Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле - Дэвид Дуглас

В это же время возникает план подыскать не менее законного, чем нормандский герцог, наследника английской короны, но среди представителей западно-саксонской королевской династии. Выбор пал на Эдуарда, сына Эдмунда Отважного, который с 1016 года находился на положении изгнанника в Венгрии. В Англии он был малоизвестен, тем не менее, переговоры начались, и приблизительно в 1057 году Эдуард приехал в Англию вместе со своей женой Агатой и тремя детьми – Маргарет, Эдгаром и Кристиной. Непосредственное участие в организации поездки в Англию принял император, который предоставил в их распоряжение блестящий эскорт и богатую казну. Как и в случае с принцем Альфредом, визит имел большой политический резонанс. И так же как и тогда, закончился он трагически – Эдуард неожиданно скончался, так и не успев добраться до королевского дворца. «Мы не знаем, была ли его кончина связана с тем, что кто-то не желал, чтобы он встретился со своим царственным родственником, – восклицает хронист того времени. – Но это было огромным несчастьем, и самым печальным для всех было то, что Эдуард покинул этот мир практически сразу же после прибытия в Англию». Прямых обвинений здесь нет, однако сомнения автора в том, что несчастный Эдуард умер естественной смертью, очевидны. Его появление на политической арене расходилось с планами не меньшего количества влиятельных лиц, чем когда-то возвращение в Англию Альфреда. Кто-то из них вполне мог помочь новому претенденту уйти из жизни. С этого времени граф Уэссекса Гарольд начал задумываться о том, что наследником английской короны мог бы стать и он сам.

После 1057 года граф Гарольд быстро вознесся на самые вершины власти. Поскольку претендентов на королевский трон в Англии не осталось, он с полным правом мог считать себя самым знатным феодалом страны, а смерть графов Леофрика и Ральфа позволила расширить территорию, контролируемую его семейством. К своим личным владениям он добавил Херефордшир, Восточная Англия перешла его брату Гирту, а другой брат, Леофвин, получил огромное графство, простирающееся от Букингема до Кента. Вне их контроля осталось лишь урезанное в размерах графство Мерсия. Граф Мерсии Эльфгар всеми силами пытался сохранить свою независимость, ведя практически непрекращавшиеся вооруженные столкновения с могущественными братьями. Чтобы выстоять, он обращался за поддержкой к королю Северного Уэльса Гриффиту и даже к предводителям скандинавских дружин, опустошавших английское побережье. Несколько раз он был вынужден отправляться в изгнание, но вновь возвращался в Мерсию. Такой беспокойной жизнью Эльфгар прожил до 1062 года и передал графство своему сыну Эдвину. Однако Эдвин был очень молод и не обладал всесокрушающей энергией отца. Оказать серьезного сопротивления графу Уэссекса он не смог. В 1064 году Гарольд достиг апогея своего могущества, став почти полновластным хозяином Англии. Именно с этого момента хронисты стали называть его «sub-regulus», что можно перевести как «заместитель короля» и даже «соправитель». Уже никто не сомневался, что великий граф прицелился к английской короне.

Такой поворот событий затрагивал интересы не только герцога Нормандии. Граф Вексена Уолтер, как внук Этельреда II, вполне мог претендовать на трон Англии. Примерно такие же права имел Юстас, граф Булони и зять герцога Вильгельма. Но наибольшую опасность для графа Гарольда представляла реакция скандинавских владык. После смерти Магнуса королем Норвегии стал брат святого Олафа Гарольд Хард-раада, человек необычайного мужества и безграничных амбиций, о приключениях которого уже в то время слагали легенды. Он прекрасно понимал, что договор, некогда заключенный Магнусом и Хартакнутом, дает ему официальное право претендовать на английский престол, и был готов подкрепить это право всеми доступными ему средствами. Появление в Англии еще одного претендента понравиться ему не могло. В 1058 году сын Гарольда Хардраады с отцовского благословления собрал в Дублине и Хебридсе большой флот и совершил нападение на Англию. Набег был неудачным, но, по всей видимости, это была лишь проба сил перед более масштабной военной операцией, которую провел сам Хардраада в 1066 году.

И все-таки наиболее веские основания для вмешательства в английские дела были у Вильгельма Нормандского. К тому же как раз в это время у него, наконец, появилась реальная возможность побороться за английское наследство, поскольку, пока в Англии шло возвышение графа Гарольда, герцог Вильгельм постепенно становился самым могущественным правителем Северной Франции. К 1062 году ему представилась возможность извлечь из своего нового положения практическую выгоду. Война в Мене окончилась победой герцога, что стало ключевым моментом в создании условий для успешного проведения английской кампании четыре года спустя.

Стоит напомнить, что после захвата Манса Жофреем Мартелем в 1051 году изгнанный оттуда граф Мена Герберт II нашел убежище и поддержку у герцога Вильгельма. Тогда был заключен договор, согласно которому в случае, если Герберт умрет бездетным, его права на Мен перейдут к герцогу Нормандии. Договор был дополнен соглашением о двойном брачном союзе: граф обещал жениться на дочери своего покровителя, а его юная сестра Маргарет была обручена с сыном герцога. В 1062 году граф Герберт II скончался. Герцог Вильгельм немедленно заявил о передаче прав на управление Меном своему сыну. Но в графстве образовалась влиятельная антинормандская оппозиция, которая делала ставку на графа Вексена Уолтера, женатого на тете Герберта II Биоте. Вильгельм ответил на брошенный ему вызов быстро и решительно. Одна часть нормандской армии была срочно направлена в Вексен, а другая во главе с самим герцогом вошла в Мен. Мгновенной победы одержать не удалось. Но в 1063 году нормандцы захватили Манс и начали его укреплять. Одновременно были реконструированы два герцогских замка – Мон-Барбе и Амбриер. Вместе эти три крепости позволили контролировать практически всю территорию графства. А после пленения и казни Жофрея Майенна герцог Вильгельм стал полноправным хозяином Мена.

Присоединение этой территории к Нормандии серьезно изменило военно-политическую ситуацию в Галлии в целом, что, бесспорно, повлияло на более масштабные события, начавшиеся в 1066 году. Принимая решение о походе через Ла-Манш, Вильгельм мог быть уверен, что никаких угроз его герцогству в Северной Франции не существует. Граф Уолтер и его супруга Биота, также захваченные во время штурма Манса, вскоре скончались при довольно подозрительных обстоятельствах. Клан владетелей Вексена был расколот имущественными дрязгами, и главенствущая роль в нем перешла к представителям боковой ветви. Наследником Уолтера стал его кузен Ральф, который старался не ссориться с Нормандией. В графстве Анжу развернулась острейшая борьба за наследство Жофрея Мартеля, и анжуйские графы даже не пытались использовать территорию Мена в качестве плацдарма для операций против Нормандии. Наконец, значительно усилились позиции Вильгельма и в отношениях с королевским домом Франции. Коронованный в 1060 году Филипп I был еще совсем юн, находился под опекой графа Фландрии и не мог проводить самостоятельную политику. Так уж получилось, что, пока авторитет французского монарха снижался, рос престиж герцога Нормандии, а аннексия Мена многократно увеличила могущество последнего.