Как вырастить экопродукты. Все о здоровом питании от рождения до 100 лет - Геннадий Федорович Распопов

от фенольных выделений пластика. Едут отдыхать в Таиланд и возвращаются с тропическими инфекциями.

Но есть и другие люди. Они мечтают о здоровой пище и райском саде, но не знают, как его создать. Многие взяли землю, но не знают, как ее реанимировать, как выращивать плоды без «химии», чем и как питаться, как продлить свою жизнь и вырастить здоровых детей.

Вот поэтому я и пишу книги не по медицине, а на границах наук. Я пропагандирую идеи, появившиеся на стыке почвоведения, ценологии, микробиологии, молекулярной биологии и генетики. Не вдаваясь в споры о терминах, определяю для себя это направление как экологическое земледелие. А поскольку я врач, то моя книга, по сути, о медицинском земледелии.

Вот, например, какие новые идеи на стыке наук мне показались интересными. Ценология утверждает простую вещь: видовой состав и численность микробов почвенного ценоза меняются чуть не каждый день, они меняются от любого воздействия: поменялась погода, перекопали грядку, внесли дозу органики или минералки. Не стоит определять отдельные виды или штаммы, состав ценоза – не самое главное. Главное – чтобы почвенная биота была разнообразной, адаптировалась к почвенным условиям и складывалась в стабильные пищевые цепочки. А разве в твоем организме, кишечнике и на коже по-другому происходит? Прислушайся, как ворчит твой кишечник и на погоду, и на природу.

Продолжу мысль. В отличие от «минеральщиков» и «почвенников» экологи постоянно думали, как заставить работать весь почвенный биоценоз. И научно обосновали то, что «природники» и «органисты» постоянно наблюдают в своей практике.

Почвенная биота взрывообразно размножается именно на границе почвы и органики. Там, где есть пороговая разница по содержанию углерода и азота.

Оказалось, что и тут работает общий закон экологии: все живые существа увеличивают активность на границах сред своего обитания. Вот почему жизнь кипит там, где природа мульчирует почвы. Вот почему локальное минеральное питание дает повышение урожайности.

Или, например, в «коровьих лепешках» жизнь процветает. От сгустков органики по кругу расходится волна активности и нарастание биомассы микробов. От мульчи сверху волна жизни идет вниз. Корень прорастает в свежую дозу органики со своей ризосферой, и ученые фиксируют временное нарастание азотофиксаторов в тысячу раз. До сих пор в это не все верят, некоторые варятся в обособленном котле своих дисциплин.

Еще один пример, открытие ученых-экологов: не всякий богатый видами почвенный биоценоз проявляет активность, его надо включить и поддерживать включенным. Этим «включателем» являются простейшие: жгутиковые, амебы и инфузории. Не будет их – некому стимулировать бактерий к активному размножению. Лиса нужна, чтобы заяц не дремал! Вот для этого грядкам нужна грубая мульча: в ней, в ее влаге живет огромное число простейших.

А разве тебя каждый день не пугает реклама тем, что в твоем организме завелись простейшие и глисты, и надо что-то купить, чтобы их убить? А я доказываю, что все живое у тебя в кишечнике – и лямблии, и глисты – охраняет твой иммунитет, как охраняли его у твоих предков миллион лет до нашей эры.

Многие проблемы почвы решаются не просто массой растительных остатков, но грамотно приготовленным из них компостом: в нем еще достаточно органики, но уже сформирован готовый, правильный микробный биоценоз с простейшими. Мой АКЧ с инфузориями – это правильный биопрепарат – включатель размножения биоты почвы.

Биоценоз – та сила, что обеспечивает химическое равновесие почвы, активное питание растений, их здоровье и стимуляцию. Умея активизировать почвенную живность, можно снизить дозу минералки. Почти во всех наших почвах есть фантастические запасы всех нужных элементов. Все, что нам надо – запустить и поддерживать агротехникой их биологическую мобилизацию, т. е. перевод в усвояемые формы.

Этого не мог понять никто из узких специалистов – микробиологов. Они привыкли работать с отдельными видами. Главное было – подобрать и выделить сильный штамм, к примеру, азотофиксатора (азотобактер). Если такой препарат прибавлял 10–20 % эффекта – это был успех! Успех на неделю, любой штамм съедали аборигены. Поэтому я вместо ЭМ-препаратов стал использовать АКЧ, настой правильного компоста. А теперь думаю, как такой же АКЧ, «включатель работы биоты кишечника», придумать для людей.

И теперь о самом главном, чего нет в других книгах ни по медицине, ни по садоводству: это новые знания о микробиоме человека и микробиоте почвы, как они влияют друг на друга. Я в этом разобрался, научился применять в своем саду, приобрел опыт создания экосада, который улучшил и мое здоровье. Я это вижу каждый день, смотря на себя в зеркало. Ты и сам удивлялся, когда смотрел мои фотографии, которые я присылал тебе с берега Индийского океана этой весной.

В предыдущих книгах я призывал заботиться о микробиоте почвы. В этой я учу тому, как, почему, какие продукты из своего сада могут не только накормить человека, но, прежде всего, улучшить его микробиом. Не только как их вырастить, но и понимать, для чего и как их сохранить, правильно переработать и грамотно потреблять.

Когда я научился применять АКЧ для почвы – я полностью пересмотрел свои взгляды на садоводство. А сейчас, когда я разобрался в пробиотиках и пребиотиках, узнал самые последние данные о том, как микробиота кишечника влияет на иммунитет и на мозг и как экология сада влияет на микробиом, – я полностью пересмотрел свои взгляды на медицину.

Ну как, имея опыт садовода и врача, не написать новую книгу? Ты пока почитал первые главы книги, рассказ о правильном питании еще впереди. А пока, чтобы поднять настроение, возьми на выбор и продегустируй мои домашние пробиотики. Вот простокваша из козьего молока с особыми лактобактериями. Вот домашний квас из ржаного солода на травах и меде. Вот чайный гриб на зеленом чае с куркумой. А это рассол из квашеной капусты с клюквой.

Виктор спросил:

– А можно я все продегустирую, у меня и голова болит, и поясницу на погоду ломит?

Он сделал по нескольку глотков из всех стаканов, посидел, прислушиваясь, как затанцевали и запели микробы в его кишечнике, вдруг улыбнулся моей жене и спросил:

– А можно я и сам спою или станцую?

И, посмотрев в мою сторону,