Идеальный герой - Виктория Коннелли

— Спасибо, — поблагодарила Кей. — Прекрасный подарок.

— Не за что. Теперь ты моя должница.

— Да?

— Да. Обещай, что начнешь посылать свои рисунки агентам и издателям.

— Ну…

— А я помогу.

Кей не очень уверенно, но все же кивнула:

— Хорошо, я попробую…

По пути к выходу они обратили внимание на огромный стеллаж, заставленный книжками Энид Блайтон[18].

— «Великолепную пятерку» я в свое время просто обожала, — призналась Кей. — В детстве это отличное лекарство от действительности. Правда, я каждый раз надеялась, что Анна в одном из путешествий обязательно в кого-нибудь влюбится.

— Выходит, ты всегда была романтичной особой? — усмехнулся Адам.

— О да!

— И когда же ты продвинулась от мисс Блайтон к мисс Остин?

— Очень рано.

Они уже вышли из магазина и наконец-то направились к автостоянке.

— К нам на каникулы приехала моя двоюродная сестра. Ей задали в школе прочесть «Гордость и предубеждение», а она этот роман терпеть не могла. Джейн Остин тут, в общем-то, ни при чем: моя кузина тогда переживала стадию ненависти ко всему на свете. Однажды она забыла книжку в саду, и пошел дождь. Я побежала забрать ее и не смогла удержаться — заглянула, чтобы выяснить, что в ней такого отвратительного. Так и попалась. Пришлось купить такую же для себя. А у тебя как было?

— Как я впервые познакомился с Джейн? Однажды в субботу Нана Крейг засадила меня смотреть старую экранизацию «Гордости и предубеждения»[19], с Лоуренсом Оливье и Грир Гарсон в главных ролях.

— И ты не сбежал от телевизора с воплями?

— Нет. Я тогда был очень подавлен. Наша школьная команда по футболу продула важный матч, и надо было как-то поднять настроение.

— А кто, кроме Джейн Остин, способен лучше всего поднять настроение!

— Здесь ты права, — согласился Адам. — Но одноклассникам я на всякий случай говорить об этом не стал. Думаю, иначе мой авторитет упал бы ниже плинтуса.

— Думаю, да, — рассмеялась Кей. — Вот только…

— Что?

— Не кажется ли тебе, — нахмурившись, спросила она, — что из-за нее твои ожидания стали оторванными от реальности?

— В любви, ты имеешь в виду? — удивился Адам.

— Дело в том, что мне всегда говорили… будто бы я… что из-за Джейн Остин у меня…

— Искаженный взгляд на действительность?

— До крайности искаженный взгляд на действительность! — поправила его Кей.

— Как так?

— Вполне обычно — избитые фразы о счастливом конце и ожидании принца на белом коне.

— А ты не такая? — нерешительно спросил Адам.

Сияющие глаза Кей словно заволокло туманом.

— Может, и такая, хотя сколько мне уже встречалось этих принцев…

— То есть на поверку они оказывались совсем не принцами?

— Вот именно! — воскликнула она.

Ей на память сразу пришли печальные истории, в которых ее «принцы» не оправдали надежд. С Чарли Расселом она встречалась полгода, а потом получила от него открытку из Барселоны — он решил туда перебраться, не сказав ей ни слова о своем намерении.

— И ты винишь в этом Джейн Остин?

— Ну надо же на кого-то свалить вину, а себя обвинять как-то язык не поворачивается… — Она застенчиво улыбнулась. — А ты? Тебе приходилось обвинять старушку Джейн в собственных любовных неудачах?

— Пару раз… — Адам даже поперхнулся. — Или тройку.

Глава 31

Полчаса прошло, а Оли Уэйд Оуэн словно испарился и больше не появлялся в Марлкоуме. На протяжении последних десяти минут Тереза мерила шагами площадку, соображая, что теперь делать.

— Умчался куда-то, — пожала плечами Джемма, когда режиссер осведомилась, куда подевался ведущий актер.

— Куда? Куда он умчался?

Джемма указала в ту сторону, где лужайка шла под уклон и переходила в рощу.

— Черт знает что! — взорвалась Тереза.

Джемма проводила ее взглядом: режиссер почти побежала туда, куда недавно удалился Оли.

— Что он тебе сказал? — спросила подошедшая Софи.

— Оли? Так, ничего… Что ему надоело, как Тереза с ним обращается.

— Значит, все то же самое…

— Что здесь происходит? — неожиданно крикнул кто-то у них за спиной. — Что я опять пропустила?

Актрисы обернулись — из такси выбиралась Бет, с гримасой боли опуская на землю больную ногу.

— Тебе ведь предписан покой? — удивилась Джемма.

— Ни минуты не останусь в этой гостинице! — простонала Бет. — Можно умереть от скуки!

Такси отъехало, и она заковыляла в их сторону.

— Так что случилось?

— Оли обидел Терезу, а потом взбрыкнул и куда-то исчез.

— Няня привела ее дочку к нам в гостиницу, но они сразу оттуда убежали, — сообщила Бет.

— Да, — подтвердила Джемма, — оказалось, что Оли повез ее сюда.

— Я хотела подслушать из своей комнаты, что у них там творится, но ничего не вышло, а Кей вообще забыла о моем существовании! Отправилась куда-то с Адамом.

— Теперь, в довершение ко всем бедам, мы лишились режиссера, — проворчала Софи. — Мне-то казалось, что мы снимаем исторический фильм, а он все больше напоминает фарс.

— Кажется, Оли и Терезе лучше работать порознь, — высказалась Джемма. — Они только и делают, что изводят друг друга.

— Ты их совместные фильмы хоть раз смотрела? — не согласилась Софи. — Она из него выжимает то, что другим не под силу.

— А мне кажется, ему вообще пора оставить кино, — заявила Бет.

— Что-о? — воскликнула Софи.

— Почему ты так решила? — присоединилась к ней Джемма. — Он очень талантливый актер.

— Знаю, — не сдавалась Бет.

— Думаешь, он бросит все и начнет строгать тебе детишек? — съязвила Софи. — Размечталась!

— Почему бы нет? — окрысилась Бет.

— Потому что он хотя и положил глаз, да только не на тебя!

— На кого же?

— По-моему, на нашу хозяюшку, — с издевательской улыбкой ответила Софи, довольная, что лишний раз поддела Бет.

— Но она ускакала куда-то с Адамом!

— И что с того? — не унималась Софи.

— Боже мой, трещотки! — не выдержала Джемма. — Нет, что ли, другой темы для разговора?

Софи и Бет озадаченно переглянулись.

— А о чем еще говорить, если не о романах? — резонно заметила Софи.

Пока они шли по автостоянке, Адам прокручивал в уме ее вопрос о Джейн Остин. Неужели знаменитая писательница разрушает чьи-то жизни тем, что внушает людям неоправданные ожидания? И ее персонажи слишком хороши, чтобы быть достоверными? Может ли человек из плоти и крови когда-нибудь сравниться с этими образчиками совершенства? Неужели счастливый конец в книге — проявление жестокости? Искажает ли он взгляды читателя на действительность и на возможное будущее?