Сталин шутит… - Лаврентий Гурджиев

61

Два немецких солдата мерзнут в окопах Сталинграда. Первый с тоскливой мечтательностью спрашивает:

– Если бы сейчас перед нами появился фюрер, что бы ты сделал?

Второй реагирует молча и стиснув зубы – поднимает руку в нацистском приветствии.

– А если бы появился Сталин?

Второй так же молча, но подобрев, поднимает вверх обе руки.

62

Русские идут в атаку с громким «Ура!». Немецкие солдаты отстреливаясь, говорят офицеру: «Надо отходить, господин обер-лейтенант». Тот отвечает: «Еще не время». Русские идут в атаку, матерясь: «Даешь Берлин, мать вашу!..» – «Давайте отступать, господин обер-лейтенант», – «Еще не время». Русские пошли в атаку с кличем «За Родину, за Сталина!». Обер-лейтенант первым выскакивает из траншеи и кричит своим солдатам: «А вот теперь драпаем, да поживее!»

63

Сталину доложили: Гитлер покончил с собой, труп сожжен, осталась горсть праха. Предложение членов Советского правительства – развеять по ветру. А Сталин против. Пояснил: засыплем в песочные часы, пусть послужит, сволочь, и пусть по этим часам работают пленные немцы…

Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок. Вон сколько гитлеров развелось в сегодняшнем «демократическом» мире. Сколько песочных часов наполнить можно…

64

В 1942 г. Черчилль нанес свой первый визит в Москву. Английской делегации было оказано подобающее гостеприимство. Но во время переговоров англичане сидели с зелеными лицами, а Черчилль через каждые полчаса извинялся и ненадолго покидал совещание. Сталин попросил у него объяснений.

– Я думаю, у нас у всех пищевое отравление, – буркнул Черчилль.

«Получилось…» – удовлетворенно подумал Сталин, но сочувственно разводил руками:

– Мы все сделали для того, чтобы вы чувствовали себя как дома. Напитки, продукты – все английское, даже соль.

65

К вопросу о том, кто самым активным образом участвовал в войне.

Бог устроил дознание руководителям всех воюющих сторон.

Спрашивает Сталина:

– Почему вы воюете?

– На нас напали и мы защищаемся.

Поворачивается к Гитлеру:

– А вы?

– Мы нуждаемся в жизненном пространстве.

Смотрит на императора Хирохито:

– Ваш ответ?

– Великая Азия для азиатов.

Обращается к Рузвельту:

– Вам-то чего не хватает?

– Нам нужны военные заказы, надо укрепить доллар…

Трясет задремавшего Черчилля:

– Проснитесь, а что вы скажете?

Черчилль удивился:

– Но, сэр, кто вам сказал, что мы воюем?

66

Обещаниями открыть второй фронт союзники долго морочили нам голову.

В 1943-м во время встречи в Тегеране Рузвельт и Черчилль наперебой расхваливали сибирские дивизии, которые замечательно проявили себя под Москвой и Сталинградом, и неожиданно попросили у Сталина: дайте нам их двадцать или хотя бы десять.

– Зачем вам они? Я дам войска получше – из учащихся-суворовцев[26].

– Но это же совсем дети.

– Ну и что. Они подрастут к тому времени, когда вы второй фронт откроете.

67

Сталин выговаривал союзникам:

– Вы обещали открыть второй фронт в 1942 году и не сдержали слова. Обещали – в 1943 году и опять не открыли его.

Черчилль пытался все обратить в шутку:

– В конце концов, мы подвели вас только дважды. Два раза простительна даже супружеская измена.

– Не скажите, – возразил Сталин. – А срыв поставок по ленд-лизу, а присылка недоброкачественной военной техники… Иная женщина тоже оправдывается: изменила, мол, всего-то разика два: в первый – переспала с футбольной командой, во второй – с симфоническим оркестром.

68

В Тегеране Сталин добился от союзников максимально возможного. Те были вынуждены пойти на уступки Советскому Союзу практически по всем обсуждавшимся вопросам. Раздосадованный Черчилль упросил Рузвельта помочь ему испортить настроение торжествовавшему Сталину. Они разработали целый сценарий того, как посадить Сталина в лужу.

Утром в последний день их встречи, когда все собрались за общим столом, Черчилль сказал:

– Мне такой интересный сон приснился. Как будто я на приеме у всевышнего, подаю ему прошение – позволить Англии владеть половиной мира. И тот пообещал.

Рузвельт подхватил:

– Да, да, и мне приснилось похожее. Я просил у всевышнего отдать Соединенным Штатам половину мира и, представьте себе, получил согласие.

Оба деятеля ликовали про себя, полагая, что Сталину нечего сказать, что он посрамлен, ибо при дележе мира на его долю ничего не досталось. Но Сталин не спеша раскурил трубку и небрежно промолвил:

– Что ж, нам снятся почти одинаковые сны. Я тоже сегодня ночью виделся со всевышним. Он явился ко мне с докладом и с вашими заявлениями. Но, знаете ли, я на оба заявления наложил идентичную резолюцию – отказать!

69

Утверждают, что это тоже не анекдот, а быль:

Февраль 1945 года, Ялта. Прощаясь после завершения исторической Крымской конференции глав трех держав антигитлеровской коалиции, Черчилль и Рузвельт говорят Сталину:

– До свидания, до встречи в Берлине.

Сталин гостеприимно отвечает:

– Милости просим.

70

На той же конференции зашла речь о том, как распределять репарации с Германии.

– По количеству победителей, – предложил Рузвельт.

– По длительности участия в войне, – предложил Черчилль.

– По тру-до-дням, – с расстановкой заявил Сталин.

71

Идет конференция в Ялте. В окно Ливадийского дворца, где заседают Сталин, Рузвельт и Черчилль, влетает шмель. Поочередно жалит президента, премьер-министра и, не тронув Сталина, улетает. Потирая укушенные места, оба господина причитают: за что он нас, ах, за что он нас?

Сталин:

– А чего вы хотите, если от вас и от ваших разговоров за версту липой несет.

Продолжением анекдота можно считать диалог Сталина с Брежневым на том свете. Оба сидят при полных регалиях. Тепло, птички поют, пчелы жужжат… На шесть золотых звезд Героя, что на груди Брежнева, постоянно садятся пчелы, он их еле успевает отгонять. На одинокую звезду Героя Социалистического труда, что на груди Сталина, ни одна пчела не садится[27]. «В чем причина?» – недоумевает Брежнев. «В том, что у меня звезда настоящая, а у тебя все липовые», – отвечает Сталин.

72

По одним сведениям в этой истории речь шла о всем Крымском полуострове, по другим – только о Воронцовском дворце. В нем жил Черчилль во время Конференции 1945 года. Это чудо архитектуры XIX века с живописным парком, до революции принадлежало генерал-губернатору графу М.С Воронцову, откуда и получило свое название. Пораженный изумительно красивой природой южного берега Крыма и роскошью отведенной ему резиденции, Черчилль обратился к Сталину с просьбой продать: а) Крымский полуостров, б) Воронцовский дворец. Но важно не то, что именно он просил, а то, что ответил Сталин.