(не)любимая жена императора - Ксюша Канарская

Аллерия прикрыла глаза и, стиснув руки, расправила плечи.

Егодевочка маг?

Даже Корвейн присвистнул.

— Вейн! Скажешь об этом хоть кому-то, я скажу Невалиору, что ты гад последний и от тебя всем эльфам надо держаться подальше.

Ох как засверкали ее глаза. Алмазы. Какемунравятся эти искры! Они лучше, чем те слезы, что она лила в тайне от других. Ноонпомнил каждую. И каждую ей возместит, когда, вспомнит себя.

— Не бойся, дорогая, — ну и наглый щенок! Под носом у мужа умудряется флиртовать. — Иди, помогай. Смотри, видишь, здесь заморозка. Из-за нее я не могу распутать последний узел. Зачем она… как?

— Это я, — сообщила Аллерия. — Видимо, попала-таки в любимого мужа, когда целилась в герцогиню. Он оказался на линии.

Она сказала «любимого мужа»?

Тут решается судьбаегопамяти,егожизни, аонможет думать только об одном — она любитего!

— Любопытно, а дар перейдет вашему ребенку? Истинный Дракон с магией воды — это интересно, — задумчиво произнес Корвейн.

А Аллерия рефлекторно положила руку на живот.

Она беременна?

В этот момент ден Шадор что-то сделал, и снегословно спала сеть, растворяясь в воздухе.

— Лера! —Онвспомнил! Жена бросилась в объятья, и Эльданир забыл, как дышать.

— Любимый! Как ты меня напугал! Эльданир! — ее голос дрожал, губы порхали по его лицу крыльями бабочек. Руки запутались в волосах. — Творец! Как же я тебя люблю.

А он не мог говорить, поглощенный своими ощущениями.

Последнее, что помнил, как кинулся наперерез заклинанию.

Значит, спас ее, ценой своей памяти.

Горло сдавило от понимания, что мог потерять ее.

Слишком сильно затянул, стараясь узнать больше информации об убийстве отца. И едва не лишился Ее!

Несоизмеримая потеря. Идиот. Никогда больше не будет ею рисковать.

Руки так сильно сжали ее в объятьях, что девочка вскрикнула.

— Ваше Величество, будьте осторожны. Так можно и наследнику навредить… или наследнице.

Что? Кому? Как? Они же всего раз были вместе.

— Лера, ты серьезно?

— Конечно, Ваше Величество. Вы знали, что когда Драконы находят любовь, с этим не возникает проблем? Возьмите хотя бы Эринора, тоже с первого раза… ой! Проболталась на радостях… — Лера прикрыла рот, но сзади послышался крик брата.

— Миралина! Миралина! Теперь ты точно согласишься! — И уже издалека: — Свадьба через две недели!

Эльданир огляделся. Они остались вдвоем.

— Милая, я не ошибся, здесь был наследник Темного Царства?

Супруга опустила глаза.

— У меня не было выбора. Я должна была тебя спасти. Эльданир, не злись.

Он уткнулся лицом в ее волосы. Он не может на нее злится. Он не забыл то, что происходило в этот месяц. Не забыл ее боль и ее слезы. Поклялся себе, что больше никогда не допустит, чтоб она плакала.

Опустил руку на ее живот, поглаживая. Потом взял ее пальчик и стянул перстень. Сразу за этим свой. Сунул в карман.

— Люблю тебя, моя милая императрица.

— И я тебя, мой Дракон! — их эмоции переплелись, яркими искрами осев в глубине любимых глаз. — Но не думай, что избежал наказания за Эйнира. Будешь за это иногда в его образе приходить ко мне по ночам!

Эльданир расхохотался, поднял ее за талию и закружил в воздухе.

Эпилог

Месяц спустя

Лера стояла в проёме кабинета и никак не решалась войти. Она гладила живот, скорее пыталась успокоиться и удержать внутри себя переполняющее чувство, чем по привычке, но пальцы всё равно дрожали.

Она только что вышла от Архимага, и мир вокруг будто чуть сместился: звуки стали громче, шаги — осторожнее.

Виллар сказал ей то, к чему невозможно подготовиться заранее. Повторил дважды: да, два сердечка, два крошечных зернышка магии у нее под сердцем.

Пока шла к мужу по коридорам дворца замечала как в каждом окне, в каждом зеркале отражалась её легкая, немного растерянная улыбка.

Двойня. Творец явно решил пошутить над ними. Двое детей — редкость у Драконов, а двойня — вообще небывалое чудо

Наконец она выдохнула и открыла дверь. При ее появлении Эльданир, бросив всего один взгляд на нее, тут же поднялся из-за стола.

Он умел читать её, словно открытую книгу, и сейчас его взгляд скользнул от её лица к рукам, к тому, как она невольно прижимает ладонь к животу.

— Аллерия? Что случилось? Ты дрожишь? — Он подошёл ближе, и в голосе слышалось напряжение, та самая внутренняя тревога мужчины, который умеет побеждать армии, но не победит своё беспокойство о жене.

Она выдохнула, сделала шаг к нему и взяла его за руку — крепко, будто боялась, что мир сейчас качнётся.

— Эльданир… — взгляд поднялся к его глазам, и в них отразилась вся её растерянность и счастье. — Я… Я беременна не одним ребёнком.

Он моргнул. Второй раз. Медленно.

— В смысле… не одним?

— В смысле двумя. Их двое.

На секунду выражение его лица переполнилось чистым, неподдельным изумлением.

Повисла тишина, а потом он опёрся ладонями о стол, будто проверяя, выдержит ли мебель удар судьбы.

— Двое… То есть сразу два?

— Два.

Он прошёлся по комнате, остановился, вернулся, уткнулся взглядом в её живот.

— А почему никто заранее не предупреждает, что такое возможно? Разве были прецеденты? Где инструкции…

Лера не выдержала и рассмеялась. Он подошёл ближе, притянул её к себе.

— Двойня, — пробормотал он уже спокойнее, но то, как он дрогнули его пальцы, выдало его волнение. Император не мог справиться с эмоциями. — Хм... Я справлюсь. Мы справимся. Не паникуй. Хотя придётся удвоить охрану. И тройной запас терпения. Их точно двое?

Лера не паниковала, а вот он...

— Мальчик и девочка… по крайней мере, так думает Архимаг. — В её голосе появилось смущение. — Он сказал, что всё идёт идеально. Просто… неожиданно.

Эльданир обхватил её лицо ладонями и поцеловал в лоб — осторожно, словно она сделана из света. И в этот момент вся его сила, вся его власть, вся уверенность Императора растворилась в одной эмоции — безмолвном счастье.

— Я думал, что уже не способен почувствовать что-то сильнее любви к тебе, — сказал он тихо. — Но, кажется, ошибался.

Аллерия рассмеялась сквозь слёзы.

— Знаю. Я сама едва держусь на ногах.

Он прижал её ближ, прижал ее сильнее, будто желая защитить не только её, но и тех двоих под её сердцем.

— Мы будем