Воплощение замысла - Аркадий Свердлов

Гитлеровцы стреляют с моста, с набережной, из окон домов по соседству с мостом. Корабли отбиваются огнем пушек и пулеметов. На десантных кораблях в открытых иллюминаторах торчат строчащие автоматы. Бьют по врагу и те пехотинцы, что улеглись на палубе возле стреляющих башенных установок.

- Прикрыть корабли дымзавесой, - командует Клошовский.

Бронекатер пересекает реку, за его кормой встает облако густого дыма. Ставят завесы и другие корабли.

Слышим приказ Клоповского, адресованный десантным кораблям:

- По мосту из пушек не стрелять! Беречь его пуще глаза!

В клубах дыма автоматчики Э. А. Пилосяна высаживаются почти одновременно на оба берега совсем близко от моста. Решительной атакой они уничтожают гитлеровцев на мосту и подходах к нему, занимают окопы, в которых только что сидел противник. Саперы с ножницами лезут под настил и режут провода, тянущиеся к взрывным зарядам.

Боевая задача решена. Корабли получают приказ отходить. Это оказалось тоже нелегко. Фашисты подтянули к берегу реки танки и самоходки, они стреляют но кораблям. Те отбиваются как могут, им издали помогают артиллеристы берегового отряда сопровождения. И все-таки некоторые корабли получают повреждения.

Хотя наши катера покрыты броней, она у них легкая, защищает только от пуль и осколков. Более или менее надежно укрыты лишь артиллерийские установки в башнях. Корпус же и надстройки пробивает любой снаряд.

Экипажи, не прекращая огня по врагу, ликвидируют пожары, откачивают поступающую через пробоины воду. Вернулись с потерями - восемь убитых и тяжелораненых. Среди раненых югославский лоцман Будемир Петрович, не раз выручавший нас своим опытом и знаниями. Он и сегодня безупречно провел корабли сквозь руины Штадтлаубрюкке.

Двое суток гвардейцы-автоматчики отстаивали мост, пока на выручку к ним не прорвались подразделения 80-й гвардейской стрелковой дивизии. В первых рядах атакующих шли наши разведчики во главе с Алексеем Гурой.

Спасенный мост помог быстрому освобождению Вены.

Наши войска с боями продвигались дальше по обоим берегам Дуная. С ними шли корабли флотилии и ее береговой отряд сопровождения с восемью крупнокалиберными пушками на механической тяге и шестью самоходками.

Авиационная разведка донесла о большом скоплении судов в полусотне километров выше по течению. Фашистские корабли всячески избегали встреч с нами. Они были заняты черным делом - угоном и уничтожением торгового флота придунайских государств.

Мой заместитель капитан 2 ранга А. В. Загребин организовал погоню. К ней были привлечены корабли, авиация. Но противник опередил нас перегнал суда через австрийско-германскую границу, откуда начиналась американская зона оккупации. Переговоры с американцами ничего не дали: те заявили, что все эти суда являются их военными трофеями.

А нам пришлось в районе Корнейбурга постоянно держать корабельный дозор. Недобитые фашисты, укрывшиеся в американской зоне, то и дело пускали по течению подожженные баржи с нефтью, бензином. Эти пылающие острова плыли по реке, грозя бедой судам, переправам, прибрежным селениям. Бронекатера ловили горящие баржи, которые в любой момент могли взорваться, подгоняли к пустынному берегу.

У селения Ландехаат банда фашистов, перебравшаяся через пограничный горный кряж, напала на наш пост службы наблюдения и связи (СНиС). Сигнальщики и радисты под командой уже знакомого читателю старшины 2-й статьи В. И. Нисонова вступили в бой с противником, превосходившим их по численности в десятки раз. Узнав об этом, мы послали туда бронекатер. Огнем орудий и пулеметов он рассеял бандитов. Уцелевшие фашисты снова скрылись в американской зоне.

День Победы мы встретили в 2200 километрах от устья Дуная.

За успехи в освобождении восточной части Австрии Краснознаменная, ордена Нахимова I степени Дунайская флотилия была награждена третьим орденом - Кутузова II степени. 1-й Керченской Краснознаменной бригаде речных кораблей присвоили второе почетное наименование - Венская. Стали Краснознаменными 2-я Сулинско-Братиславская ордена Ушакова бригада речных кораблей, береговые подвижные батареи No 492 и No 508.

Подводим итоги действий на Дунае. Более двух тысяч километров прошли мы с боями. На этом пути высадили 18 десантов общей численностью свыше 23 700 человек. В 23 пунктах помогло сухопутным войскам форсировать реку, осуществляли и многокилометровые продольные перевозки, переправив в общей сложности 870000 солдат и офицеров, тысячи танков и самоходных артиллерийских установок, десятки тысяч орудий и минометов, огромное количество боеприпасов и других воинских грузов{16}.

Дунайская военная флотилия отмечалась в одиннадцати приказах Верховного Главнокомандования за участие в освобождении Белгород-Днестровского (Аккермана), Тулчи, Сулины, Констанцы, Белграда, Сексарда, Килошвара, Пакша, Боньхада, Домбовара, Будапешта, Эстергома, Несмея, Фенына-Галля, Тата, Комарно, Братиславы, Вены, Корнейбурга и Флоридсдорфа{17}.

Закончились бои, а боевая работа флотилии продолжалась. Ее моряки рука об руку с братьями по оружию - болгарами, чехами и словаками, югославами, румынами - очищали реку от мин и всевозможных препятствий. Эта тяжелая и опасная работа затянулась надолго.

Тралением занимались не только тральщики, но и другие корабли, вплоть до бронекатеров.

По Дунаю двигалось все больше пассажирских и грузовых судов, караванов буксиров и барж. Многие из них везли братским народам, приступившим к строительству новой жизни, продовольствие, металл, топливо, строительный лес - щедрые дары нашей страны, которая сама только еще залечивала раны, нанесенные войной, и нуждалась во всем.

Река, над которой гремели бои, стала мирной труженицей, водной магистралью, связывающей народы, настоящей рекой дружбы.

После Дунайской флотилии мне довелось еще долго не снимать военно-морской формы. Окончил Академию Генерального штаба, занимался учебным процессом в военно-морских училищах, научно-исследовательской работой.

Вместе с Адмиралом флота Советского Союза С. Г. Горшковым мы не раз побывали на Дунае. Любовались чудесными городами и селами, которые когда-то видели разрушенными и сожженными врагом. Встречались со старыми фронтовыми товарищами. С трудящимися Болгарии, Чехословакии, Венгрии, Югославии, Румынии. Они с гордостью рассказывали нам о растущем богатстве своих социалистических стран, о вдохновенном труде, о счастливой жизни людей, ставших хозяевами своей судьбы.

В Москве я много раз встречался с Адмиралом флота Советского Союза И. С. Исаковым. Мы вспоминали пережитое за войну, говорили о роли штабов в боевых действиях на море. Иван Степанович собирался написать об этом книгу. Многого не успел: безвременная кончина помешала. А мне наказывал: