#Бояръ-Аниме. Моров. Том 8 - Владимир Кощеев

— Пора завести себе нормального секретаря, — произнес «Косарь», поднимаясь со своего места. — А то я так до рождения сына не доживу.

Уже ступая по коридору, он перебирал контакты в телефоне, и потому не обратил внимания, что из кабинета, мимо которого проходил, вышла студентка. Но опытный чародей легко избежал столкновения, ловко отстранившись в последний момент.

— Большакова? — вскинув бровь, проговорил Василий Владимирович. — Что ты здесь делаешь в такое позднее время?

Кристина Гордеевна застыла, крепко вцепившись в учебники, которые держала в руках.

— У меня была самостоятельная работа, Василий Владимирович, — ответила она. — Нагоняю материал. А вы почему так поздно еще в академии?

— На ловца и зверь бежит, Большакова, — расплылся в улыбке «Косарь». — Скажи-ка мне, насколько я помню, чародей из тебя получается так себе. Как насчет попробовать себя в роли будущего преподавателя?

Кристина Гордеевна вспыхнула от его слов, но все же сразу отказываться не стала.

— Что мне нужно будет делать?

— О, всего лишь небольшая бумажная работа, — беззаботно махнул рукой Окунев. — Составлять и передавать отчеты. А если хочешь, я тебя лично подтяну по магии. Что скажешь?

Думала она недолго.

— Я согласна, Василий Владимирович.

* * *

Япония, один из гостевых дворцов императора.

Мужчина в кресле сложил пальцы в замок и положил на них подбородок. Черные глаза внимательно глядели на небольшой сад камней, разместившийся на столешнице. Перед монархом стоял навытяжку молодой человек с планшетом в руках, зачитывающий очередной отчет.

— Таким образом, наш бюджет уже не выдерживает никакой нагрузки, — подвел итог докладчик. — Мой император, если мы не начнем битву в ближайший месяц, наш флот нас разорит. Мы не можем себе позволить больше его содержать и не пользоваться. Все наши торговые партнеры уже сообщили, что их страны будут поднимать пошлины на торговлю с нами.

Монарх повернул голову к нему.

— Что известно из Лондона? — ледяным тоном спросил он.

Внешне ничего не выдавало истинного настроения его императорского величества Тэкэхиро. Умение держать лицо при любых ударах судьбы — первая необходимость для политика. И чем выше таковой взбирается, тем оно востребованней.

Великобритания обещала поддержать Японию флотом и деньгами. Но корабли так и не покинули своих вод, так хоть денег можно было бы стрясти… В конце концов, получить с вонючих гайдзинов оплату за то, что Япония получит назад свои острова — благородное дело. Ни один министр не возмутился от такой идеи.

Но время идет, война не начинается. Мир замер, наблюдая за тем, как английские лорды жадно пожирают друг друга. И было совершенно непонятно, чем это все кончится, учитывая официальные сообщения о том, что принц пытается остановить гражданскую войну, а его отец находится при смерти.

Но одно было ясно наверняка — чем бы ни кончилась свара в Великобритании, это решит судьбу всей европейской цивилизации. Попытка открыть фронт в Турции привела лишь к тому, что она лишилась части земель и из всего правящего рода выжил лишь один мальчишка. Арабские страны стремительно стекались вместе, спеша разодрать ослабевшего османского льва. И заодно — консолидироваться в новую империю. Исламскую империю. Голодную и жадную, воодушевленную единой верой и ценностями.

Чем это грозило Японии? Вроде бы и ничем, но… Арабский мир и так держал руку на кране, из которого плескалась нефть. Русские поддакивали правоверным, согласованно регулируя цены на ископаемые, да спешно строили атомные электростанции в песках, превращая безлюдные барханы в густонаселенные цветущие сады и города.

В Европе начались странные телодвижения, политики разных стран приступили к постепенной обработке населения, чтобы подготовить их к консолидации в единую Европейскую империю.

Китай подминал под себя Азию, действуя тихо и незаметно, подсаживал экономику соседей на свой крючок. И уже почти выдавил страну восходящего солнца с множества рынков, включая самый востребованный и обещающий прибыли — технологический. Кто бы знал еще пятьдесят лет назад, что эта нищая страна крестьян воспрянет и превратится в технологического гиганта, решительно расталкивающего вчерашних лидеров с их пьедесталов?

— Мы связались с его высочеством, — ответил подчиненный. — Но он отмахнулся от нас, заявив, цитирую: мне все равно. Иначе как отказ от взятых на себя обязательств подобный ответ расценивать нельзя, мой император.

Тэкэхиро медленно прикрыл глаза, а когда поднял веки, взялся за маленькие грабли и провел несколько раз ими по песку в своем каменном саду. Докладчик ждал решения своего монарха, стараясь даже дышать через раз.

Думал император не больше пяти минут. Если сейчас не получится добиться цели, то уже ничто не спасет ни его самого, ни всю Японию.

Грабли сломались, зажатые в кулаке, от главы государства повеяло таким ужасом, что подчиненный рухнул на колени раньше, чем осознал, что делает.

— Приказ флоту: атакуем, — ровным, но оттого не менее пугающим голосом объявил свою волю император. — И передайте всем офицерам и солдатам: Япония ждет от них только победы. Я не приму поражения.

— Будет исполнено, мой император!

Глава 22

Царьград, княжеская резиденция. Иван Владимирович Моров.

Солнечные лучи уже прогревали землю, от яркого света хотелось закрыть глаза. Но вместо этого я продолжил качать сына. Александр сладко спал на моих руках, посапывая и пытаясь засунуть пальцы в рот. Но стоило мне остановиться или хотя бы передать ребенка в другие руки, он мгновенно просыпался и начинал горько плакать.

Как можно было оторваться от него?

Рядом, распластавшись на кровати звездочкой, спала Снежка. За день и вечер княгиня так вымоталась, что была даже не в силах открыть глаза. Александр отказывался засыпать с чужими людьми, так что сперва его качала моя супруга, а затем уже я.

Сын этого не видел, но я все это время продолжал собирать обелиск защиты от ядерных ракет. Работа оказалась куда тяжелее, чем я думал изначально. Убирать вообще все ракеты было бы нереально — разный боеприпас, разные системы, даже состав оболочки меняется в зависимости от модели и производителя.

С ядерным оружием было значительно проще — начинка была практически одинакова с точки зрения магии. Калибровка по минимальному объему, который улавливался бы обелиском, занимала треть объема каменной заготовки, и сжать ее сильнее просто физически было невозможно. У меня и так получился массив из более чем трехсот ритуальных рисунков, его даже мне в голове держать было сложно.

Разумеется, сложности добавляло и то, что на руках у меня сопел сын.