Граф, я против этого брака! - Кристина Миляева

цеплялась за его растрепанные волосы и чувствовала, как его пальцы давили на впадину на пояснице и опускались ниже к заднице, стискивая ее жесткими пальцами.

Литые мышцы подрагивали под моими пальцами, и я понимала, что Накануар вот-вот потеряет над собой контроль. И этот факт заводил еще сильнее. Выбивал из головы все мысли, и я с силой опустила ладонь уже на его подтянутую пятую точку. Удар получился такой силы, что ладонь заболела. Но на эту шалость любовник лишь застонал и начал наконец-то двигаться во мне. Совершая резкие толчки, задевал заветную точку внутри и, казалось, проникал до самого желудка, в попытках исполнить мое желание и заставить меня забыть обо всем.

Глава 18. Пелена наслаждения

Я отчаянно желала, чтобы это безумие не прекращалось. Он заявлял свои права на меня. Кусал, метил, покрывал всю кожу цветными пятнами и толкал все дальше в бездну возбуждения. Чтобы в порыве безумной страсти связать наши души воедино. Я впервые так отчаянно желала, чтобы близость не прекращалась. Словно он был моей путеводной звездочкой, ведущей по этому серому миру. Никогда бы не подумала, что, влюбившись в монстра, захочу остаться с человеком. Такого и нарочно не придумать!

— Потеряй контроль, ты только моя и не думай ни о чем, — Накануар издал звериный рык, едва сдерживая страсть, плещущуюся в его расширенных от возбуждения зрачках. — Будь хорошей девочкой и подари мне свои стоны. Не зажимай рот, я хочу чувствовать, насколько тебе хорошо. Что ты готова ради меня на все.

— Пожалуйста, заткнись, — едва нашла я в себе силы, простонать подобное.

— Хорошо, — зарычал он, отталкиваясь от меня и сжимая оба запястья над головой и смотрел на меня потемневшими глазами, в которых читалось желание сожрать меня без остатка. — Будь, по-твоему, но утром не жалуйся, что у тебя все болит и синяки по всему телу. Я предупреждал, что не смогу себя контролировать.

— А кто сказал, что ты я против такого? — вильнув бедрами, простонала я. — Ты не первый в моей постели и далеко не единственный. Ведь я, как будущая глава Альянса, могу вычеркнуть тебя из своего окружения и завести огромную толпу любовников. Хоть целый гарем.

— Верно, — резким, опасным тоном ответил он. — Именно так ты и можешь поступить. Но я не уверен, что кто-нибудь помимо меня сможет терпеть под боком ведьму. А я уже привык к тому, что заперт в этом доме и ты станешь частью этого безумного мира. В котором мы будем тонуть каждый день.

— В чем дело? — мой язык заплетался, когда он с силой подавался вперед, врезаясь в меня бедрами, в неумолимо-бешенном темпе выбивая воздух из легких и заставляя судорожно хватать ртом спертый жар. — Не можешь поверить в то, что теперь какая-то ведьма властвует в твоей душе, а ты не можешь сам себя за это простить?

Тонкие пальцы, обхватившие запястья, крепко удерживали сен на месте, не позволяя усугубить ситуацию. Все что я могла делать, безостановочно стонать и язвительными комментариями подогревать наше с ним общение. Пока он вытряхивал меня в матрац как истинный представитель рода монстров, я плавилась и задыхалась от переизбытка чувств и эмоций. Несмотря на то, что Накануар все еще находился в беспамятстве, именно он сейчас главенствовал в этой импровизированной битве. Именно он контролировал темп и требовал от меня лишь получать удовольствие и подчиняться его правилам.

— Держи свой ротик на замке, — хрипел он между толчками. — Если не хочешь, чтобы помимо засосов у тебя огнем горела задница.

— Или что? — язвительно протянула я, вставая на лопатки от самого мощного проникновения.

— Или я не стану сдерживаться и возьму тебя силой, — его глаза расширились от переживаемого наслаждения. — Так, чтобы ты не могла и слова вымолвить между толчками.

— Ты не посмеешь этого сделать, — самоуверенно заявила я.

— Уверена? — усмехнулся Накануар.

— Да, — я с вызовом смотрела на него следя за тем, как он отстранился и провел ладонью по моему животу. — Ибо сам знаешь, что мне это слишком сильно понравится и я стану требовать продолжения.

— Только посмотри, как ты прекрасна, — парень аккуратно коснулся моей нежной кожи, пальцами обводя торчащие горошинки сосков. — Лежишь подо мной наполненная моим членом. Только посмотри, как ты хорошо принимаешь меня.

— Думаешь меня это пугает? — я приподнимаюсь на локтях и смотрю туда, где соединились наши тела. — Мне нравится. Если бы я была против, то ты бы и пальцем не смог ко мне прикоснуться. Таков закон этого мира. Сильный правит балом.

— Однажды ты будешь вынашивать моих детей… — он надавил пальцами чуть ниже пупка, где головка его члена распирала все изнутри. — Животик наполнится и раз за разом будет бережно оберегать моих наследников. Боги, я словно с ума схожу.

— Даже не думайте, ваша светлость, — зашипела я не хуже змеи. — Такого никогда не будет!

— Ты это серьезно? — спросил у меня любовник.

— Я против брака и против детей! — тряхнув головой, откинулась я обратно на подушку. — Своей участи для них я не хочу.

— Тогда у меня есть все шансы вас переубедить, миледи, — гортанно зарычал он, — а потом еще пару раз хорошенько трахнуть и надеть колечко на ваш пальчик. Один раз я уже этот фокус провернул, значит и второй удастся.

Я судорожно сглотнула слюну и мелко задрожала, чувствуя, как давление ладони стало сильнее. Из-за этого каждый толчок ощущался еще мощнее. Казалось, что еще немного и у меня из глаз посыплются искры. Но в одночасье, он сменил темп и словно издеваясь начал плавно покачивать бедрами, практически не выходя из меня. Застонав от неудовлетворения, вызванного этим садистски медленным темпом, я впилась взглядом в лицо своего уже не лохматого любовника. Она и не подозревала, что он все еще чувствует то же самое, что и несколько лет назад.

Внимательно следя за тем, как уголки его губ растягивались в издевательской улыбке, а в глазах вспыхивало торжество, я могла думать лишь о легких, практически неощутимых толчках, глубоко в своем естестве. Пальцы неторопливо пробегали по моим бедрам и подтаскивали еще ближе. Каждое прикосновение заставляло кожу пылать, а грудь ходить ходуном. Он не был дик или необуздан. Напротив, как хищник, прекрасно знающий, что его жертве уже не сбежать, он играл со мной и не позволял очнуться от пьянящего дурмана наслаждения.

Я тянулась ближе, подавалась, подстраивалась, ловила его губы и выдыхала стоны, перемеженные с мольбами. Обхватывала своего страстного любовника за шею и притягивала к себе, снова опускаясь на матрац, принимая весь вес его