Возмездие - Джиллиан Хоффман

Глава 46

Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как Си-Джей спала ночью восемь часов. Проведя ночь с пятницы на субботу на месте преступления в Эверглейдсе, где нашли останки Морган Вебер, она в сопровождении Доминика и Мэнни ранним субботним утром отправилась в бюро судебно-медицинской экспертизы, чтобы понаблюдать, как доктор Джо Нейлсон проводит вскрытие. Вторую половину дня Си-Джей провела у себя в кабинете, пытаясь определить, стоит рыбацкая хижина на земле федералов в Эверглейдсе или относится к округу Майами-Дейд. Убедившись, что все-таки к округу, Си-Джей провела субботний вечер на телефоне, слушая вопли придурка Флорса и его свиты из Управления юстиции. И только после того, как ее терпению пришел конец и она представила доказательство, что убийство совершено на территории округа, и пригрозила возбудить иск за нарушение границ и создание препятствий в отправлении правосудия, Флорс отозвал гончих из ФБР, обещая ей отомстить. Когда Си-Джей уходила, полицейские из спецподразделения прославляли ее имя. К вечеру воскресенья она была так измотана и эмоционально и физически, что, наконец рухнув в постель, даже не видела обычных кошмарных снов.

Морган Вебер. Девятнадцать лет. Блондинка. Энергичная. Красивая. Мертвая. Когда утром в понедельник Си-Джей направлялась в суд для предъявления официального обвинения Бантлингу в убийстве Анны Прадо, образ красивой модели из Кентукки не выходил у нее из головы. Увиденное в рыбацкой хижине повергло ее в шок. Морган Вебер свисала на леске с качающихся деревянных балок на потолке, ее красивое тело напоминало летучую мышь, руки и ноги широко разведены в стороны, как у акробата или «человека-змеи», шея отведена назад. Девушка умерла так давно, что тело превратилось в скелет, осталось всего несколько черных кусков плоти, свисающих с тонких костей. Ее удалось быстро опознать, поскольку под трупом нашли водительское удостоверение, заляпанное кровью. В дальнейшем идентификация подтвердилась по карточке стоматолога.

Они знали, что это Купидон. Судя по большому количеству пятен крови на полу под телом и заляпанному кровью месту преступления, Морган убили там, где и был обнаружен труп. Дикость и ужас убийства, обустройство удаленного от жилья места преступления соответствовали стилю Купидона. А точность, внимание к деталям, особое расположение жертвы могли доказать причастность Бантлинга и к этому убийству – поскольку Морган Вебер, висящая в темном сарае на невидимой леске, очень походила на летящую птицу. Похожая картина – чучела птиц в сарае за домом Бантлинга – была запечатлена на пленке техниками из бюро судебно-медицинской экспертизы.

Можно было спокойно ожидать обвинения в убийстве первой степени. Даже самые яростные противники смертной казни мало что смогут сказать в защиту Уильяма Руперта Бантлинга, когда ему придет время давать показания под присягой.

Держа в руках копию обвинительного заключения, Си-Джей вошла в заполненный зал суда, где собрались те, кто в понедельник утром пришел с ходатайствами, заключениями, а также вызванные на слушания. Там роились представители СМИ, которые, затаив дыхание, ждали официального предъявления объявления. Толпа тихо присвистнула в возбуждении, когда Си-Джей прошла к левому от прохода столу, где представители прокуратуры ждали рассмотрения проставленных в расписании дел, которые они ведут.

Обвиняемых уже доставили из тюрьмы, и краешком глаза Си-Джей видела ярко-красный комбинезон и светлые волосы на задней скамье, снова отдельно от других. По обеим сторонам Бантлинга находились конвоиры. Она избегала встречаться с ним взглядом и смотрела в бумаги.

Судья Леопольд Часкел Третий поднял глаза от расписания, составленного на утро понедельника, и заметил причину возбуждения в зале. Проигнорировав речь, которую в те минуты произносил адвокат, представлявший пойманного с наркотиками мужчину, судья обратился к Си-Джей:

– Доброе утро, мисс Таунсенд. Как я понимаю, вы у меня сегодня стоите в расписании?

– Да, ваша честь, – сказала Си-Джей, продвигаясь вперед, к возвышению для представителей обвинения.

– Похоже, что я и есть тот судья, которому повезло быть выбранным для председательствования на слушании дела по обвинению Уильяма Бантлинга, не так ли?

– Да, ваша честь, это дело – ваше.

– Хорошо. Адвокат обвиняемого присутствует в зале суда?

– Да, ваша честь, обвиняемого представляет Лурдес Рубио, он также находится в зале суда, – отозвалась Лурдес. Обращаясь к суду, она поднялась.

