Медвежий замок - Дмитрий Светлов

Норманн никогда не страдал стеснительностью, поэтому без жеманства выбрал для себя приемлемое место.

– Я с господами Эберхардом фон Аленом и Хинрихом Плесковым вынужден вас оставить, поговорите без нас.

– У меня просьба, мне необходим учитель немецкого языка.

– Похвальное желание, Николаус Шонек вам поможет, он сам ученый человек и быстро найдет хорошего наставника.

– У меня не так уж много времени, на севере наступают холода.

– Смело назначайте отход… на послезавтра. Да, послезавтра вы можете возвращаться домой.

За хозяином закрылась дверь, а Руслан Артурович Нормашов с трудом подавил вздох облегчения. Он вырвался из «гостеприимных объятий»!

– Я Бертрам Гидебей, – представился тучный господин и пересел в кресло хозяина, – нам хотелось бы услышать ваши впечатления о Китае.

Норманн достал из сумки двухсантиметровую розовую жемчужину и положил ее на стол. По кабинету разнесся сдавленный возглас восхищения. Торговцы ринулись к столу как голодные воробьи на упавшее зернышко. Бесцеремонно толкаясь, они буквально вырывали друг у друга бесценную диковинку. Руслан же, прикрыв глаза, спокойно сидел на своем стуле. Не надо большого ума, чтобы догадаться о теме предстоящего разговора в ратуше, вот и прихватил один шарик из бижутерии. Необходимо подкинуть Ганзе жирную приманку, заставить изменить приоритеты и таким образом получить возможность спокойно жить на берегу Онежского озера.

– Вы продадите ее нам? – осторожно спросил Бертрам Гидебей.

– Увы, господа, это память, единственное, что осталось от утерянного счастья.

– Жаль, очень жаль.

– Не переживайте, в Китае подобного «жемчуга» очень много.

– Арабские торговцы на Крите продают розовый жемчуг. А он оказывается из Китая.

– Как и шелк, и бархат, и батист, – добавил Николаус Шонек.

– Не скажите, – поправил Норманн, – все это есть и в Индии.

– Мы практически ничего не знаем об этих странах.

– Алмазы, сапфиры, изумруды, золото, специи и война с арабами.

– На чьей стороне перевес?

– Арабы захватили весь север.

– Где основные богатства? На севере или на юге?

– Откуда мне знать!

Его знакомство с Индией началось с каприза очередной пассии Дениса Юрьевича. Заканчивался обычный обед в ресторане на Невском, благодетель наслаждался вином, Руслан пил кофе, у него нет личного водителя. Девица потребовала манго, первый оказался жестким, второй мягким, третий невкусным.

– Я хочу настоящие манго! – заверещала любовница. – А не эти отходы с овощебазы! – И брезгливо оттолкнула фруктовую вазу.

Денис Юрьевич тут же заказал пансион на неделю в Индии, и Норманн блаженно повалялся на белом песке в штате Гоа. Вспомнились жуткие шрамы на теле, ужас, с подобной красотой рубашку лучше не снимать, полиция прибежит в бронежилетах.

– А впрочем, – Норманн вспомнил ленивые пляжные разговоры о португальских и голландских факториях, – на юге!

– Вы что-нибудь знаете о рельефе местности, о природе? – спросил Николаус Шонек.

– Высокие холмы и Кардамоновые горы, пустынь и степей нет.

Присутствующие многозначительно переглянулись, причем настолько явно, что не могли не привлечь внимания Руслана. У них есть информация об Индии, ну и пусть, он не собирается врать.

– Что вы знаете о местных специях?

– Гвоздика, корица, сахар, вроде бы и все.

– Вы не сказали про кардамон.

– Я не знаю кардамона.

– А как растет сахар?

Хороший вопрос, похоже, ему устраивают проверку на вшивость.

– Сахарный тростник растет вдоль берега океана или рек, выдавливают сок, варят и выпаривают.

– В Китае растет сахарный тростник?

– Растет, но китайцы предпочитают вываривать сок сахарной пальмы.

– В чем разница?

– Сахарный тростник надо сажать, убирать, затем давить под прессом, а в пальме сделал надрез и подставил кувшинчик.

– Видите ли, – заговорил Бертрам Гидебей, – в Авиньоне уже пять лет живет арабский торговец по имени Сулейман-Ибн-Рушду. – Все внимательно смотрели на Норманна, но тот с безмятежным видом ожидал продолжения. – Ваш рассказ практически совпал с его записками для папы. За исключением тканей и пряности под названием «имбирь».

Руслан спокойно ткнул пальцем в карту, где вместе с грозным предупреждением о людоедах была надпись «Пряности».

– Вы настаиваете?

– Нет, я там не был.

– А сандаловое дерево где растет?

Снова палец ткнул в карту, на этот раз в Юго-Восточную Африку. Это Норманн знал точно, одна из комнат Дениса Юрьевича была обставлена мебелью из сандалового дерева. Запах потрясающий! А мебель привезли из Мозамбика, где он ее самолично заказывал.

– На ваш взгляд, сколько продлится путешествие в Индию?

– Нисколько.

– Не понял, что вы подразумеваете под словом «нисколько»?

– Когг Ганзы не дойдет до Индии.

– Вы в этом уверены?

– Абсолютно, корабли утонут в океане, а при плавании вдоль берега станут легкой добычей арабских пиратов.

– Разве у китайцев большие корабли?

– Красавцы! – Норманн вспомнил шикарные феерии на набережной Вай-Тан.

– Вы видели арабские корабли?

– Нет, арабы торгуют с Китаем через Персию.

– Что-то вы немногословны, – заметил Николаус Шонек.

– Красноречие не может помочь, когда нечего сказать. Вы меня спрашиваете об арабах и Индии, а я там не был.

– Но что-то слышали из уст китайцев?

– И вы слышали из уст Сулеймана-Ибн-Рушду.

– Кстати, этот Сулейман хвалил арабских моряков, называл их непревзойденными и насмехался над нашим флотом.

– Я читал рассказы Синдбада-морехода, он действительно был непревзойденным мореплавателем. – На губах Руслана появилась невольная улыбка.

– Много интересного почерпнули? Расскажите самый интересный эпизод.

Пришлось сосредоточиться, арабские сказки он читал с друзьями уже в Вологодском областном училище культуры. Припомнился «Рассказ о Медном городе», где повествование начинается с плавания в Индию. Переврал конечно же многое и свою фантазию добавил, но купцы слушали затаив дыхание. Затем продекламировал несколько стишков из «Рассказа о школьнике и школьнице», которые тайком посылал девочкам во время уроков. На бис память подсказала «Рассказ о третьем путешествии», после чего вспомнил детский фильм о путешествиях Синдбада. Ганзейцы слушали раскрыв рот, жестокие битвы со страшными чудовищами и нападения безжалостных пиратов заканчивались счастливым спасением очередной красотки и мешками золота и драгоценных камней.

Насытившись эмоциями, купцы послали секретаря за пивом. Лирическое отступление продолжилось бурным обсуждением услышанных историй, даже поспорили на предмет, где вымысел, а где правда. Разгорячившись, порой обращались к Норманну как к третейскому судье, особенно на тему драконов. Уклончиво отвечая, он сослался на Китай, где легко найти множество книг, рисунков и статуй, посвященных этой рептилии. Подобное заявление подлило масла в огонь, оставалось только поражаться наивности европейцев четырнадцатого века. Для них окружающий мир оставался страшной тайной, как для детишек темная комната в соседской квартире. Постепенно угомонились и вернулись к предметному разговору.