Я беду от тебя отведу - Ульяна Динова

Минут десять мы ехали молча, но, когда на Садовом «кадиллак» встал в небольшую пробку, Бальдерик Рэй убавил звук в магнитоле и принялся расспрашивать меня о моей прошлой и нынешней жизни, об учёбе институте, о том, нравится ли мне в «Дубовой роще», не беспокоят ли меня Тёмные и прочее. На все вопросы я давала односложные ответы типа: «да», «нет», «не знаю», — досадуя одновременно и на него, и на себя.

Слава Богу, ехать было сравнительно недалеко, и вскоре мы свернули в один из переулков Сретенки, ведущий в тупик дому Центра Магии.

— Спасибо, — быстро поблагодарила я и, едва он успел притормозить, пулей выскочила из машины чуть ли не на ходу, чтобы опередить его и не позволить ему открывать мне дверь. Возле дома, в ожидании появления звонка, я оглянулась. Бальдерик Рэй стоял, облокотившись о дверь своего автомобиля, и озадаченно смотрел мне вслед. Я забежала в подъезд, споткнувшись об ведро таджички Шику, стоящее посреди вестибюля, и, едва не перевернув его, помчалась по центральной лестнице наверх.

— Что такое? Что такое? — недовольно закричала Шику мне вдогонку. — За тобой гонятся злые джинны? — Далее посыпались ругательства на таджикском, которые, впрочем, очень скоро прервались и сменились сладкоголосыми приветствиями.

— О! Мистер Рэй! — донеслось до меня снизу. — Какая радость! Вы снова озаряете нас своим присутствием!

Я не стала слушать дифирамбы, распеваемые консьержкой «красавчику», и отправилась на второй этаж, в комнату Мисс Магды.

Больше всего мне хотелось, чтобы он уехал к чёртовой матери! Прямо сейчас! Ещё, чего доброго, он вздумает дожидаться, когда я освобожусь, чтобы отвезти меня обратно в ресторан и продолжить мучить там своими дурацкими вопросами, а мне опять придётся так сильно напрягаться!

Мальчик лет пяти уже ждал, сидя на стуле. Его красное лицо, искажённое мукой, свидетельствовало о том, что он задыхался и у него уже началось кислородное голодание. Рядом с ним стояла заплаканная мать. Она без конца утирала слёзы и нервно трепала волосы сына, не в силах ему помочь.

— Дорогая, ты так быстро доехала. Не знаю, как тебя благодарить, — обрадованно воскликнула Мисс Магда, бросаясь мне навстречу.

— Мы что, теперь принимаем посетителей здесь? — тихо спросила я. — А как же моё инкогнито?

— Всё в порядке. Она знакомая одной из посвящённых. Но всемогущие эскулапы официальной медицины оказались бессильны, поскольку усмотрели в болезни ребёнка природу чисто физическую, не поддающуюся исцелению и нуждающуюся в поддерживающей терапии, которая практически перестала действовать.

— Ясно… — я вернулась к малышу.

— Мамочка, давайте ненадолго выйдем, чтобы не мешать, — попросила Мисс Магда мать мальчика. Та неохотно последовала за ней к выходу, всхлипывая и оглядываясь на сына. Они вместе вышли из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь.

— Плохо себя чувствуешь, маленький? — ласково спросила я мальчика, стараясь подбодрить его.

Дыхание со свистом вырывалось из лёгких ребёнка, он беспомощно смотрел на меня, и в глазах его читалась невыносимая боль.

— Ну ничего, через несколько секунд мы избавим тебя от этой жабы-бяки — и всё будет хорошо. Закрой глазки и ни о чём не думай. Сейчас ты немного погуляешь по райскому саду…

Я сразу увидела то, что терзало несчастного ребёнка. Моему зрению предстало огромное тёмно-синее энергетическое кольцо, сдавившее сосуды обоих лёгких, сердца и гортани.

Поднеся правую руку к солнечному сплетению мальчика, я испытала странное чувство — будто меня ощутимо тряхануло током. Но это было лишь мгновение, — мои энергетические потоки быстро подхватили вихри кольца, и оно моментально рассыпалось, точно хрустальный шар, осколки которого вытянуло наружу из тела и они растаяли или сгорели, оставив слабый дым, быстро рассеявшийся в пространстве.

Мальчик расслабился и задышал свободнее. Он открыл глаза — они светились радостью облегчения, зато я неожиданно ощутила признаки серьёзной отдачи раньше времени. Меня немного знобило, и почему-то сильно дрожала и немела правая рука. Такого ещё со мной не случалось. Я отвернулась, незаметно вытащила из кармана маленький полотняный мешочек, и, достав готовый глиняный катушек, быстро проглотила его. Через пару минут меня отпустило и дрожь в руке унялась.

— Ну пойдём, зайка, обрадуем твою маму… — предложила я ребёнку.

Я взяла его за ручку, и мы вместе вышли в коридор.

— Уже всё? — удивлённо спросила Магда, глядя на мальчика, который вприпрыжку помчался к матери.

— Ага…

— Так быстро?

