Извини, парень - Ксения Васильева

Убедившись, что напугал Елену, Касьян удалился, а она медленно пошла в свою квартиру.

Поехал Касьян не к себе, а к Ирине: там уже как-то сложился штаб операции.

В.Н. спал, а Ирина просто вцепилась в него: рассказывайте!

На что Касьян солидно заявил: подождите, Ирина, давайте усядемся за кофе и тогда поговорим.

На это Ирина зашипела громким шепотом (не хотелось будить Володечку, он только-только задремал, измаявшись): вы что, Касьян, нарочно меня заводите? - Нет, - засмеялся Касьян, - я вас вовсе не завожу, я, когда говорю всякую необязательность, кое что ещё продумываю. - Ну так вот, Ирина Андревна, пальчики-мальчики сходятся. Здесь Стасика, там - Лешечки и... тоже Стасика!

Ирина ахнула. - Прибрелись в нашу компанию дам и королей ещё двое... Сначала я не мог никак их пристегнуть, а потом стало складываться. Хотите послушать? А я заодно прокачаю версию, идет? Готов ваш кофе?

Ирина кивнула, глядя на него с восторгом. Он это отметил и преисполнился благодушного довольства, - приятно, шут побери! - Так вот, дорогая моя, наша первая пара: Стас - Лина.

Стас узнает, видимо, от Лины про какие-то ценности у её сестры в доме. Как она о них узнала, пока оставим. Но узнала недавно, так мне думается. Стас узнает и сразу строит себе алиби, правда, довольно хилое - я же говорю, когда действуют непрофессионалы - беда с ними, - засмеялся Касьян, - он уверен, что ему на все хватит времени... Пожалуй так, по моим расчетам...

Лина тоже выдумывает сестру и жениха. У пары организовывается несколько дней, в которые их не станут разыскивать.

Они берут эти ценности, вернее, берет Стас и, напоив Лину чайком или спиртным с клофелином, щедро сыпанутым, удаляется, увы, куда, пока неизвестно... Но надеюсь на добрый случай, который нам поможет. Лина, естественно, остается...

Тут возникает фигура. Некто, возможно, из прошлого, которое не так уж и дальнее, знает про ценности и, к счастью, появляется у Лины, спасая её от неминуемой смерти. Спасает, привозит в больницу и исчезает. На время. Он ещё слабо надеется, что все, что он ищет, - не найдено. Надеется, что появится человек-убийца и порыскает в поисках чего-то еще, да и сам тоже собирается все проверить, а вдруг, невзначай, что-то и осталось? И тут вы... Человек этот все же не совсем бандит, иначе... Он ищет как бы свое. А ваш Стасик в бегах, - закончил первую часть Касьян. Ирина возмутилась: почему вы все время говорите - "ваш"! Он вовсе не наш, а, скорее, ваш!

Касьян улыбнулся. - Теперь, вы правы, он наш, только пока не материализовался. Но за этим, даст Бог, дело не станет! И, конечно, мне бы очень хотелось ухватить этого ночного спасителя. Ухватим. Думаю, он нам порасскажет!

Ирина сидела вялая и нахмуренная, ей хотелось кое-что спросить, но не знала как, и решила бахнуть, как получится. Вопрос, который она собиралась задавать, был не из простых и болезненный. - Касьян, - сказала она, скажите, только откровенно. Если нельзя откровенно, лучше не отвечайте ничего. Я пойму. Чтобы для меня это стало так же ясно, как и для вас. Лина - подозреваемая? Она - сообщница?

Касьян ухватился за последние слова. - Вот именно, - сообщница и подозреваемая... Если это деньги её сестры, то да, она - сообщница, подозреваемая, но вместе с тем, - потерпевшая. Если это деньги ТЕ, то есть, возможно, украденные её мужем, о которых она только узнала и...

Тогда она, вроде бы, и не при чем. Жертва обманов.

Рассмотрим нашу вторую пару: Кика и Леша. Здесь не забудьте, что" пальчики" у Кики в доме и Лешины, и Стаса, это важно. Кика заявляет, что не появится долго, муж - де, злится. Это значит, что она заранее задумала что-то. Так? Так.

Исчезает Кика. Исчезает и Леша, с которым она, надо думать, договорилась. Но он никому ничего не сообщает, - не умеет врать в глаза, может, и умеет, но Кика его в этом плане боится: ляпнет какую-нибудь несусветицу. Поэтому ему лучше тихо исчезнуть: алкан, уже такое бывало, а она в любимом клубе не появится.

Но за дело эти двое все же берутся, либо в отсутстви полковника, либо, что вполне возможно и в присутствии. Ключи-то у Кики, - может и не открыть любимому мужу. Очищают полковничьи закрома, и тут что-то происходит... И Лехе приходится её забирать с собой, под видом пьяной, больной и прочего соответственного. Куда он её увез, и далеко ли?.. Думаю,скоро она найдется. В каком вот виде - неизвестно. Там ещё почему-то был и Стас... Наш пострел везде поспел. Или Леха его зазвал в помощь себе? Сама Кика? Пока не очень увязывается здесь милейший Стасик. Но то, что главная закоперщица, - даже если и жертва, - Кика, я почти уверен!

Ирина робко вмешалась. - Но, если она главная, то, может быть, Леша...

Касьян покачал головой: нет, Леша замешан. Пальчики-то его есть?

Он хотел развить свой сюжет дальше, но тут зазвонил телефон,

Ирина взяла трубку... И тут же передала ему: вас, Касьян.

Звонила Елена ( он оставил ей телефон лининой квартиры).

Уже на ходу он бросил: - Вот и предпоследний акт драмы.

Ирина крикнула:

- Касьян, я вас жду! - но он уже её не слышал.

Касьян стоял перед Еленой в прихожей, и она, захлебываясь словами, говорила ему о том, что она очень волновалась, когда звонила, но это необходимо. И ещё какую-то чушь и ерунду, и он плохо понимал, чего от него хотят.

Но ровно через секунду понял: из двери, ведущей в гостиную-столовую, вышел Юрий Федорович, полковник. Собственной персоной.

Касьян был из крепких парней, и нервы у него, прямо скажем, были канатного типа, но тут он еле устоял на ногах, - вот уж примочка, так примочка!

Вид у Юрия Федоровича был неважнецкий: бледный, одутловатый, с мешками под глазами и небритой щетиной. Он сказал: - Не ожидали? Я и сам не ожидал, что позову все же вас. А все она, - и полковник кивнул на Елену, и в этом кивке, - Касьяну не почудилось, нет! - были нежность и доверительность. ... Кикуля мужика утеряла, подумал Касьян, оговорившись тут же, если жива... Честно? - спросил Касьян, чуточку придя в себя, - никак не ожидал. Пойдемте, - потухшим голосом пригласил полковник, махнув рукой в сторону гостиной, - выпьем по рюмочке, и я вам все расскажу. Устал я неимоверно. Они сели в гостиной. Елена, раскрасневшаяся и взволнованная, подала хорошую выпивку и закуску (вот для кого холодильник забит! Опять прокололся Касьян, но кто бы мог подумать?!) и вышла.

Полковник её не задерживал, а Касьян, пожалуй, бы и оставил: реакция ее... то да се... И вместе с тем, при ней полковник, возможно, и не будет до края правдивым.

Касьян молчал, ожидая исповеди полковника, а тот собирался с силами, выпивая рюмку за рюмкой. - Знаете, Касьян, - сказал он вдруг сразу, - мне ведь никто не звонил и выкупа не требовал, - и зорко посмотрел на Касьяна, на его реакцию, но сыщик сидел тихонький, как отличник на проверочном уроке. - Я все придумал, - по новой начал полковник, - чтобы мне ото всех скрыться. Я ведь деньги присвоил, - заявил он, будто даже с гордостью.

(Русского если уж несет на раздрай, то он и в позапрошлогодней малой драчке признается и ещё прибавит, что он Ваську убил, а Васька рядом стоит и глазами от изумления лупает...) - Ограбил свою фирму, лучшего своего друга... - продолжал полковник, и Касьян вспомнил сухопарого мрачного мужика, президента фирмы, который о полковнике ничего почти не сказал, и Касьяну показалось, что президент ничего не знает о жизни Ю.Ф. и им не интересуется. А оказывается - старый друг! Повнимательнее надо быть, господин сыщик, потщательнее, как говорит Жванецкий! Прокол, Касьян, опять прокол! Нюх теряешь. - Но я а долг верну. Не найду денег, - себя продам... - сообщил полковник.

Он говорил с паузами, во время которых, видимо, набирался духу и сил. ... Кому ты, старый перец, нужен! Продаст он себя! - подумал Касьян, но тут же решил, что произойдет ещё грабеж века: Елена, чтобы купить полковника с потрохами, ограбит банк. - А началось с моей супруги, Александры Константиновны. Я знал, что она скучает, что ей одиноко, и она как-то сказала, что хотела бы выезжать прямо в доме за город, на природу, и там жить, сколько хочешь... Дачу не хотела. Стал красть. Грабить. Своих же. Но я её в этом, именно в этом, не виню. Виноват я. И я отвечу. А что она меня ограбила, это гнусно. Хотя поделом вору и мука! Сказала б мне, сколько ей надо, я бы ей дал. Я же давал - за любовь ей платил, да какая там любовь! Просто, чтобы в постель пустила, хоть раз в две недели... - полковник замолчал и покрылся потом.

Сколько же сил унесло у него это признание!

Касьяну вчуже стало страшно.

Он тоже молчал, понимая, что спрашивать ничего не надо. ... Догадался полковник, что Кика его ограбила! А знает ли, что не одна? - У меня в жизни никого не осталось... - продолжил полковник, хлебнув крепко водки из стакана, - она и Серый, Сергей Иванович, мой шеф и старый друг... Ни сестер, ни братьев, никого. И вот такая незадача: Серого я обманул, а Кика - меня. Я понимаю теперь, что она меня всегда ненавидела. Я себя обманывал всю жизнь, жил с закрытыми глазами. Мне их открывали! Да, знал я все! Прощал. Потому что любил и верил, что сумею своим отношением завоевать её. Но её завоевать невозможно. Никому.