Идеальный герой - Виктория Коннелли

— Нет, нет, нет, — твердил он, — в бюджет мы с этим не уложимся! Надо сделать по-другому… Да, мы уже пробовали, но ничего не вышло.

Слушая его, Кей нахмурилась: киноиндустрия, оказывается, подразумевает не только красавцев-актеров и великолепные костюмы — в ней еще много всего!

— Извини, — сказал Адам через минуту. — Я его отключил.

— А разве так можно?

— Думаю, кино обойдется без меня пару часов. Пойдем, — поторопил он ее, — пора за работу.

Сначала Кей передвигалась по гальке довольно медленно, но постепенно почувствовала некое подобие транса: ноги переступали сами собой, мысли кружились в голове независимо от шагов, а глаза высматривали в песке очертания окаменелостей. В сувенирной лавке она видела очень симпатичные аммониты, и ей не терпелось самой найти такой же, но поиски оказались делом нелегким, к тому же Кей, надеясь на скорую удачу, поначалу просто слегка шевелила песок носком ботинка. Впрочем, скоро она поняла, что так ничего не отыщешь, и стала нагибаться пониже. Адам тоже старался, и Кей забеспокоилась: вдруг ему повезет раньше, чем ей? Она бросилась лихорадочно, но аккуратно переворачивать камни. Ее мало волновало, как это выглядит со стороны: главное — найти какое-нибудь ископаемое. В любом случае все, кто был поблизости, выглядели не лучше. Она решила, что Чармутский пляж — самое неприветливое место во всей Англии, потому что все смотрят себе под ноги и стараются обойти соседа.

Через десять минут Кей выпрямилась и потянулась. Больше не было сил ходить согнувшись в три погибели, и она присела на корточки.

— Если слишком увлекаться, станешь сутулой, как все копатели, — предупредил Адам, прочесывающий свой участок пляжа.

— Но почему мне ничего не попадается?

— Терпение! Надо, чтобы глаза привыкли, вот и все. Никаких секретов нет.

— Но ты вон сколько уже нашел! — воскликнула Кей, рассматривая его трофеи.

У него на ладони поместилась целая коллекция крошечных аммонитов.

— Да, но я ищу их с самого детства!

— Хм, мне не помешала бы собака-ищейка или что-нибудь в этом роде, — проворчала Кей, снова опускаясь на корточки.

И опять пределы видения сузились до квадратного метра, но как внимательно Кей ни разгребала песок, ей не удавалось ничего обнаружить. Она подняла глаза на маячившие впереди серые скалы. Они производили впечатление зыбкости и казались живыми существами, причем опасными. Их облик навевал фантазии о таинственных доисторических тварях, кишащих под спудом и готовых выбраться из своих мрачных гробниц. Стоит только налететь урагану, случиться обвалу — и они вырвутся на свободу! Адам предостерег Кей, чтобы она не вздумала приближаться к тем утесам, упомянув случай со знаменитой собирательницей окаменелостей Мэри Эннинг, попавшей однажды в оползень и едва не погибшей, так что Кей предусмотрительно держалась от них на расстоянии. Она перевела дух и снова стала искать.

— О боже мой! — воскликнул вдруг Адам.

Стоя спиной к Кей и зажав в руке долото, он склонился над темным валуном. С трудом разогнув спину, она поковыляла к нему, сгорая от любопытства.

— Что там? Что ты нашел?

— Кажется, это тираннозавр!

— Что-о? — Кей даже рот раскрыла от удивления. — Ну-ка, покажи!

Адам повернулся к ней и протянул маленького фиолетового динозаврика — плюшевую игрушку, предусмотрительно спрятанную в кармане куртки.

— Открытие века! — продекламировал он, игриво усмехаясь.

— Адам! — прыснула Кей. — Я-то думала, ты серьезно!

— Увидел его в лавке и не мог устоять, — признался он.

— А я решила, ты возвращался, чтобы купить снаряжение…

— Ладно, давай продолжим.

Кей, все еще посмеиваясь, сунула пушистого динозаврика в карман и вернулась на свой участок. Перестуку молотков о камни вторил неумолчный шум волн — Кей медленно брела вдоль пляжа в поисках ископаемых ракушек. Что скрывать, ей очень хотелось, чтобы и Оли был рядом. Он, впрочем, вряд ли оценил бы подобное развлечение. Кей однажды видела его фотографию в глянцевом журнале: он был снят на палубе роскошной яхты где-то на Средиземном море. Вот такой отдых ему нравился — совсем не то, что ползать по продуваемому всеми ветрами берегу в поисках давным-давно погибших моллюсков.

Она прервалась на минуту и издалека стала разглядывать Адама. Сколько все-таки у него терпения! Он тщательно просеивал песок и переворачивал голыши, не обращая внимания на закрывающие лицо темные пряди волос. Рукава были закатаны выше локтя, и Кей невольно обратила внимание на его жилистые, тронутые загаром руки. Нет, все-таки Адам тоже красавчик…

Понимая, что думать так — значит предавать Оли, Кей с удвоенным усердием стала исследовать песок под ногами, и вдруг — вот оно! На одном из голышей, как будто нарочно ее дожидаясь, примостился крохотный золотой аммонит. Величиной он был всего лишь с ноготь большого пальца и словно подмигивал Кей — возьми же меня, что она с радостью и сделала.

— Я нашла! Нашла! — завопила она.

Адам поднялся с корточек и подбежал к ней:

— Давай посмотрим, Дарвин ты наш.

Кей показала ему свое сокровище:

— Чудесный, правда?

— Да уж, заглядение, — подтвердил Адам, взяв аммонит и пристально его изучая. — Отличная находка.

Кей так и сияла от гордости.

— К тому же золотой!

— Медный колчедан, или «золото дураков», — пояснил Адам, отдавая Кей ее приобретение.

— Он такой прелестный, настоящая драгоценность!

Кей рассматривала аммонит на свет.

— Первая находка всегда самая удачная, — заметил Адам. — Но, думаю, в сегодняшнем соревновании ты победила.

— Я непременно его сохраню, — пообещала Кей. — Если только…

— Что?

— Как ты думаешь, Оли он понравится?

— Ты ведь только что сказала, что хочешь сохранить его для себя.

— Да, но вдруг Оли тоже такой захочется, а я всегда могу найти другой, правда?

— Не знаю, — покачал головой Адам. — Не так-то это легко. Тебе, можно сказать, повезло.

Кей на секунду задумалась. Может, Адам и прав… К тому же непонятно, что Оли станет делать с окаменелым моллюском?

— Ладно, оставлю себе, — решила она.

— Вот и хорошо.

— До чего же здесь здорово! — призналась Кей.

Глядя, как разрумянилось от солнца и ветра ее лицо, Адам невольно улыбнулся.

— Что? — нетерпеливо спросила она, догадавшись, что у него на душе есть что-то невысказанное.

— Кей… — начал он.

— Ну что?

Адам кашлянул.

— Ну пожалуйста, говори! — настаивала Кей.

Адам перевел дух:

— Я давно хотел тебе сказать…