Научи меня любви, профессор - Рина Мирт

с этим поделать и он вернулся обратно к окну, шумно втягивая воздух. Лилиан тем временем отложила фото в сторону и внимательно смотрела на декана.

— Что ж, мистер Фокс, ваши доводы убедительны. Вы сделали всё чтобы добраться до меня. Но у меня есть вопрос. Если я соглашусь помочь вам попасть в Сенат, что я получу взамен?

— Конечно же моё молчание и мою поддержку, когда вы сядете в президентское кресло. Я замолвлю словечко за Фрилинга, и он получит мою должность. От этого союза все только выигрывают.

— Могу я вам предложить кое-что?

— Я весь во внимании, сенатор, — учтиво проговорил Фокс. Он наслаждался своей победой и не мог этого скрыть.

— Я помогу вам попасть в Конгресс, вы получите моё покровительство. Взамен, ваше молчание и вы возвращаете моего брата на его должность в ближайшее время. У меня немного другие планы на счет моего сына.

Эрику не понравилось, что о нём говорят в его же присутствии в третьем лице, но промолчал. Он так стиснул зубы, что они заскрипели, он предоставил матери как более опытному игроку разруливать эту ситуацию.

— У меня нет с этим проблем сенатор. Я согласен.

— Отлично, — ровно проговорила женщина. — Будьте завтра на связи, мы обсудим вашу предвыборную компанию, также набор подходящей команды. И приготовьтесь, в ближайшее время вам придется много ездить: перед тем как вы объявите о вашем намерении, я хочу вас познакомить с влиятельными людьми. Ну и, конечно же, после этого придется много ездить по штату.

— Я готов ко всему.

Они еще некоторое время сверлили друг друга взглядами, а затем альбинос поднялся с места.

— Боюсь, я должен прощаться. У меня скоро самолёт. Спасибо, госпожа сенатор, что уделили мне время, я знал, что мы найдем общий язык.

Он повернулся к Эрику и лишь сказал: «Увидимся, профессор», а затем удалился.

Как только дверь за ним закрылась в кабинет тут же вошла Эмили Хант.

Лилиан сидела с фотографиями в руках и смотрела перед собой невидящим взглядом, обдумывая что-то. Гейл видел её отражение в окне и тяжело дышал: он знал, что такое поведение матери это лишь затишье перед бурей. Он мысленно готовил себя к очередной порции упрёков и критики.

Сенатор тяжело выдохнула и нарушила гнетущую тишину:

— Эмили, выясните, кто сделал эти фотографии и есть ли у этого человека еще подобный материал. Наверняка этот шмок обратился в частное детективное агентство, а может даже и в несколько. — женщина протянула ей конверт с фотографиями, — Далее, я хочу, чтобы за деканом установили слежку и узнали, где он прячет весь компромат и кто еще знает об этом. На сбор этой информации я даю два дня. — Сенатор сделала паузу, думая еще кое о чем, потом добавила, — Еще я хочу, чтобы завтра у меня на столе лежала полная информация о нём, с момента рождения. Особенно подробности его стажировки в посольстве. Можете приступать к выполнению. Мне нужно поговорить с моим сыном наедине.

42

Хант как ветром сдуло. Некоторое время кабинет заполняла абсолютная тишина. Лилиан тяжело вздохнула и двинулась в сторону Эрика. Он повернулся, встречая её гневный взгляд. Несколько мгновений она сверлила его глазами, а затем со всей силы влепила ему звонкую пощечину.

— Как ты смог вляпаться в такое дерьмо?! — Зашипела женщина.

Он смотрел в сторону, чувствуя пульсацию на месте удара и прерывисто дышал.

Его мать, тем временем, продолжала распекать его:

— Даже когда ты был подростком, ты не творил подобного! Чем ты только думал?! — На глазах женщины выступили горячие слезы, но её голос оставался ровным, а взгляд таким же злым.

Эрик повернул голову и посмотрел ей в глаза, ему нечего было сказать. Женщина развернулась и бодро зашагала в сторону алкогольного комода и трясущимися руками налила себе виски.

— Я встречался с ней только у себя дома. Я понятия не имею, как Фокс наловчился раздобыть эти фото. — Проговорил мужчина.

Сенатор с громким звуком поставила стакан на бар и резко развернулась.

— Из всех женщин, что живут в Бостоне, в кого ты мог сунуть член, ты выбрал свою студентку?! Ты выжил из ума?!

Ярость опять застелила глаза Эрика.

— Не смей так говорить! Андреа — моя девушка…

— Ой, оставь, пожалуйста, — перебила его мать небрежно махнув рукой, — сколько в твоей жизни было таких девушек. И ни одной из них не удавалось тебя обвести вокруг пальца, а этой удалось. Что ты думаешь, что я вчера родилась? Фокс уже давно хотел подобраться ко мне. Он сам подослал её к тебе, чтобы ты переспал со студенткой и у него был на тебя компромат! И когда он получил от неё подтверждение, что дело в шляпе тогда и сфотографировал вас. Он умён. Поэтому все ваши фото сделаны со стороны, чтобы ты думал, что она не причастна. А не с какой-нибудь скрытой камеры, которую она могла подсунуть тебе и записать ваши плотские утехи! Они работают вместе. — Заключила женщина.

— Что за чушь ты несёшь? — Отчеканил мужчина, — Фокс точно так же шантажирует и её. Если её исключат, она…

Но женщина снова перебила его:

— Довольно! — Она эмоционально вздернула руку, — Уже не важно. Важно то, что мы будем со всем этим делать. — Она сложила ладони вместе и поднесла их к лицу и протяжно выдохнула, а затем продолжила уже спокойным тоном:

— Мы сыграем с ним в его грязную игру его же методами. Пока у меня не будет достаточно информации, мы будем ему подыгрывать. Ты уйдешь из MIT немедленно, но только когда я скажу, в первую очередь, мы должны вернуть твоего дядю на его законное место. Этим займусь я, как только я дам тебе добро, ты тут же идешь и пишешь заявление об увольнении. Если он захочет обнародовать компромат, мы сможем заявить, что у вас была связь уже после того как ты уволился. — Лилиан сделала паузу, — Ты покинешь Бостон и вернешься в Филадельфию или в Нью-Йорк и займешь мое место как председатель совета директоров. Мы созовём новое собрание, на котором я отменю предыдущее решение и назначу тебя. Я улажу этот момент с Эндрю сама.

— Я не могу сделать этого, — спокойно произнёс мужчина, — Я не могу бросить Энди, особенно после всего того, что произошло.

Лилиан окинула сына взглядом полным презрения:

— Если я права насчет неё, а я права — она сама бросит тебя. Потому что Фокс получил то, что хотел. Ну, пусть пока думает, что получил.

— Не смей о