Время драконов - Андрей Ездаков

Виктора такой маневр немного позабавил, ибо после всего случившегося он ощущал себя в состоянии позаботиться и о себе, и об окружающих лучше, чем кто бы то ни было. Однако не стал противиться. Надо, так надо. В конце концов, если им придется столкнуться с людьми Андрея Владимировича, то пусть они пока ничего не подозревают о его особых боевых способностях.

Евгений Анатольевич подвел их к входной двери, открыл ее и пригласил следовать за ним. Все, кроме группы из трех бойцов, вошли в помещение. Видимо, Виталий отправил эту тройку охранять периметр или хотя бы главный вход в здание.

Внутри было темно. Естественно, суббота - не рабочий день.

Прошли большой холл и через широкие двустворчатые двери вошли в маленький уютный боковой.

- Располагайтесь пока здесь, - сказал директор по науке. - А я вызову из дома нужных специалистов и обслуживающий персона.

Михнев внимательно наблюдал за Евгением Анатольевичем, но так и не смог поймать его взгляд, глаза того непрерывно "бегали". Это напрягло Виктора еще больше, и он тихо, сквозь зубы шепнул своим "телохранителям": "Проследить".

Ребята беспрекословно повиновались и быстро двинулись следом за представителем компании.

Михнев осмотрел свой отряд. "Евростандартовцы" были настороже, а вот "научное крыло" явно расслабилось. Супруги привольно расположились на широком диване, обтянутом синей тканью. Алексей и Геннадий, не торопясь, принялись распаковывать свои сумки. Даже Вика, похоже, не чувствовала его беспокойства и, усевшись на кресло с высоким подголовником, с удовольствием на него откинулась.

Ситуация не нравилось Виктору все больше. Он встал, быстро прошелся по холлу, выглянул в окно. Похоже, пока не было никаких внешних причин для волнения и все же внутри Михнева начал разгораться энергетический "пожар".

- Вещи не распаковывать! - резко бросил он всем и, обернувшись к Виталию, спросил: - Есть связь с группами?

Тот четко кивнул, и Виктор увидел в его ушах "паутинки" наушников, совмещенных с микрофоном.

- Внешней группе непрерывно докладывать о состоянии дел, - распорядился Михнев, - пусть постоянно что-нибудь тихонько говорят или напевают. Без перерывов. Любое пропадание звука - сигнал боевой тревоги.

Помощник кивнул, отошел к окну и отдал быстрые распоряжения. Похоже, его не до конца поняли, поэтому он повторил задание несколько громче и добавил кое-какие выражения из богатого русского языка.

Тем временем Виктор подошел к дивану. Коллеги с недоумением смотрели на него.

- Кто такой Евгений Анатольевич? - обратился он к Забелиным, - Давно его знаете? Что он за человек? Охарактеризуйте, коротко.

Последнее слово Михнев добавил не случайно. У него возникло странное ощущение удушья. Как будто кто-то затягивал тугую петлю на шее. Возникло ощущение надвигающейся катастрофы. Какой - неизвестно, но тут разум вынес предположение о возможном нападении спецподразделения, предупрежденного и наведенного кем-то. Организм уже разогрелся вовсю и для перехода в "боевой режим" не хватало только маленькой искры.

Ольга заговорила медленно, как будто специально растягивая слова:

- Это ... Евгений Анатольевич ... мой дядя ... Двоюродный ... Знаю его ... еще с детства ... Он хороший ... добрый и ... умный.

А вот последнее Виктору не понравилось. Интересно, насколько дядя умный? Настолько, чтобы связаться со службой безопасности?

Ольга встала с дивана, и, продолжая все также не торопясь рассказывать о достоинствах своего родственника, стала медленно прохаживаться по комнате. Только теперь Михнев понял, что движется и говорит она с нормальной скоростью, это он сам уже вышел "на рубеж" и хотя еще не перешел в "боевой режим", но воспринимает окружающее несколько по-иному.

Тем временем женщина дошла до окна и повернулась обратно, лицом ко всем. В то же мгновение Виктор стал берсерком и вроде даже успел заметить пулю, разбившую большое затемненное стекло и буквально разорвавшую голову Забелиной. Все дальнейшее происходило, словно в замедленном кино. Михнев, стоящий в глубине холла почти у двери, все видел, понимал и почти ничего не успевал сделать.

По возможности растягивая слова, чтобы услышали и нормально поняли, он прокричал: "Всем на пол!" После этого, вдоль правой стены рванулся к креслу, из которого медленно поднималась Вика. Краем глаза он заметил, как ужасно исказилось лицо Александра, вскочившего с дивана и с нечеловеческим воплем кинувшегося к падающей вперед жене. Химик получил третью пулю, ибо вторая раздробила висок Геннадию.

Снайперов, похоже, было много, и все собравшиеся в комнате оказались в западне. Продолжая двигаться в "загустевшем" воздухе к подруге, Виктор почувствовал "свою" пулю. Нет, он ее не увидел, но ощутил, что она уже покинула ствол винтовки. Резко наклонился и ускорил движение, сместив тело влево. Затем снова распрямился, находясь уже почти в центре комнаты, и заметил пролетевший справа комочек смертоносного металла. Тот промчался с шуршанием и "чмокнул" стену.

Михнев снова рванулся вперед, подхватил Вику и буквально влетел в правый от окна простенок. Левый оккупировали Виталий - в начале обстрела сразу же опрокинувшийся назад вместе с креслом и один "евростандартовец" - как и Виктор, находившийся в глубине комнаты. Прямо под подоконником распластался на полу Алексей Галкин с располосованной и обильно кровоточащей левой щекой - ему просто повезло. Остальные были мертвы. Собственно, и девушка должна была погибнуть. Но от испуга она так резко поднялась, что опередила свою смерть. Предназначавшаяся ей пуля воткнулась в подголовник кресла, а от второй ее спас резкий бросок Михнева.

Тот час же на улице перед входом завязалась короткая перестрелка и быстро стихла. Виктор вопросительно взглянул на помощника, тот вслушался в наушники и отрицательно покачал головой. Михнев хотел напомнить ему о двоих бойцах, находящихся в глубине здания, но Виталий уже сам что-то говорил в микрофон. Здесь профессионалу ничего подсказывать было не надо.

Комната превратилась в западню, поскольку все подступы к двери простреливались. Положение казалось безвыходным. Им не выбраться из этого дурацкого холла. Виктор понял, что он-то может уйти, пули не достанут его при скоростном броске с несколькими изменениями направления движения. Однако для других этот путь был заказан. Михнев разозлился, и в голове просветлело.

Он, наконец, понял предназначение нескольких клавиш управления на стене. Судя по всему, эта комната порой использовалась в качестве зала для просмотра видеоматериалов, и над окнами на больших бобинах были скручены плотные шторы-экраны. Со стороны же помощника имелись рукоятки для опускания и регулировки жалюзи. Это выход.