Невидимая Хазария - Татьяна Грачева

В постперестроечные годы мы теряли и продолжаем терять в среднем около 1 миллиона в год умершими плюс аборты, убиенные дети. По данным 2005 года, их число равнялось 1 611 000. В итоге потери достигают более двух миллионов в год.

Еще один важный показатель – число самоубийств. Так вот тогда оно равнялось 2,7 на 100 000 жителей. А сейчас мы имеем 40. В период 1995-2003 в результате самоубийств погибли 500 000 человек. При этом по статистике, только одна попытка из 20 заканчивается смертью. Поэтому, включая эти «незавершенные» попытки самоубийств, мы получаем цифру в 20 раз большую, то есть 10 миллионов.

Миф о том, что рабочие жили очень бедно.

В 1913 году рабочий в России зарабатывал 20 золотых рублей в месяц.

При этом хлеб стоил 3-5 копеек. Килограмм говядины – 30 копеек. Килограмм картофеля – 1,5 копейки.

При этом подоходный налог составлял один рубль в год и был самым низким в мире.

Отсюда и возможность содержать многодетную семью.

Контрастом выглядит здесь характеристика политики российского лидера, угодного Западу, о котором написал Эдвард Пирс в статье «In praise of Putin», помещенной в The Guardian: «Существовала ли когда-нибудь еще более достойная презрения фигура, чем Борис Ельцин? Вечно пьяный, неспособный руководить страной, он позволил стае коррумпированных мошенников разграбить национальные богатства. Он одобрил отмену субсидирования цен на продукты, означавшую, что простые люди в одночасье впали в нищету. Если говорить о гордости и чувстве собственного достоинства России, то окажется, что Ельцин выполнял функцию коллаборациониста, полицая, который обогатился сам и находил утешение в алкоголе… Люди подбирали еду на свалке, но Борис Ельцин был западником, прекрасным образцом, наглядным примером триумфа Запада».

Миф о том, что Россия была темной страной.

С 1894 по 1914 год бюджет народного образования увеличился на 628%. Возросло число школ: высших – на 180%, средних – на 227%, женских гимназий – на 420%, народных школ – на 96%.

И. Ильин в своей работе «О русской культуре» пишет, что Россия стояла на пороге осуществления всеобщего народного образования с сетью школ в радиусе одного километра.

В России ежегодно открывалось 10 000 школ.

Российская империя была читающей страной. В период царствования Николая II в России выпускалось больше газет и журналов, чем в СССР в 1988 году.

Россия переживала также расцвет культурной жизни.

Миф о Распутине.

Близкий флигель-адъютант государя полковник А. Мордвинов начисто отвергает в своих «Воспоминаниях» («Русская летопись» за 1923 г., т. V) влияние императрицы и кого бы то ни было на решения государя и приводит убедительные примеры.

Он же раскрывает истину известной легенды о Распутине.

Мордвинов пишет: «Государь бывал недоволен некоторыми государственными деятелями не за то, что они не симпатизировали Распутину, а за то, что позволяли себе верить и распространять эту веру в какую-то особенную силу Распутина в государственных делах. В глазах его величества одна возможность такого предположения была оскорбительной, унижающей его достоинство».

Мордвинов, постоянно бывавший во дворце с 1912 года и всегда ездивший с царем во время войны, за пять лет никогда не видел Распутина, никогда не слышал о нем в семье, с которой был очень близок.

Жильяр, воспитатель цесаревича, живший при Дворе, а также лейб-медик Боткин (погибший в Екатеринбурге с семьей), бывавший во дворце ежедневно, свидетельствуют, что на протяжении нескольких лет видели Распутина во дворце лишь по одному разу, и оба связывали посещение Распутина с нездоровьем наследника.

Генерал Ресин, без которого ни одна душа не могла проникнуть во дворец, за семь месяцев ни разу не видел Распутина.

Александр Елисеев в своей статье «Николай II как волевой политик смутных времен» отмечает, что даже Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства была вынуждена признать, что никакого влияния на государственную жизнь страны Распутин не оказывал. Это при том, что в ее состав входили опытные юристы-либералы, настроенные резко отрицательно против Государя, династии и монархии как таковой.

Миф о слабости характера царя.

Президент Франции Лубэ говорил: «Обычно видят в императоре Николае II человека доброго, великодушного, но слабого. Это глубокая ошибка. Он имеет всегда задолго продуманные планы, осуществления которых медленно достигает. Под видимой робостью царь имеет сильную душу и мужественное сердце, непоколебимо верное. Он знает, куда идет и чего хочет».

