Первая мировая. Убийство, развязавшее войну - Грег Кинг

1913 г. принес новые сложности в положение Софии. Когда в мае единственная дочь кайзера Вильгельма II выходила замуж, Франц Фердинанд и София не присутствовали при этом событии. Эрцгерцог не мог понять, почему он не получил приглашения: конечно, были некоторые сложности с соблюдением этикета, но ему казалось, что они вполне решаемы. Только позднее он узнал правду: когда кайзер обратился в императорский двор в Вене с сообщением, что хочет пригласить пару, Франц Иосиф попросил его отозвать это приглашение. По-видимому, у него все еще сохранялись опасения, что супруги могут произвести слишком благоприятное впечатление на собравшихся на церемонию бракосочетания королевских гостей. Чтобы искупить это непреднамеренное оскорбление, Вильгельм посетил в октябре Конопишт. Он был окружен заботой и очарованием семьи эрцгерцога, охотился с Францем Фердинандом днем и наслаждался обществом Софии по вечерам.

Правда, этот год принес и еще один зарубежный триумф. После их посещения в 1912 г. Великобритании герцог Портленд рассказал королю Георгу V, что он пригласил Франца Фердинанда и Софию следующей осенью поохотиться в Уэльбек-Эбби. Услышав это, король выказал свое желание присоединиться к ним. Пара еще отдыхала в Бельгии, когда пришло соответствующее приглашение. Эрцгерцог «с величайшей радостью» и восторгом принял «милостивое и дружелюбное приглашение» и попросил австрийского посла в Англии передать королю его благодарность «в самых теплых словах», как и «исключительную радость», с которой встретила София это послание.

Это был частный визит, без помпы и церемоний официальной поездки, Софии к королевскому двору в 1912 г., но с более близкими взаимоотношениями. Эрцгерцог считал, что это даже к лучшему, говоря:

«Такая форма приглашения в прекрасную Англию и такая встреча с королем и королевой — лучшее, что можно только было желать. Мы сможем провести больше gemütlich часов (нем. приятного времени. — Прим. пер.) вместе и узнать и увидеть больше, чем на официальных мероприятиях… Они (обеды, тосты, приемы, театры и др. заставляют чувствовать себя больным и хотеть поскорее умереть) вселяют в меня ужас, и я соглашаюсь на них только тогда, когда этого требует мой долг. Неофициальные визиты гораздо более полезны в плане установления отношений между правителями и князьями, чем эти страшные официальные визиты с их программой, разрушительной для нервов и здоровья. Король сделал именно то, что нужно, за что я ему особенно благодарен».

Франц Фердинанд и София прибыли в Лондон в субботу 15 ноября вместе с племянницей герцогини, графиней Элизабет Байллет-Латур в качестве фрейлины. Они остановились в гостинице «Ритц», на входе их приветствовала толпа любопытствующих горожан. Следующий день выдался очень насыщенным: пара совершала покупки на Бонд-стрит, осматривала Собрание Уоллеса и по приглашению королевы Александры и ее дочери принцессы Виктории посетила Мальборо-Хаус. Посол граф Альберт фон Менсдорф дал в их честь в посольстве торжественный ужин. Приглашенные гости, среди которых был и великий князь Владимир, стали свидетелями, как Франц Фердинанд и София радостно танцевали на устроенном балу.

В понедельник специальный поезд доставил Франца Фердинанда и Софию из Лондона в Виндзор. Франц Фердинанд, одетый в военный мундир, и София, в бежевом платье и черной шляпе, украшенной бутонами роз, сошли на станции, где их радушно встречали король Георг V и его дядя принц Христиан Шлезвиг-Гольштейн. После осмотра почетного караула они сели в ландо и отправились в замок. София ехала во втором экипаже в сопровождении своей племянницы и графа Менсдорфа. Процессия проследовала по Хай-стрит, заполненной приветствующими их жителями, и проследовала в Виндзорский замок через ворота Генриха VIII.

Королева Мария встретила гостей в Виндзорском замке. «София была очень скромной, — рассказывает очевидец, — она склонилась перед королем и королевой в низком реверансе, и это было так просто и очаровательно». На приеме больше не было других представителей королевских фамилий. «Идея Георга была в том, чтобы не приглашать на этот прием какую-либо из наших принцесс, — писала Мария, — иначе возникло бы очень неловкое положение». Были предприняты меры, чтобы София не ощущала ни малейшего дискомфорта. Софии даже было предоставлено слово вне очереди, сразу после королевы, так что она «не ощущала себя в неловком положении, как это постоянно случалось при австрийском дворе». Францу Фердинанду и Софии были отданы апартаменты Гобеленовой комнаты в Ланкастерской башне. В половине десятого они присоединились к королю и королеве за обедом в Официальном обеденном зале. Среди подаваемых блюд были consommé (мясной бульон), филе морского языка, салат из спаржи и soufflé (суфле), а группа колдстримских гвардейцев исполняла им серенады.

Все опасения королевы Марии быстро развеялись. «Они оба очень хорошо поладили», — писал ее сын принц Альберт (будущий король Георг VI). На следующее утро король и эрцгерцог отправились на охоту, но «сильный ветер» мешал брать правильный прицел; когда они вернулись к английскому ланчу, были предложены острый суп, запеканка из мяса с картофелем и яблоки, запеченные в тесте. Непрекращающийся дождь заставил их отказаться в этот день от продолжения охоты. С улучшением погоды на следующий день их охотничья группа из пяти ружей добыла около 1700 фазанов. Еще 1000 фазанов настреляли 20 ноября; погода улучшилась, хотя небо и оставалось затянутым облаками. Охотники вместе с дамами и присоединившимся принцем Уэльским (будущий король Эдуард VIII и потом герцог Виндзор) пообедали в деревне Вирджиния Уотер. На следующий день «ветер и проливной дождь», как жаловался король, сделали охоту чрезвычайно затруднительной.

Францу Фердинанду нравилась охота, хотя он и не привык охотиться на таких высоколетающих птиц. Его ружье создавало некоторые проблемы при стрельбе, но после внесения некоторых корректировок показало себя очень хорошо. По мере улучшения практики, писал его друг герцог Портленд, он «продемонстрировал себя первоклассным стрелком и стал на равных с большинством моих друзей. Я убежден, что если бы он попрактиковался побольше, он вошел бы в число лучших охотников».

После охоты все собирались за ужином в замке. В один из вечеров в Малиновой гостиной им играл серенады Balalaika orchestra, в другой — в палатах Ватерлоо перед ними выступал хор «Мадригал». Королева писала своей тете Августе:

«Вы будете рады услышать, что визит прошел более чем хорошо; эрцгерцог всем понравился, был в восторге и очень оценил красоту этого места, которое так нравится и мне самой. Он остался под очень хорошим впечатлением и полностью довольным этим неофициальным визитом. Герцогиня — очень приятная и тактичная; визит в целом прошел очень хорошо… Прошлым вечером мы пригласили их в Официальный зал на ужин; они выглядели великолепно и высказывали свое восхищение… Эрцгерцог пришел в восторг, когда увидел портреты двух своих прадедов, кайзера Франца и эрцгерцога Карла, и нам едва удалось увести его».