Мать кинулась навстречу улыбающемуся сынишке, громко рыдая от радости.

— Вам лучше сейчас поехать домой, напоить его горячим сладким чаем и как можно скорее уложить в постель. Он потерял много сил, — посоветовала я ей.

Мисс Магда обняла меня, погладив по спине.

— Спасибо, дорогая! Если бы не ты, то бедняжка… Боюсь даже произнести это вслух…

— Ерунда, обращайтесь… — небрежно сказала я. — Ну всё? Я пошла?

— Конечно иди, ты ведь наверняка была занята учёбой, когда я тебя сорвала. Извини ещё раз…

— Ничего страшного…

Я сглотнула ком стыда в горле, вспомнив о Бальдерике Рэе, который, вероятно, всё ещё находился где-то в здании, и у меня сразу же испортилось настроение. Надо выйти на улицу так, чтобы избежать встречи с ним. На втором этаже никого не было, но, от греха подальше, я решила спуститься через боковую лестницу. Только бы его не оказалось на первом этаже. Только бы его там не было… Но едва я потихоньку выглянула из-за стены, как мои худшие предположения оправдались.

Проклятье! Он ТАМ БЫЛ! Сидел в кресле на первом этаже неподалёку от входа, за небольшим столиком, положив нога на ногу, и разговаривал с двумя малознакомыми мне молодыми мужчинами. Кажется, это были преподаватели из Учебного корпуса. Пройти мимо них, оставшись незамеченной, было просто невозможно.

Я отшатнулась, снова спрятавшись за стену, но в этот момент сзади, как назло, подошла мать спасённого ребёнка и обняла меня, собираясь разразиться громкими рыданиями благодарности.

— Тсс… Всё хорошо, хорошо… — испуганно пробормотала я, мягко освобождаясь от её объятий. — Мне надо идти, извините…

Краем глаза я увидела, что компания за журнальным столиком продолжает беседу. Они смеялись и явно не торопились расходиться. Вот ещё Велеста принесла им кофе на подносе. Расставляя чашки, она нагибалась так, что была видна ажурная резинка её чулок. Бесстыдница какая-то… Я стиснула зубы. Всё-таки он меня поджидает! Как от него отделаться? Уйти огородами? Я вспомнила об открытых окнах Малого Зала и со всех ног рванула туда. Для этого, я вынуждена была снова подняться на второй этаж и, пройдя через весь длиннющий коридор, спуститься с другой стороны. Достигнув дверей зала, я поняла, что моя затея пошла прахом, поскольку там орудовала целая команда уборщиков. Полотёры скользили по залу, словно фигуристы, натирая и без того блестящий пол, а мойщики мыли ЗАКРЫТЫЕ окна и вешали новые гардины. Я почувствовала себя в ловушке и стала психовать. Вновь, подкравшись к стене, я с ужасом увидела, что мать со своим ребёнком спустилась по центральной лестнице, но возле журнального столика задержалась и о чём-то недолго разговаривала с сидящей компанией. Она показала им рукой на противоположную сторону коридора, где я с ней недавно распрощалась. Бальдерик Рэй торопливо встал, пожал руки своим собеседникам и чуть ли не бегом направился к лестнице. Мои ноги тут же стали ватными, и в голове что-то сильно зашумело. В какой-то момент я включила свою гордость и уже готова была выйти из укрытия, словно и не думала прятаться, как вдруг вспомнила кое-что… Трусливо озираясь по сторонам, я скользнула в тёмный конец коридора к двери, ведущей в цокольный этаж, сообразив, что оттуда должен быть дополнительный выход на улицу. Дверь оказалась не заперта, и я быстро скрылась за ней, уже слыша приближающиеся шаги по коридору.

Подвал был завален разным хламом, книгами и старой мебелью, и вскоре я начала беспрестанно чихать от пыли. Я бродила в темноте, сослепу натыкаясь на какие-то предметы; пару раз что-то упало сверху, едва ли мне не на голову. Увы, но тот, кто дал мне мои феноменальные зрительные способности, явно забыл включить в их комплекс способность видеть в темноте как кошка. Это была явная недоработка: я видела в темноте очень плохо, возможно, даже гораздо хуже обычного человека. Точнее — не видела ничего. Двери я не нашла, зато обнаружила в одном месте слабый свет, пробивавшийся сквозь щели. Наверное, это заколоченное фанерой окно, подумала я, и не ошиблась. Пошарив в темноте рукой, я нащупала какой-то тяжёлый предмет и, как следует размахнувшись, зашвырнула его в предполагаемое окно. С первого раза не получилось, и мне пришлось добавить немного усилий, совершив ещё несколько бросков. Наконец фанера поддалась, треснула пополам, и я не без труда выбила её наружу, получив отверстие, через которое должна была пролезть. Свет от фонарей с улицы упал вниз, осветив рухлядь передо мной. Я с торжествующей улыбкой залезла на стол, ухватилась за подоконник, подтянулась на руках, и вот моя голова уже показалась на поверхности. Так… интересно, куда это я попала? Вроде похоже на Трубную улицу… А вот ещё чьи-то ботинки…