Царское служение требовало силы характера, которой Николай II обладал. Во время Священного Коронования на Российский Престол 27 мая 1895 года Митрополит Московский Сергий в своем обращении к Государю сказал: «Как нет выше, так нет и труднее на земле царской власти, нет бремени тяжелее царского служения. Чрез помазание видимое да подастся тебе невидимая сила свыше, действующая к возвышению твоих царских доблестей…»

Целый ряд аргументов, опровергающих этот миф, приводит в упомянутой выше работе А. Елисеев.

Так, в частности, С. Ольденбург писал, что у Государя была железная рука, многих только обманывает надетая на ней бархатная перчатка.

Наличие твердой воли у Николая II блестяще подтверждают события августа 1915 года, когда он взвалил на себя обязанности Верховного главнокомандующего – против желания военной верхушки, Совета министров и всего «общественного мнения». И, надо сказать блестяще с этими обязанностями справился.

Вообще, Государь был настоящим воином – и по «профессии», и по духу. Его и воспитывали как воина. Протоиерей В. Асмус отмечает: «Александр III воспитывал детей в большой строгости, скажем, на еду отводилось не больше 15 минут. Дети должны были садиться за стол и вставать из-за стола вместе с родителями, и дети часто оставались голодными, если они не укладывались в эти, такие жесткие для детей рамки.

Можно сказать, что Николай II получил настоящее военное воспитание и настоящее военное образование, Николай II всю жизнь чувствовал себя военным, это сказывалось на его психологии и на многом в его жизни».

Будучи Наследником Престола, Николай Александрович изучал военное дело с большим увлечением. О том свидетельствуют его старательно составленные конспекты по военной топографии, тактике, артиллерии, навигационным приборам, военному уголовному праву, стратегии. Очень впечатляют записи по фортификации, снабженные рисунками и чертежами.

Не было в небрежении и практическое обучение. Александр III направлял своего наследника на военные сборы. В течение двух лет Николай Александрович служил в Преображенском полку, где им исполнялись обязанности субалтерн-офицера, потом – ротного командира. Целых два сезона он служил взводным командиром в гусарском полку, затем был командиром эскадрона. В рядах артиллерии Наследник провел один лагерный сезон.

Император много сделал для подъема обороноспособности страны, усвоив тяжелые уроки русско-японской войны. Пожалуй, самым значимым его деянием было возрождение русского флота, которое спасло страну в начале Первой мировой войны. Оно произошло против воли военных чиновников. Император даже вынужден был отправить в отставку великого князя Алексея Александровича. Военный историк Г. Некрасов пишет: «Необходимо отметить, что, несмотря на свое подавляющее превосходство в силах на Балтийском море, германский флот не предпринял никаких попыток прорваться в Финский залив, с тем чтобы одним ударом поставить Россию на колени. Теоретически это было возможно, так как в Петербурге была сосредоточена большая часть военной промышленности России. Но на пути германского флота стоял готовый к борьбе Балтийский флот, с готовыми минными позициями. Цена прорыва для германского флота становилась недопустимо дорогой. Таким образом, уже только тем, что он добился воссоздания флота, император Николай II спас Россию от скорого поражения. Этого не следует забывать!»

Особо отметим, что Государь принимал абсолютно все важные решения, способствующие победоносным действиям, именно сам – без влияния каких-либо «добрых гениев». Совершенно необоснованно мнение, согласно которому русской армией руководил Алексеев, а Царь находился на посту Главкома ради проформы. Это ложное мнение опровергается телеграммами самого Алексеева. Например, в одной из них на просьбу прислать боеприпасы и вооружение Алексеев отвечает: «Без Высочайшего соизволения решить этот вопрос не могу».

Коммунистический публицист М. Кольцов пишет следующее о поведении Государя в дни Февральской смуты: «…Придворные совершенно зря рисуют своего вождя в последние минуты его царствования как унылого кретина, непротивленца, безропотно сдавшего свой режим по первому требованию революции». Кольцов описывает, как Государь упорно сопротивлялся всем требованиям армейцев-заговорщиков (Алексеева, Рузского и др.) создать ответственное министерство (то есть по сути пойти на превращение самодержавия в конституционную монархию). Его сопротивление было настолько сильным, что даже Александра Федоровна воскликнула в письме: «Ты один, не имея за собой армии, пойманный как мышь в западню, – что ты можешь сделать?!» А Царь делал все, что мог – он даже направил в Петроград экспедиционный корпус во главе с генералом Н. И. Ивановым. Он сражался с революцией один (ибо заговорщики отрезали его от связи с внешним миром, от верных частей). И по этому поводу Кольцов вопрошает: «Где же тряпка? Где слабовольное ничтожество? В перепуганной толпе защитников трона мы видим только одного верного себе человека – самого Николая».