Россия - Америка: холодная война культур. Как американские ценности преломляют видение России - Вероника Крашенинникова

Ожидая того, что Соединенные Штаты позволят России без ограничений действовать на пространстве СНГ, Россия делает ту же ошибку, что и США, когда те ожидают, что Россия примется воплощать их национальные интересы. Противоречия России и Америки на пространстве СНГ являются «штатным» конфликтом двух государств, которые имеют четкие внешнеполитические цели. Безмятежное согласие во взаимных отношениях может существовать только тогда, когда одна из сторон не имеет внешнеполитического курса — как не имела его Россия в 1990-е годы. Тот факт, что Соединенные Штаты пользуются относительным успехом в некоторых государствах СНГ, Россия может поставить в вину лишь собственной неуклюжей политике и созданию вакуума в отношениях с этими странами.

В своем возмущении российские деятели также не заметили ключевого налогового характера плана Госдепа, хотя именно с этого начинается его название: «Fiscal Year 2007–2012 Department of State and USAID Strategic Plan». В плане также читается активная попытка межведомственного согласования действий, которое всегда было большой проблемой в правительстве США и предметом критики.

Таким образом, все три документа объединяют общие черты: они являются продуктом внутренней логики системы и выражают национальную идею Соединенных Штатов, которая постоянна и независима от внешних обстоятельств. Они служат внутренним целям, носят отчетный или плановый рабочий характер и являются демонстрацией деятельности чиновников во имя идеалов нации; в определенном смысле они больше касаются самой Америки, чем России или какой-либо другой упомянутой страны, и больше нужны самой Америке, чем кому бы то ни было. Американские чиновники лишь исполняют свою работу по продвижению национальных интересов своего государства, за которую получают зарплату из денег налогоплательщиков.

Истеричность российской реакции на рядовые действия США меньше связана с содержанием этих действий, чем с внутренними российскими явлениями. Российское национальное эго, в отличие от американского, чрезвычайно эмоционально и ранимо. Его традиционная эмоциональность в 1990-е годы усилилась от ощущения — ошибочного — проигрыша в холодной войне и потери — действительной — империи и соответствующего международного статуса. Другим объективным оправданием такой избыточной реакции служит накопительный эффект от целого ряда действий США за несколько месяцев, в особенности стимуляция грузинских и украинских стремлений к НАТО и расположение элементов системы ПРО на подступах к российским границам.

Но помимо объективных обстоятельств имеется и элемент спланированности с российской стороны. Если до недавних пор большинство российских политиков и СМИ сдерживали открытый антиамериканизм, то сейчас он стал лейтмотивом, который выражается на высоких эмоциональных нотах при помощи демагогических нажатий на самые болезненные точки национального эго. Складывается впечатление, что американские доклады подоспели как нельзя вовремя: для грядущих выборов внешний враг придется очень кстати — его и начали формировать некоторые российские чиновники и депутаты вместе с уполномоченными средствами массовой информации.

Трезвые реакции, к сожалению, стали исключением. Заместитель министра иностранных дел Александр Яковенко верно подчеркнул, что «в тех странах, которые следуют в фарватере внешней политики Соединенных Штатов, правозащитная ситуация характеризуется весьма положительно, а те, которые идут не в ногу, подвергнуты критике».[229] Прав также глава комитета Совета Федерации по международным делам Михаил Маргелов, не находя ничего удивительного в повышенном внимании США к вопросам российской демократии: «По мере приближения к выборам в США республиканцы пытаются доказать демократам, что на фоне усиления сотрудничества с президентом Путиным Вашингтон не забывал о проблемах в России. Поскольку мессианская идея о необходимости всех демократизировать у республиканцев и демократов совпадает, то критика России — это единственное, в чем они еще могут сойтись».[230]

Америка же не заметила ни слова российского негодования, как не заметила она, и вполне обоснованно, этих рабочих, совершенно рядовых докладов.

