История первой любви - Джина Гербер

Стеф почувствовала, что Билл потерял над собой контроль. Даже на расстоянии она ощутила жаркую волну ярости, охватившей его. Одним прыжком он подлетел к Оттилии и грубо схватил за плечи, собираясь силой вышвырнуть из дома, как ворох грязного тряпья. Та не ожидала такой бурной реакции и, похоже, испугалась.

— Нет, Билл! — крикнула Стеф.

Мигом забыв свое унижение, она думала теперь только о том, чтобы не допустить безобразной драки между бывшими супругами.

В этот самый момент на пороге появился Джефф.

Увидев, что отец, не помня себя от гнева, держит мать за плечи, тряся ее, как куклу, мальчик пронзительно взвизгнул.

— Это ты! — проорал Джефф с перекошенным ртом.

Каждый из них обернулся, думая, что подросток обращается именно к нему, но его горящие глаза были устремлены только на Стеф. Мальчишку колотило от злости, переполнявшей его тщедушное тело.

— Ты все испортила! Я хотел, чтобы они были одни!

Стеф беспомощно смотрела на него, испытывая смешанное чувство вины и стыда.

— Что ты имеешь в виду, «чтобы были одни»? — строго спросил Билл, беря себя в руки и сурово глядя то на Джеффа, то на Оттилию.

Будто не расслышав его, Джефф обратился к матери:

— Ты приехала слишком рано. Я же тебе говорил подождать, пока она уйдет.

Оттилия вспыхнула и, смущенно, как маленькая девочка, боящаяся наказания, принялась оправдываться:

— Это была идея Джеффа, — пояснила она, виновато глядя на Билла. Мальчик побледнел как мел и не сводил с нее глаз. — Ему пришла в голову безумная идея, что мы можем вновь сойтись. Ну а поскольку я осталась без жилья и мне надо было где-то ненадолго остановиться, я и решила…

Она замолчала и развела руками, как бы показывая, что пришедшая ей в голову мысль и так понятна без слов.

Лицо Билла окаменело.

— Ты хочешь сказать, что приехала сюда по приглашению Джеффа, думавшего, что мы сможем снова жить вместе, тогда как тебе требовалось всего лишь место, чтобы перекантоваться и сколько-нибудь денег?

Это было просто уточнение, а не обвинение. Но из глаз Оттилии снова хлынули слезы.

— Мальчик был так расстроен! — выкрикнула она. — Я действительно думала, ему станет лучше, если я приеду. Не ищи здесь какого-то коварного плана, Билл. Учти, это он пригласил меня!

Джефф во все глаза смотрел на мать, надеясь, что она подтвердит, что ею двигало одно лишь желание утешить сына, а не какие-то корыстные соображения. Но она этого не сделала, и подросток почувствовал себя преданным. Переполнявшие его горечь, боль и злость он выплеснул на Стеф.

— Это ты во всем виновата! — повернулся он к ней, а потом, рыдая от ярости, бросил: — Неужели ты не можешь убраться восвояси и оставить нашу семью в покое?!

Джефф резко развернулся, а когда Стеф попыталась его задержать, чтобы все объяснить, грубо ее оттолкнул и бегом бросился в свою комнату.

Стеф беспомощно взглянула на Билла, который стоял неподвижно, как гранитная скала, и Оттилию, не скрывавшую злорадной усмешки.

— Я думаю, мне лучше уйти, — сказала Стеф упавшим голосом и направилась к выходу, но Билл остановил ее.

— Нет, Стеф. Пожалуйста, не уходи. Мальчик сам не понимает, что говорит. Он просто…

Стеф высвободилась из его рук и пошла к двери.

— Я пойду, Билл. Ты сам должен разобраться в своих отношениях с… семьей.

Собрав все свое достоинство, как единственную защиту от бушевавшей в доме бури и холодного дождя на улице, Стеф медленно дошла до машины, стараясь не расплакаться. И лишь отъехав милю, она остановила автомобиль у обочины и дала волю слезам.

И все же, хотя Стеф была, конечно, огорчена, она не чувствовала себя несчастной. Если человек, за которого она только что согласилась выйти замуж, имеет сына, который ее ненавидит, и бывшую жену, мечтающую во второй раз их разлучить, это еще не конец света.

Вспомнив о своем распавшемся браке, Стеф подумала, что, если бы они с Энди имели ребенка, теперь ее ситуация оказалась бы гораздо сложнее. Как, например, у Оттилии. Но Стеф вышла из брака свободной. А значит, все не так уж плохо, как может показаться.

Она готова и будет бороться за свое счастье. Она завоюет доверие Джеффа, даже если для этого ей потребуется целая жизнь. Зато в награду получит его отца…

Глава 14

Утро следующего дня Билл встретил, угрюмо сидя на кухне перед чашкой кофе. Оттилия провела ночь в гостиной и пока еще не выходила. Может быть, она и спит как убитая, подумал Билл, но лично он даже глаз не сомкнул и готов голову заложить, что то же самое произошло и со Стеф.

Билл бросил взгляд на телефон, раздумывая, позвонить ли Стеф сейчас или чуть позже. Вдруг она все-таки уснула. Да и пока он не может ей сообщить ничего утешительного. Билл понимал, каково ей вчера пришлось, оказавшись в центре безобразного скандала. Но особенно его расстроил Джефф. После ухода Стеф Билл пытался поговорить с сыном, но тот был слишком возбужден, чтобы воспринимать какие-либо слова. Не способствовало тому и присутствие в доме Оттилии. И все же Билл знал, что обязательно выберет подходящий момент и нужные слова, чтобы все мальчику объяснить.

Как-нибудь уж он втолкует Джеффу, что любовь — это не какая-то исключительная привилегия и не вещь, которая становится меньше, когда ею делятся; что любовь Билла к Стеф ни в коей мере не уменьшает его любовь к сыну.

Джефф застегнул рюкзак и приладил к нему свернутый рулоном спальный мешок. Поднявшись, он оглядел напоследок свою комнату: стопки пластинок, обклеенные постерами стены, стереоаппаратура, подаренная отцом на день рождения в прошлом году. Джефф почувствовал в горле ком.

Печально вздохнув, он закинул рюкзак за спину и направился к двери. По пути его взгляд упал на плакат с изображением Тони Мэльюсибла.

— Еще одно нарушенное обещание, — прошептал он себе под нос и вышел из комнаты.

Билл встал из-за стола и хотел налить еще кофе, когда заметил, как через холл по направлению к входной двери быстро промелькнула тень сына.

— Джефф! — окликнул он, но тот уже выскочил на улицу, хлопнув дверью.

Оттилия выглянула из гостиной.

— Это Джефф? — сонно поинтересовалась она.

Билл бросил на нее недовольный взгляд и лишь затем перевел глаза на закрывшуюся за мальчиком дверь.

— Да, — пробурчал он. — Наверное, пошел к Тому.

И про себя добавил: просить убежища на время военных действий.

— А-а… — протянула Оттилия и вышла в холл, скрестив руки на груди.

На ней был длинный шелковый халат.

— Ты думаешь, с ним все в порядке? — спросила она с искренней обеспокоенностью в голосе.

Билл вылил остатки кофе в мойку и, глядя, как исчезает в темном отверстии коричневая жидкость, задумчиво произнес: