Испытание огнем - Нэнси Розенберг

— Мы так и не смогли ее найти, — сказала Холли, бросив быстрый взгляд на Стеллу. — Мы тщательно обыскали помещение, где хранятся вещественные доказательства, но ничего не обнаружили. Позволю себе в этой связи напомнить уважаемому суду, что утраченный предмет крайне невелик, а с момента совершения преступления прошло уже около шестнадцати лет.

— Мы не можем продолжать слушание, пока означенная улика не будет предъявлена суду, Ваша Честь, — громко сообщила Стелла. — Я вынуждена просить суд о переносе сроков рассмотрения дела. Миссис Оппенгеймер, как мне кажется, утаивает данную улику намеренно.

— Ваше предложение о переносе сроков разбирательства принимается, — кивнула судья Мэддокс, — но мне хочется поговорить с вами лично у себя в кабинете. — Сказав это, судья назначила время нового разбирательства и удалилась.

Холли и Стелла с минуту поколебались, а затем последовали за судьей через заднюю дверь в апартаменты Мэддокс. Офис судьи был довольно обширен и хорошо обставлен. Большой стол красного дерева с мраморной столешницей был помещен в углу комнаты, а круглый стол для совещаний располагался ближе к окну. Обе женщины подождали, пока судья заняла свое место, а потом расположились в креслах, стоявших напротив ее стола.

— Я не потерплю петушиные бои у себя в суде, — произнесла Мэддокс. — Надеюсь, вам ясно, что я хочу сказать?

— Не смотрите, пожалуйста, на меня, — сказала Холли, помахивая ногой. — Это она бросается беспочвенными обвинениями.

— Дайте мне возможность объясниться, — негромко проговорила Стелла. — Эта женщина ненавидит меня, Ваша Честь. Она ведет против меня что то вроде необъявленной войны, причиной которой стала ревность и профессиональное соперничество. Я ничего не требую от уважаемого суда, кроме справедливости, а ведь на это может рассчитывать любой обвиняемый.

— Что за чушь! — закричала Холли, покраснев. — Она все это выдумала. Моя единственная цель — наказать убийцу. Если она считает, что таким образом я веду с ней войну — что ж, значит, это действительно война. Но я называю это исполнением своих служебных обязанностей.

— Тогда, может быть, лучше подключить к делу другого прокурора? — устало предложила судья Мэддокс. — Сложилась парадоксальная ситуация — мне никогда не приходилось видеть на скамье подсудимых прокурора, который бы обвинялся в уголовном преступлении. К тому же не так давно вы работали в одной команде. Данную ситуацию можно толковать как своего рода конфликт интересов.

— Вы не можете передать это дело другому прокурору, — заявила Холли, вставая и наклоняясь к судье через стол. — Какой, к черту, конфликт интересов?! Мне было бы безразлично даже, если бы на ее месте оказалась сама Мать Терезия! Что же нам в самом деле делать? Позволить всякому преступнику самому выбирать себе прокурора? Она не хочет, чтобы я участвовала в процессе, потому что отлично знает, как я настроена. Я собираюсь добиться обвинительного приговора! — Она указала пальцем на Стеллу. — О, это такая хитрая и лживая особа, Ваша Честь! Она знает систему судопроизводства, как свои пять пальцев, и пытается использовать все, чтобы увильнуть от ответственности!

— Достаточно, — произнесла судья Мэддокс и протестующе подняла руку. — Вы ясно высказали свою точку зрения, миссис Оппенгеймер. — В этот момент на столе судьи зазвонил телефон, и она подняла трубку, давая тем самым понять, что аудиенция окончена.

Глава 12

Сэм ждал в багажном отделении аэропорта Лавфилд. Стелла и Бренда Андерсон прилетели вместе четырехчасовым рейсом. Бренда решила сразу же забрать свой автомобиль со стоянки, поскольку договорилась о встрече с Беном Гроуманом, которому собиралась объяснить причины своей столь бурной деятельности. Поскольку в одиночку дальше двигаться она не могла — расследование требовало привлечения дополнительных средств, — ей прежде всего следовало заручиться поддержкой Гроумана.

Как только Сэм высадил Бренду в Ричардсоне, он повернулся и поцеловал Стеллу в губы.

— Я ужасно волновался, — сказал он. — Ну, теперь-то ты сможешь хоть недолго побыть в Далласе? После происшествия в ресторане мне бы спалось значительно лучше, если бы ты осталась здесь.

— Слушание дела отложено, сообщила она Сэму, — но нам придется вернуться на исходную позицию, если потерянное вещественное доказательство все-таки будет представлено. Бренда считает, что чрезвычайно важно получить возможность провести собственную проверку, когда этот кусочек металла найдется.

Сэм переключил внимание на поток машин, некоторое время они молча ехали по эстакаде, затем добрались до четырехполосного шоссе.

— Послушай, разве этот предмет так уж важен? Ты думаешь, это нечто большее, чем часть кухонной утвари, например?

— Вопрос не в том, что это такое, Сэм, — ответила Стелла, невольно повышая голос от волнения, — нас волнует, что за этим кроется. В официальном списке вещественных доказательств сказано, что на месте преступления были найдены куски металла со странными надписями. Бренда смогла разобрать несколько букв, но без пропавшей частички мы не в состоянии понять смысл написанного.

Они попытались увеличить скорость на шоссе, но в час пик поток транспорта двигался с черепашьей скоростью.

— Хорошо, но даже если один кусочек отсутствует, заметил Сэм, — разве нельзя по какому-нибудь рапорту уточнить эту информацию?

— В том-то и дело, что нет, — сказала Стелла. — Интересно, что ни в одном рапорте, помимо официального списка вещественных доказательств, кусочки металла не фигурируют. В окружной прокуратуре или не обратили на них внимания, когда дело расследовали в первый раз, или кто-то специально изъял их тогда, когда меня арестовали. — Она ухватила его за руку. — Неужели ты не понимаешь, Сэм? Ведь их мог оставить настоящий убийца.

— Ты подозреваешь кого-то другого, не Рэндалла?

— Именно так, — ответила Стелла. — Рэндалл слышал, как мой отец с кем-то спорил на пороге дома тем вечером, когда вспыхнул пожар. Полиция считает, что Рэндалла убила я, опасаясь, что он даст показания, но мне кажется, убийца — тот самый человек, что ругался с моим отцом. Если это он устроил поджог, то, вполне вероятно, он был в курсе некоторых заявлений Рэндалла и стал опасаться, что полиция вот-вот выйдет на него. Поэтому он и убил единственного свидетеля, рассчитывая, что таким образом лишит прокуратуру возможности довести дело до конца. Предположим, он догадывался, что против него существует какая-то улика, но пока дело оставалось в архиве, это его не слишком волновало. Когда же вновь появился Рэндалл, он понял, что над ним нависла угроза, поскольку по моей инициативе процесс мог возобновиться в любой момент.

— Так, значит, ты думаешь, кусочки металла и были этой важной уликой?

— Да, — ответила Стелла, наблюдая за тем, как обгонявшая их машина едва ли не вплотную пронеслась мимо. — Ладно, — вдруг добавила она, словно продолжая спорить с невидимым оппонентом, — а что если убийца и в самом деле оставил что-нибудь внутри дома в ту ночь? Он мог, к примеру, потерять кольцо, часы, браслет со своими инициалами? Представь себе, что все эти годы он молил Бога только об одном: как бы кому-нибудь в голову не пришла мысль соединить разрозненные кусочки оплавленного металла!

— По-моему, убийца прежде всего надеялся, что подозрения падут на тебя, Стелла, — сказал Сэм. — Если бы он знал, что сообщил прокурору Рэндалл, то, конечно, понял бы: его показания обличают именно тебя. Убив его, он совершил ошибку, поскольку теперь дело вернули на доследование. Таким образом, снова появилась возможность обнаружить эту пресловутую улику.

— Но ему и в голову не могло прийти, что я окажусь под подозрением, — возразила Стелла. — Как-никак я все-таки окружной прокурор, Сэм. Да и кто мог подумать, что органы правосудия займутся преследованием своего же прокурора! Я сама была просто в шоке, когда узнала, что на меня заведено уголовное дело. Кроме того, неизвестно, знал ли убийца, что я угрожала Рэндаллу в присутствии свидетелей за день до того, как его убили.

— Ты разве не понимаешь, какую опасную игру затеяла, Стелла? — произнес Сэм и сердито на нее посмотрел. — Ты делаешь решительно все, чтобы снова заставить убийцу действовать. Прежде всего ты поднимаешь шум вокруг пропавшего кусочка металла, ясно давая ему понять, что с их помощью надеешься обнаружить настоящего преступника. Уж если этот человек убил Рэндалла, чтобы избежать разоблачения, то более чем вероятно, что он начнет охотиться за тобой.

— Может быть, — сказала Стелла, и в ее голосе послышался с трудом скрываемый страх. — Но я не собираюсь трусливо прятаться. Как ты не понимаешь? Я просто не могу себе этого позволить. Единственный способ обезопасить себя — это найти настоящего убийцу.