога?

— Пустяки, — отмахнулся Петя. — Вчера на Таас тобо попал ступнёй в переплетение корней. Пара дней — и всё будет в норме.

Посёлок Белые пески. 7 июня 2014 г.

Без спешки, идя большую часть пути по заросшей редкой травой обочине, грунтовка раскисла после очередного испытания природой снегом, Петя добрался до посёлка.

Выйдя к околице, остановился передохнуть; закрыл глаза, поднял лицо к небу, подставив его солнцу и ветру, и замечтался. Из задумчивости его вывел голос со старательно имитируемой приблатнёной хрипотцой и нотками борзости:

— У нас проход платный.

Петя открыл глаза: перед ним стояли три парня-азиата; один немного ниже среднего роста, округлый, как пончик, выбритый наголо, в застиранных, по моде с прорехами на коленках джинсах и футболке, стоял посередине; справа и слева от него располагались похожие друг на друга (ни дать, ни взять близнецы, отстранённо подумал Петя), сухощавые и длинные как жерди, парни, не отличавшиеся от товарища одеждой. Они колоритно вписывались в окружающий пейзаж своими нарядами.

Средний, явно претендующий на роль вожака, снова проскрипел:

— Уснул, что ли, городской?

— Нет, — ощущая исходящие от стоявших перед ним парней мягкие волны нежной агрессии, Петя на всякий случай незаметно перехватил трость, сжав ладонью ниже ручки. Обвёл троицу быстрым взглядом, оценивая обстановку.

— Молодец, — отозвался левый близнец, старательно подражая хрипотцой вожаку и поигрывая сжатыми кулаками.

«Ого, — пронеслось у Пети в голове. — Мальчикам скучно. Они решили порезвиться». Ветер, дунувший из-за спины неомытарей местного разлива, донёс до него застарелый запашок водочного перегара.

— Гони бабло! — снова выплюнул из горла коробящие слова левый близнец и посмотрел на друзей, ожидая их реакции.

— За что? — удивился Петя.

— Ты дурачка-то не корчи, — выпятил грудь вожак-пончик. — За проход.

Не сводя с парней глаз, Петя проговорил, наблюдая за их поведением:

— Вы, собственно, кто? Хозяева земли? По Конституции она принадлежит государству. Взяли часть в аренду для коммерческого использования природных ресурсов? Покажите документы. Разрешение на предпринимательскую деятельность, — он следил за лицами парней и видел отражающиеся на них эмоции, мол, что от них требует этот городской. — Кассовый аппарат, если осуществляете торговые операции…

Вожак-пончик согнул колени, развёл руки и двинулся на Петра, с ужасной гримасой на лоснящемся от пота лице; близнецы медленно начали заходить с флангов.

«Сейчас прольётся чья-то кровь, — вспомнились Пете слова из мультфильма про зайца. — Сейчас прольётся…»

— Да! — выкрикнул, голос сорвался на писк, вожак-пончик. — Я — хозяин! Я — Айсен Павлов хозяин всего вокруг! Я всё держу в своих руках… — сквозь смуглость кожи показались пунцовые пятна, — я и мои кореша… Пронька и Ванька Охлопковы…

— Гони бабло! — на этот раз подхалимски вставил свой голос правый близнец, Ванька. — Пока не сделали тебе операцию и не затолкали палку…

Резкий, нарастающий свист прервал вербальную диарею Ваньки. Остро вскрикнул Айсен, схватился за поясницу. Взгляды близнецов и Петра устремились на вожака. Он катался, свернувшись калачиком, по траве, путаясь в зелёных жёстких спагетти и скулил от боли. Рядом лежала стрела с мешочком вместо наконечника. Из светлого дневного сумрака леса на белом скакуне медленно приближалась амазонка — в джинсовых брюках и сиреневой майке, левой рукой крепко держала поводья, правой — большой лук. Пётр издалека узнал наездницу. Узнали её и близнецы, побелев смуглыми лицами. «Айна, чёрт её дери!» — процедил сквозь зубы Пронька, но с места не сдвинулся; не пошевелился и Ванька, только судорожно двигались руки, теребя низ футболки. Амазонка снова положила на тетиву стрелу.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});