Неправительственные организации, финансируемые государством. Особые опасения российской власти внушает деятельность американских неправительственных организаций: они обвиняются в попытках стимулировать «цветную революцию» в России, как это было сделано в Грузии, Украине и других государствах. Для противодействия таким попыткам деятельность НПО в России была заранее значительно усложнена новым законом, который ударил больше всего по гуманитарным организациям — и репутации России.

Неправительственных организаций в Америке насчитывается около 2 миллионов, и под эту классификацию подпадают самые разные образования: от Американской ассоциации пенсионеров с бюджетом в 600 миллионов долларов в год до организаций, состоящих из одного активиста, собирающего средства для местной церкви или школы. Источники их финансирования также разнообразны: это могут быть членские взносы, доходы от продажи товаров и услуг, пожертвования частных лиц (от нескольких долларов до 27 миллиардов в случае Билла Гейтса), компаний и фондов. Экспертные и научно-исследовательские институты — как Фонд Карнеги и гуманитарные — Армия спасения, Красный Крест относятся именно к этой категории, и о них пойдет речь позднее.

Существует, однако, ограниченное число неправительственных организаций, которые финансируются американским государством, и закон о деятельности НПО в России должен был коснуться только их. Такие организации действительно являются «неправительственным» продолжением правительства и занимаются «демократизацией» стран профессиональным и высокоорганизованным образом. Как сказал один из специалистов в этой области Алан Вайнштейн в 1991 году, «Многое из того, что мы делаем сегодня, 25 лет назад делалось ЦРУ».[231]

Зонтичной организацией для демократизации мира служит Национальный фонд за демократию, НФД (National Endowment for Democracy, www.ned.org). НФД был основан конгрессом в 1982 году по предложению президента Рейгана как механизм распределения средств между организациями, проводящими демократизационные программы в разных странах. НФД получает ежегодные ассигнования из государственного бюджета через цепочку «Государственный департамент — Агентство по международному развитию», и его деятельность подлежит контролю конгресса. На финансовый год, закончившийся в сентябре 2004-го, бюджет НФД составил 80,1 миллиона долларов, 79,25 миллиона из которых были выделены государством (остальное — частными фондами).

Основные получатели средств НФД — четыре организации: Международный республиканский институт (International Republican Institute), Национальный демократический институт международных дел (National Democratic Institute for International Affairs), Центр международного частного предпринимательства (Center for International Private Enterprise) и Американский центр международной рабочей солидарности (American Center for International Labor Solidarity). Фонд значительно облегчает процесс финансирования этих и многих других организаций, которым иначе пришлось бы самостоятельно проходить тяжелый бюрократический процесс получения государственных средств. Созданные для целей холодной войны, эти организации и по окончании ее продолжают активно действовать: Международный республиканский институт в настоящее время ведет программы в 70 странах мира.

Миссия НФД состоит, согласно тексту сайта, в «укреплении демократических институтов в мире посредством неправительственных усилий». Такую задачу фонду диктует «вера в свободу как универсальное человеческое стремление, которое может быть реализовано через развитие демократических институтов, процедур и ценностей», сформулированная еще основателями нации. НФД функционирует как клиринговый центр комплексного обслуживания строительства инфраструктуры демократии: он обеспечивает финансами, технической поддержкой, обучающими программами, технологиями общения со СМИ и общественностью и новейшим оборудованием избранные политические группы, гражданские организации, профсоюзы, движения диссидентов, студенческие группы, издателей, газеты и другие СМИ. В 1996 году руководство консервативного Heritage Foundation щедро хвалило НФД как «ценное оружие в международной войне идей», которое «продвигает развитие стабильных демократий, дружественных США, в стратегически важных регионах мира». «Соединенные Штаты не могут позволить себе отказаться от такого эффективного инструмента внешней политики в момент, когда американские интересы и ценности подвергаются непрерывным идеологическим атакам со стороны многообразия антидемократических сил в мире».[232] Если в 1996 году, в середине самого мирного десятилетия за последний век, авторы видели свою страну атакованной, то что же говорить о сегодняшнем дне.