– Хорошо. Тогда давайте разберемся с этим делом. – Судья Часкел повернулся к адвокату защиты, который все еще пытался что-то говорить, и сказал суровым голосом: – Мистер Мадонна, я займусь вами и вашим подзащитным через несколько минут. Не нужно хандрить. Пожалуйста. Ведь сейчас только понедельник, а вы на этой неделе еще три раза стоите у меня в расписании. Хэнк, принесите мне дело Бантлинга.

Судья Леопольд Часкел был мечтой прокуратуры, воплотившейся в реальность, для председательствования на судебном процессе. Он раньше был государственным обвинителем и ничем не напоминал трусливых судей, которых беспокоит защита. Он справедливо относился к обеим сторонам, выслушивал всех, но допускал лишь минимум стенаний и не позволял фокусов с эффектными трюками. После него дела очень редко возвращались на пересмотр.

– Так, начнем. Стороны, пожалуйста, представьтесь для протокола.

– Си-Джей Таунсенд, государственный обвинитель.

– Лурдес Рубио, адвокат защиты, – объявила Лурдес, подходя к возвышению, отведенному для защитников.

– Мы собрались здесь для рассмотрения дела по обвинению Уильяма Руперта Бантлинга. Сегодня двадцать первый день с даты его задержания. Обвинение, вы готовы сделать заявление?

– Да, ваша честь. Большое жюри приняло решение о предъявлении обвинения Уильяму Руперту Бантлингу в убийстве первой степени Анны Прадо. – Си-Джей протянула секретарю обвинительный акт.

– Очень хорошо, – сказал судья Часкел и взял документ из рук секретаря. – Мистер Бантлинг, вы обвиняетесь в убийстве первой степени. Как вы ответите на это обвинение?

– Не виновен, – объявила Лурдес. Бантлинг молчал, сидя на своем месте. – Мы отказываемся от права официального зачитывания обвинения, заявляем о невиновности и требуем суда присяжных.

– Представление собранных доказательств должно быть произведено не позднее чем через десять дней, госпожа государственный обвинитель.

– Нет, ваша честь, – послышался голос Рубио. – Я разговаривала со своим подзащитным, и он заявил, что не желает знакомиться с доказательствами. Просит только побыстрее назначить дату начала процесса.

Судья Часкел нахмурился.

– Мисс Рубио, это процесс по обвинению в убийстве первой степени, и на кон поставлено очень многое. Что вы имеете в виду, заявляя, что ваш подзащитный не желает знакомиться с собранными доказательствами?

– Именно это, ваша честь. Я объяснила ему, что у него есть право ознакомиться с собранными доказательствами, но он от него отказался.

Теперь судья Часкел перевел вопросительный взгляд с Лурдес на Бантлинга.

– Мистер Бантлинг, вам только что предъявили обвинение в убийстве первой степени. У вас есть право ознакомиться с доказательствами, которые собрала прокуратура, право поговорить со свидетелями, которых они намерены пригласить для дачи показаний. У вас есть такое право в штате Флорида, если вы решите им воспользоваться.

– Я понимаю, – кивнул Бантлинг, ни на мгновение не отводя взгляда от судьи.

– Если вы выбираете отказ от права ознакомления с собранными доказательствами, то вы не можете в дальнейшем, если вас признают виновным, обращаться с жалобами на непредоставление вам доказательств. Вы это понимаете? Вы, таким образом, отказываетесь от права подать апелляцию.

– Я понимаю, ваша честь.

– И, учитывая это, вы все равно отказываетесь участвовать в ознакомлении с собранными доказательствами и беседе со свидетелями обвинения?

– Все правильно, ваша честь. Я разговаривал с представляющим меня адвокатом и знаю, что мне предлагается, и я не хочу заниматься изучением доказательств.

Судья покачал головой.

– Ну ладно. Тогда давайте установим дату начала процесса. Что у нас есть, Джанин?

Джанин, секретарь суда, подняла голову.

– Двенадцатое февраля две тысячи первого года. Дата подтверждения – среда, седьмое февраля.

Лурдес откашлялась.

– Ваша честь, мистер Бантлинг хочет, чтобы процесс прошел как можно быстрее. Можно ли назначить более раннюю дату?

– Вы понимаете, что это дело по обвинению в убийстве первой степени, мисс Рубио?

– Да, ваша честь. Но таково решение моего клиента.

Судья пораженно покачал головой.

– Хорошо. Мы готовы удовлетворить запрос. Джанин, назови другую дату, пораньше. В декабре, пожалуйста.