Алые слезы падших - Майк Манс

всего три минуты после звонка, наспех одетый, вышел из кольца в приёмный зал, представитель охраны молча указал ему на дверь, за которой его ждали.

Что произошло? Сон сняло как рукой, хотя Хейз переживал, чувствовал себя виноватым, входя в помещение. Как будто он студент и опаздывает на экзамен. Или дежурил и заснул, и вот идёт разбор инцидента.

В огромном помещении стоял традиционный стол, вокруг которого сидели трое кениан, двое силкоранцев (вроде одна была женщиной, военные Нач-Сил-Кора носили одинаковую форму и короткие стрижки), один лорнаканин и одна фаианка. Кроме них было восемь голограмм, ещё двое силкоранцев в военных регалиях, парравиане обоих полов, хотя, может, и одного, их сложно различить, но не из-за формы, а в силу биологической близости и отсутствия ярко выраженных вторничных половых признаков. Остальные четверо являлись представителями рас, названий которых Ричард ещё не выучил.

Вокруг стола шёл амфитеатр, где за столами сидели ещё десятки, если не сотни разных военных чинов. Высокий потолок… сначала Ричарду показалось, что это ночное небо… но это не было небом Кен Сса – над ними развернулась объёмная карта.

– Ричард Хейз! – он повернулся на голос Вол-Си Гоша, тот спешил к нему со второго ряда амфитеатра. Лицо было очень напряжённым. Ричард огляделся. Такое же выражение лица было практически у каждого собравшегося. Особенно его удивили дрожащие руки у силкоранки, сидящей за столом. Судя по нашивкам, она служила военным атташе, насколько Хейз успел запомнить знаки различия Нач-Сил-Кора. Вол-Си Гош взял его за руку и почти бесцеремонно повел к столу, посадил в свободное кресло и встал за спиной. Что за честь?

– Уважаемый Ричард Хейз, – обратился к нему председатель, пожилой кенианин, сидящий напротив. – Мы разбудили вас, потому что нам срочно нужна ваша консультация. А также для того, чтобы извиниться.

Ричард всё ещё ничего не понимал и промолчал. Какую консультацию он мог дать? В чём извиниться?

– Ричард Хейз, – на этот раз говорил очень серьёзный силкоранин-голограмма, – вы неоднократно передавали свои сомнения касательно истинной мощи З’уул и наших возможностей. Совет не принимал сведения с Земли в расчёт. Мы приносим за это свои извинения. Согласие дорого заплатило за то, что недооценивало ваш опыт. С сегодняшнего дня Земля принята в военный совет.

– Спасибо… – начал Ричард, но голограмма его прервала.

– Не время. Только что закончился бой в системе Нагозз Семнадцать Ти. Это мёртвый мир за поясом Ориона, – продолжал силкоранин. Само собой, Хейз слышал его через мыслепередачу, услужливый переводчик взял корректное наименование Пояса Ориона, но название звезды отсутствовало в английском языке, поэтому было переведено лишь частично. – Забегая вперёд, я сообщаю вам, что победа далась нам слишком большой ценой. Нашего флота больше нет.

Ричард почувствовал холод. По рукам, спине и шее пробежали мурашки. Артур оказался прав. Чёрт! Все восемь месяцев он, Ричард Хейз, пытался достучаться, сам до конца не веря в мысли Уайта, считая, что могучее Согласие всё предусмотрело. Но старый астрофизик с Земли оказался мудрее.

– Сейчас мы покажем вам краткий обзор боя. Остальным будет не лишним пересмотреть некоторые детали. Внимание наверх, – заявил председатель от Кен Шо. После чего кресла трансформировались в лежачее положение, и свет погас. Краем глаза, уже погружаясь в космическое пространство, Ричард заметил, что Вол-Си рядом нет. Видимо, он вернулся на своё, не столь почётное, как у Хейза место.

Звёзды начали приходить в движение, и он понял, что карта приближается. В центре высветилась одна из звёзд, наверное, как раз та самая с числом семнадцать в названии. Красно-оранжевая, видимо, красный гигант. Или красный карлик? Вокруг по сфере выстроился рой небольших синих точек.

– Это авангард З’уул, – пояснил чей-то голос в голове. – Они ожидали нас, выбрав в качестве места битвы систему красного гиганта в двадцати световых годах от центра небольшого звёздного скопления из полусотни звёзд. Вокруг вы видите более тысячи восьмисот звёздных линкоров.

Карта приблизилась к рою. Корабли находились на значительном расстоянии друг от друга, но их была тьма. Когда одна из «звёзд смерти» выплыла из тьмы и приблизилась, зависнув над головой, Хейз невольно вздрогнул.

– Диаметр сто двадцать километров, масса пять триллионов тонн каждый, – продолжал вещать голос, и от этой сухой статистики Ричарду стало плохо. Пять триллионов тонн? Что за чудовищная промышленность смогла создать подобное страшилище? – Несмотря на массу, они весьма проворны.

Корабль отдалился, и фокус сместился на приближающиеся зелёные точки – корабли Согласия. Их было сильно больше, но Хейзу казалось, что все они влезут в один единственный линкор врага.

– Первый этап битвы, – начал говорить, видимо, адмирал Нач Сил Кора. – Противник начал расширение сферы, группируясь и формируя общие защитные поля. Проблема возникла именно здесь. З’уул пустили малые истребители.

На карте произошло приближение к одной «малой» группе линкоров З’уул, которые выпускали ряды истребителей, сотни из каждого. Приблизилось изображение одного из истребителей. Они выглядели как конусы.

– Малый корабль-истребитель, – объяснил голос, – длина сорок два метра, максимальный диаметр десять метров. Не оборудованы, судя по всему, межзвёздным двигателем, но обладают высоким энерговооружением за счёт экономии места, несут мощную пушку, какие-то непонятные, но слабые торпеды и, видимо, бомбы. – Изображение снова удалилось, показывая систему, заполненную синими точками, как море. – Всего выпущено миллион сто пятьдесят тысяч таких кораблей. Это стало помехой. Одновременная битва против такого числа противников, связанных управлением оптимизирующих программ, оказалась не столь быстрой, как хотелось. Они группировались примерно по сто-сто двадцать кораблей, каждая группа целила в один из наших кораблей. То есть во все наши корабли. Мы применили тактику хаотического зажатия и перешли ко второму этапу.

На схеме всё изменилось. Замершие было корабли Согласия начали исчезать и появляться в разных местах, в том числе внутри «сферы» – между звёздной и линкорами противника.

– Наш первый флот ворвался внутрь сферы, остальные корабли принялись запутывать противника, не давая ему сосредоточиться. Сначала это привело к успеху – после каждого прыжка мы выпускали разрушающий зонд внутрь корабля врага и прыгали дальше, не давая им корректно перемещаться и прицеливаться. Судя по всему, они не обладают такой возможностью, корабли не могут прыгать с такой частотой, мы совершали по тридцать-сорок прыжков в секунду. Битва перешла на автоматику.

Ричард с восторгом и тревогой глядел, как тают нестройные ряды конусообразных истребителей. Испарялись даже звёзды смерти.

– Но тут мы ошиблись второй раз. Мы знали, что они могут выдернуть корабль из прыжка, но З’уул сформировали более мощное поле – перекрыли прыжки всем нашим кораблям внутри сферы.

И правда, флот, зажатый между звездой и врагом, замер, корабли остались без