Ричард Длинные Руки – властелин трех замков - Гай Орловский

– Разбойники? – изумился Ревель. – У разбойников не хватает сил ограбить священника, если он под охраной двух-трех солдат…

– Я имею в виду заезжих, – объяснил Клотар. – Они иногда просачиваются через кордон, собираются в большие группы, а потом нападают на караваны и даже замки. Если удается захватить врасплох, быстро грабят и уходят. А если дают отпор, тоже уходят.

Альдер проворчал:

– Непросто дать отпор, когда нападения не ждешь… Бывает, не успевают опустить решетку ворот!

Крепость выглядела жалкой: полуобвалившиеся башни, мелкий ров, к тому же высохший. Подъемный мост поднят, створки ворот закрыты плотно, но привычной металлической решетки я не заметил вовсе.

В лесу стучали топоры. К несчастью, крупные деревья стоят на краю леса, на моих глазах одно с шумом обрушилось, сразу десятка два полуголых дикарей бросились к нему с топорами, обрубали сучья, вершинку, умело и старательно затачивали комель, превращая его в подобие кончика гигантской пули.

Потом с криками и воплями начали поднимать, я представил себе, как с разбега побегут к воротам и ударят, стало нехорошо: один-единственный удар разнесет ворота в щепки.

– Это не наша война, – сказал я твердо, – мы рыцари… я, во всяком случае. Но я не дурак, чтобы бросаться на защиту справедливости… К тому же еще неизвестно, кто там в замке! Вдруг такая скотина, что эти волосатые покажутся ангелами…

Они все трое слушали внимательно и серьезно. Я – старший, и если поведу на все войско – пойдут, воинская честь увильнуть не позволит. Тут главное, чтобы не дать команду.

– Вообще-то принято помогать тому, – проговорил Альдер нерешительно, – на кого напали…

– Принято, – согласился я. – Вот многие этим и пользуются. А то и вовсе делают вид, что на них напали! А затем так дают сдачи, что мокрого места не остается… Нет, у нас своя задача. Надо как-то на ту сторону…

– Как?

– Не знаю, – огрызнулся я. – Грубер же проскочил?

– Грубер мог успеть до нападения, – заметил Альдер.

Клотар покачал головой.

– Нет, следы совсем свежие. Грубер ускользнул буквально только что. Думаю, в его отряде есть колдун, который отвел глаза нападающим. Если сильный колдун, то могли просто проехать через весь лагерь, на них не обратили бы внимания.

Мне стало еще тревожнее, я вздохнул, собрался с силами, сказал как можно тверже:

– Можно, конечно, изобретать хитроумные варианты, но давайте поступим очень просто. Поедем открыто, но быстро. Будем улыбаться, размахивать руками. Нас всего четверо, никто не сочтет нас угрозой. Постараемся проехать через весь лагерь, а там дадим деру мимо крепости. Кони у нас такие, что хрен догонят. Вот такие мы рыцари.

Альдер смотрел в ту сторону, откуда мы прибыли, вздохнул.

– Пятеро?

– Что? – переспросил я.

– Пятеро нас, – пояснил Альдер. – Наш монашек-то не робкого десятка.

Облачко пыли приближалось, из него вынырнул на скачущем муле брат Кадфаэль. Он без устали понукал животное, и мул не мчится, а летит, только из-за коротких ног уступил гонку с горячими конями. Я уже чуть было не предложил пересесть на одного из аргамаков, ведь в запасе два редких скакуна, но вспомнил про церковные запреты, сказал сердито:

– Ну и сглупил ты, брат!

– Все в руце Божьей, – ответил брат Кадфаэль, запыхавшись.

– Бог-то Бог, – проворчал я, – да и сам… того, руками двигай. Мы сейчас просто поскачем через лагерь! Это опасно.

Он посмотрел в глаза кротким взором, но я увидел и укор. Мне ли говорить об опасности тому, что с креста читал проповеди о милосердии и пел псалмы?

К счастью, единственный шатер расположился на той стороне долины, вожак нападающих демонстрирует своим и осажденным, что не страшится вылазки, мы пустили коней в галоп, чтобы не отвечать на вопросы, да нас и не спрашивали, каждый занят делом, мы неслись через лагерь, мечи в ножнах, а руки на виду, морды стараемся сделать ликующими.

То один, то другой поднимали головы, группа воинов попробовала остановить нас, я отмахнулся:

– Некогда, некогда!.. Важное сообщение!

Зайчик попер грудью, угрожая стоптать, перед ним расступились, мы помчались в сторону шатра. Трое крепышей с мечами наголо охраняют вход, но, думаю, предводитель вряд ли отсиживается в такую минуту, я прокричал на ходу:

– Важное сообщение! Кому…

Один из телохранителей указал в сторону ворот. Там ударный отряд колотил бревном в ворота, что все еще держатся, сверху сыплются камни, льется кипящая вода и горячее масло, летят стрелы. Воинов с бревном прикрывает отборный отряд с единственным рыцарем во главе, во всяком случае, этот гигант в полных рыцарских доспехах распоряжается, сам лезет в опасные места, на него валят целые глыбы, он лишь содрогается от ударов, но упрямо прикрывает огромным щитом таранщиков.

Мы неслись в их сторону, затем я крикнул:

– Теперь все зависит от скорости!.. Не останавливайтесь!

– А вы? – крикнул Альдер в беспокойстве.

Клотар тоже оглянулся, но смолчал, хотя в глазах тот же вопрос.

– Я догоню, – ответил я громко. – Ну, черепахи!

Я пропустил их вперед, оставшись в арьергарде, а затем поскакал к рыцарю. Пес весело несся рядом, забегал то справа, то слева. Едва я появился у ворот, в меня тоже полетели стрелы. Хорошо, этим понятно, с кем я, Зайчик остановился в пяти шагах от рыцаря, я прокричал:

– К тебе на помощь идет отряд барона Маркшейдера!

Рыцарь оглянулся, крикнул разозленно:

– Какого дьявола… Кто такой Маркшейдер?

Пес подпрыгнул, испугав его коня так, что рыцарь едва не вылетел из седла, а я воскликнул ликующе:

– Мой господин, сейчас я его встречу и приведу! У тебя будет войско вдвое больше!

Развернув Зайчика, я пустил его вскачь, пес понесся рядом, а потом, видя, куда скачем, обогнал и присоединился к самому последнему из отряда, брату Кадфаэлю.

Зайчик набирал скорость, я старался, чтобы несся как очень хороший скакун, пусть даже самый лучший в мире, но все-таки ничего волшебного. Несмотря на то что почти все защитники сосредоточились над воротами, все же с угловой башни в нашу сторону полетели стрелы. Будь наш отряд намного крупнее, защитники перебросили бы сюда и стрелков побольше, весь узкий проход между стеной крепости и отвесной горой был бы забит трупами, но и сейчас в скачущих били стрелами из узких бойниц почти в упор, я видел, как зашатался и ухватился за конскую гриву Альдер, как начал заваливаться набок Ревель, только Клотар на скаку поводил в воздухе щитом, уже похожим на спину разъяренного дикобраза, успевал оглядываться остальных.

В брата Кадфаэля не стреляли, монашеская ряса и отсутствие оружие служат лучшей защитой, а Ревель выпал из седла, распластался, попробовал встать на колени, я сбавил скорость, нагнулся и с усилием подхватил его к себе на седло. На мгновение нахлынула слабость, но тут же ушла, а Ревель захрипел, выплюнул сгусток крови и сказал с изумлением: