(не)любимая жена императора - Ксюша Канарская

Лера на мгновение застыла в ужасе.

— Эльданир! — тут же бросилась к нему, чтобы помочь, но была схвачена железной рукой тети.

— Даже не думай. Ты уже ничем не поможешь. Яд моментальный. Ты сделала выбор. Сейчас или помогаешь мне до конца, или мне придется избавиться от тебя тоже.

Лера лихорадочно соображала, не в силах поверить. Ее эмоции начали зашкаливать.

Через минуту она уже едва могла их держать.

В голове не укладывалось то, что случилось так быстро. Она не успела...

То есть... Эльданир мертв? Почему? Неужели тетя перестраховалась и каким-то образом все же добавила яд в вино?

От нестерпимой боли в груди образовалась дыра. Она разрасталась с немыслимой силой, но перстень на пальце не давал вырваться магии, и она уходила вглубь ее существа.

Почему? Она же хотела его спасти! Почему не вышло?

Ее муж, ее любовь, она не смогла ничего изменить.

Нужно немедленно остановить тетю! Иначе та может навредить другим, в том числе и ей. Но как?

— У нас с Дэвиром все спланировано. Прямо сейчас дер Геллар в покоях принца… да-да, я спрятала этого безумного графа у нас в Офлере, — отозвалась герцогиня на изумленный взгляд племянницы, — решила, что нам пригодится человек, столь яростно ненавидящий императорскую семью. Думаю, Эринор уже мертв!

Аллерия зарычала, собираясь с силами. Тетя сошла с ума! Но она не знает, с кем связалась.

Думает, подчинила ее? Ну уж нет!

Своим другим тайным даром — водной магией она прощупала окружающее пространство. Нашла совсем недалеко источник воды, призывая стихию к себе на помощь. Нужно еще немного времени.

— Тетя! Что происходит? Объясните! И какова моя дальнейшая роль, чем я могу помочь?

Пусть та говорит подольше.

У леди Эллиноры загорелись глаза. Похоже, она давно мечтала высказаться, а у Леры от ее слов то и дело прокатывалась дрожь по телу.

Оказывается, ее любовник дер Ширан вовсе не тот, за кого себя выдавал, его настоящее имя ден Шират — Советник Темного Повелителя.

Эти двое уже давно составили план, как сменить власть Клана дель Драгон, но в тот день, пять лет назад что-то пошло не так.

— Мы все продумали. Улики должны были указать на Эльданира, а его во время бунта убили бы разгневанные его вероломством подданные, — с ненавистью прошипела герцогиня, ее глаза засверкали безумством. — А Эринор — пацан. Им можно было с легкостью управлять. Все испортил Ардан! Мой глупый братец.

Герцог дель Офлерон, отец Леры, заподозрил неладное и предупредил императора Рейдана.

Они отправили Эльданира подальше от столицы — к эльфам. Организовали ловушку для заговорщиков, но сами же в нее угодили.

Леди Эллинора умоляла брата принять ее сторону, но упрямец выбрал сторону своего правителя, а не сестры.

Ардан закрыл отца Эльданира своим телом, что, впрочем, того не спасло. Он был убит вслед за своим Советником.

— Но Эйнир дер Влеон и принц Эринор подавили восстание, — прошипела герцогиня с ненавистью, — Первый — своим авторитетом, второй — магией. Если б только я тогда знала, что Эйнир — это и есть Эльданир, уничтожила бы!

— А мама? — тихо выдохнула Лера.

Герцогиню словно переклинило. Она забыла, с кем разговаривает, видимо, от избытка ненависти в душе.

Лера услышала то, чего не должна была. Или должна?

Эллинора ненавидела Эвиланию с самого первого момента, как та попала в их семью.

Не Дракон! Всего лишь какая-то магичка!

А этот безумец, ее братец, влюбился как подросток. Глаз с нее не сводил. Обнимал, целовал на виду у всех, пылинки сдувал.

Нашел тоже ангела безгрешного.

Эллинора просто убила ее. Без сожалений и жалости. Хладнокровно, заодно избавившись от свидетеля преступления.

— Зачем вы рассказываете это мне? — Дыра в груди убивала ее, забирая силы. Леру кидало от ненависти к этой женщине до безумной жалости к тем, кто погиб от ее руки — отец, мама, император Рейдан, Эльданир…

Эллинора вздрогнула и пронзила ее ненавидящим взглядом, осознав, наконец, с кем говорит.

— Я и тебя ненавидела! Все твои двадцать лет! — Лицо герцогини перекосило от дикой злобы. — Но я терпела, потому что ты — мое оружие! Как я смеялась в тот день, когда отправила тебя со своими воинами. Я так хотела увидеть твое унижение. Но даже тут ты умудрилась все испортить! Выбрала Никласа.

Взгляд леди Эллинор стал каким-то безумным. Начав свою безжалостную «исповедь», она уже не могла остановиться и открывала все новые и новые подробности:

— Ну и ладно, я не спорила, все равно я испытала дикий восторг, смешав тебя, его невинный цветочек, с грязью. Какое же незабываемое удовольствие. Расплата за все те годы, что вынуждена была терпеть вас обеих.

Она расхохоталась, сверкая глазами. Сумасшедшая.

— Думаешь, я не знаю, что с тобой сейчас творится? Сейчас из тебя вырвется наружу вся твоя боль и обида, оглушив дворец и тех, кто в нем, эманацией боли. — Эллинора снова расхохоталась. — Давай же! Поспеши! Не будь такой же вредной, как мой братец, из-за его упрямства пришлось отложить все на пять лет.

— И что дальше? — тихо прошептала Лера. Сил бороться с дырой оставалось все меньше.

Вот-вот случится то, о чем говорит герцогиня. Но прежде нужно узнать ВСЮ правду.

— Понимаешь, детка? Когда ты слабая, тобой легче управлять. Все пять лет ты была в полной моей власти. Не понимаю одного... Как я не досмотрела? Когда ты познакомилась с Эйниром? — она нахмурилась. Но ответ ее не интересовал. — Но ничего, мы это исправим. Сейчас мой Дэвир расправляется с Резардом ден Шадором в Темном царстве. Мы объединим Империю и Темное царство, поженив тебя, как единственную наследницу, и Корвейна. Будем править всем миром через вас. У Империи не осталось других наследников дель Драгона.

— Вы ошибаетесь, герцогиня.

Глава 35

Эльданир

Как же Эльданир упивался полной растерянностью на лице герцогини.

Она слышала его голос, но не видела обладателя.

Наконец-то он нашел убийцу своего отца. Именно ее откровения заставили его задержать возмездие.

Он видел, что творится с женой, но нужно было узнать всю правду до конца, прежде чем помочь Аллерии. Иначе бы эту правду пришлось похоронить вместе с герцогиней-предательницей.

Когда Бернанд рассказал о яде, который Аллерия подмешает в вино, они приняли решение — создать иллюзию императора. Ту самую, что иногда заменяла его во время